Леди Артур (СИ)

Я не успел опомниться, как Катарина подхватила меня под локоть и потащила чуть ли не на весу. Кто-то уцепился за поводья гончих бычков и потянул их вместе с колесницами в заросли. Но сама переправа была недоступна, пришлось ломиться сквозь камыш. Я ушёл в воду почти по шею, едва доставая ногами до песчаного дна. Бычки испуганно мычали, как антилопы-гну на переправе с крокодилами, но их несколько раз кольнули в бока, и животины, выпучив глаза, пошли вперёд, таща сквозь трещащий камыш колесницы. Воительницам вода доходила только до середины груди.
— Ута-а-а. Нак! — завопил вожак псоглавых, и орава последовала за нами, держа строй. Им бы ринуться врассыпную, но они боялись. Поодиночке каждый уступал рослым воительницам. — Ука-а-а! Мак-мак! — продолжал он орать.
Умный гадёныш! Часть обезьянцев помчались к броду. Ниже по течению мы двинуться не могли, так как там было глубже. На другой берег мешал выбраться крутой подъём. Нам оставалось только двигаться вдоль обрыва к броду, но его сейчас перекроют.
Катарина уже сменила промокшие пистолеты, от которых всё равно не было никого толку, на фальшион. Я тоже старался не выронить глефу, хотя это было сложно.
— Ненавижу глубину! — прокричала храмовница и выругалась настолько витиевато, что половину слов я даже не понял, а остальные свелись к стручку, мохнатке и немного странной родословной обезьянцев.
— Строй! — закричала Герда, когда мы оказались посередине, и все повернулись к обрыву спинами. Даже не хотелось думать, что будет, если враг зайдёт со стороны обрыва. Нас же простым дерьмом закидают, а враг не так глуп, как оказалось, вполне может.
И враг так и поступил. Зато он разделил силы. Теперь вместо одной оравы нам противостояли три отряда. Один перекрывал брод, второй отрезал нам путь к отступлению в камышах, а третий залез на возвышенность. А ещё вверх по течению приближалось лох-несское чудовище, о котором псоглавые пока не догадывались…
  
Глава 21. Незадача проклятой воды. Часть 3
 
— И за каким стручком мы залезли по самые сиськи в воду?! — громко произнесла Герда, оглядываясь по сторонам.
А к нам по высокому берегу приближался отряд псоглавых. Обезьянцы верещали во всё горло, как умеют только макаки, которым наступил на лапу слон, и трясли над головами копьями, дубинками и прочим оружием.
— Я знаю! — закричала Клэр, ударив по волнам ладонью, отчего в разные стороны полетели брызги. — Мы заняли выгодную позицию! Всё, как господин Юрий говорил!
— Выгодная позиция?! — заорала стоявшая рядом Лукреция. Лицо волшебницы перекосилось от злости, а вся одежда промокла до нитки. Её губы уже посинели и дрожали, несмотря на безоблачное небо и жар приближающейся к полуденной точке стояния Небесной Пары, так как вода — отнюдь не парное молоко.
— Да мы сдохнем в этой позиции — если не от камней и палок, то от холода!
— Выгодная! Правда, Юрий?! — шмыгнув носом, произнесла юная графиня, которая тоже начала замерзать.
— Где она выгодная, Ваше Сиятельство? — зло переспросила волшебница.
— Ну, псоглавые ростом не вышли, а потому не доберутся до нас пешим ходом, а если всё же попробуют, то придётся добираться вплавь, и мы легко перетопим их всех до единого.
— Да им и не надо до нас добираться. Мы так околеем, если, конечно, у Юрия нет с собой халумарского волшебства, которое так сильно нахваливают.
Стоявшие рядом солдатки переглянулись, держа над водой намокшие мушкеты и клинки.
— Юрий, у вас же есть волшебство? — снова шмыгнув носом, с надеждой спросила графинька. Её меч уже начал дрожать в замерзающей руке.
— Сперва местным попробуем, — ответил я, натужно улыбнувшись, а потом двинулся к одной из солдаток. По пути угодил ногой подводную яму и ухнул в неё с головой. Если бы не Катарина, ухватившая меня за ворот, то нахлебался бы воды; впрочем, и так хватило, чтоб закашляться. Пришлось утереть лицо ладонью, а потом подхватить уплывавший берет. Он был мокрый, но чтоб не потерять, сунул за пазуху. Подобравшись к солдатке, я отцепил от её перевязи бандельерку-пороховницу, висевшую на кевларовом шнуре и крепившуюся на карабинчике из нержавейки. В каждой такой колбе хранилась навеска заряда для одного выстрела мушкета — не так чтобы много, но и не мало.
 
— Будет вам волшебство! — пробурчал я и повернулся к своим спутницам. — Слушайте меня внимательно. Если не сделаете, то однозначно погибнем. Сейчас Катарина должна бросить заряд в стадо псоглавых, как только они появятся на краю берега, а Лукреция — зажечь порох. Произойдёт взрыв. Так мы заставим эти уродов держаться подальше. А потом будет уже и халумарское колдовство.
— Они не взорвутся! Всё промокло! — закричала Герда, глядя на берег.
— А зря, что ли, мы вам выдали халумарское снаряжение?! — закричал я в ответ. Сейчас сержантка не будет слушать спокойные доводы. Только в полный голос. Только крик. — Они не промокают! Они из волшебной смолы отлиты — из пластика, да ещё и особой замазкой-резиной проконопачены!
— В бездну! — заорала Герда, которая напрочь отказывалась верить в успех предприятия. Зато Катарина выхватила у меня из руки бандальерку и швырнула что было сил к приближающимся гамадрилам.
— Я не готова! — тут же заголосила Лукреция, а потом вскинула руку и на одном дыхании протараторила заклинание: — Энсенидан!
Отрывисто пискнул магодетектор, извещая о творимом волшебстве. При этом я ждал хлопка, но вместо него заполыхали перья на макушке одного из псоглавых. Тот завизжал и начал хлопать по головному убору и прыгать на месте. Остальные даже не обратили внимания.
— Промахнулась! Шарлатанка! — громко выругалась Герда.
— Она в траву упала, я не вижу пороховницу! — огрызнулась волшебница.
— Я тоже хочу! — выкрикнула Клэр и сорвала с перевязи Герды сразу две бандальерки. Графинька замахнулась и сноровисто швырнула одну. А я поглядел на шамана псоглавых — тот зло скалился на мелководье, стоя рядом с вождём. Либо ему было плевать на защиту отряда, либо он попросту досюда не доставал своими чарами.
— Энсенидан! — снова завопила Лукреция, и пороховница с громким хлопком взорвалась прямо в воздухе, породив облако сизого порохового дыма и заставив толпу беснующихся гамадрилов отскочить назад. А вскоре и вторая взорвалась, отгоняя от нас нелюдей. Правда, эффект от таких подрывов равносилен хлопку мощной петарды, не больше, но сейчас и психологического эффекта достаточно и психологического эффекта. Если они уже сталкивались с вооружёнными мушкетами женщинами, то и с гренадами тоже могли, а значит, должны опасаться. Впрочем, сейчас не важно, осознают ли они безвредность хлопушек или нет, любой исход мне на руку.
— Стой! — закричал я, когда Клэр повторно замахнулась для броска.
— Почему?
— Побереги!
— Для чего?
Я тряхнул мокрой ладонью и снова протёр лицо от брызг. Благо, течение не такое сильное, как в горных реках, — с ног не сбивало, да и двадцать с небольшим градусов не сравнятся с талой водой горных ледников, иначе мы бы точно околели.
— Сейчас мы двинемся к переправе и устроим дикарям приятную неожиданность. Подержи.
Я вручил ближайшей солдатке свою глефу, опустил руку в воду и вынул из сумки пистолет, который держал про запас в качестве альтернативы обычному кремнёвому револьверу. Оружие было изготовлено на Земле под местную стилистику, разве что курок играл роль предохранителя, замаскированного под кремнёвой замок. Я специально не хотел раскрывать свои козыри, однако сейчас настал тот момент, когда откладывать уже было нельзя. Из ствола потекла струйка, заставив всех снова поглядеть на меня в полнейшем недоумении. Пришлось пояснить:
 
— Это оружие воды не боится.
— Как же это? А затравочные полочки? Там же отверстие в ствол. Даже если пыж пролит тонким воском, стоит сдвинуть крышечку для затравочного пороха, как его сразу намочит, да и кремень сырой, — с изрядной долей сомнения сказала Катарина.
— Колдовство! — улыбнулся я. — Скоро сама все увидишь.