Василис Прекрасный или как выйти замуж и не превратиться... (СИ)

Глядя, как мужчина, усадив меня за кухонный стол, ловко управляется с продуктами, сооружая какой-то гастрономический изыск, я нещадно себя ругала. Такой мужик! Не мужик, а клад! Я просто вчера не поняла, какой джек-пот сорвала. Любого может накрыть депрессия, когда не с кем поговорить, а все потенциальные невесты видят в тебе не человека, а мешок зелени. Видать оттого вчера Кешу и прорвало на разговоры о наболевшем.
Словно читая мои мысли, Иннокентий взглянул на меня своими чернющими глазами и подмигнул.
- Я люблю иногда что-нибудь приготовить. Знаешь, я ведь учился у одного известного повара-француза. Надеюсь, что тебе понравится.
Ароматы морепродуктов, сыра и вина создавали на кухне уютную атмосферу, и я чувствовала себя просто замечательно. Всю усталость как рукой сняло, а Кеша был прекрасен и желанен, словно вишенка на торте.
Тогда я еще не понимала, что как говорят в народе, влипла по самые помидоры! На работе жизнь вернулась в более-менее привычное русло. Посыпались новые интересные заказы, и я, не поднимая головы, вырисовывала собачку Соню, Питера Пэна и какого-то оборотня-супергероя.
Отдел пиара и маркетинга неожиданно и резко забыл о моем существовании, что не могло меня ни радовать. Видимо, Кощеев провел-таки беседу со своими метлами. Миле прибавили зарплату и обещали какое-то невиданное повышение. Для такой заядлой карьеристки, как моя подруга это было самым желанным достижением.
Что же до моей личной жизни, наш с Кешей служебный роман набирал обороты. Хотя нет. Не совсем так. Скорее планы Иннокентия в отношении меня росли в геометрической прогрессии: уик-энд у его друга в Италии, турнир по гольфу за городом с его партнерами, знакомство с сестрой и совместный отпуск – всего лишь верхушка айсберга. Кощеев брал меня в оборот, а я… Я хотела испариться. Все эти планы душили меня, словно собаку суровый ошейник.
Конечно, я была ему безмерно благодарна, что никто не шептался за моей спиной о наших отношениях. Но в коллективе с его появлением появилось какое-то едва ощутимое напряжение, и оно не могло не передаться и мне. Все готовились к переменам.
Вы, наверное, ждете развернутый рассказ о том, как красавец Кощеев пленил мое девичье сердце и сам воспылал всепоглощающей страстью ко мне. Так вот, и с этим тоже все непросто. Каждая наша встреча выбивала у меня почву из-под ног. Стоит отметить, что свидания всегда были идеальными. Иннокентий каждый раз приезжал на новом дорогущем автомобиле, неизменно с цветами. Мы отправлялись в какое-нибудь удивительное место. Как-то раз даже пили шампанское в корзине воздушного шара. Он обязательно меня целовал. Всегда один раз, очень нежно и без намека на страсть. Как так, спросите вы? Почему я не начала волноваться, что отношения зависли на подростковом уровне?
А вот почему: после каждого свидания я превращалась в немощную старуху. Не в прямом смысле слова, конечно. Я чувствовала себя разбитой и больной, порой не могла утром встать с кровати. Первую половину дня я пряталась от солнечного света как упырь какой-то, ничего не хотела и жутко злилась на себя за то, что в очередной раз согласилась на свидание.
После пары часов таких мучений наступала стадия жесткой ломки, как я ее назвала. Мне безумно хотелось увидеть Иннокентия, узнать, как сильно я ему дорога и все в этом духе. Я начинала злиться и частенько представляла, как в мое отсутствие его ублажают сразу три метелки с волосами цвета «вырви глаз». Я даже пару раз звонила подруге и расспрашивала, чем там занят мой ненаглядный. Позор.
В самый пик моих буйных ревностных фантазий на пороге возникал Кеша с цветами, подарками и вкусняшками, готовил что-нибудь умопомрачительное, рассказывал что-нибудь смешное, всячески холил и лелеял. И я расцветала буйным цветом и ругала себя, на чем свет стоит за минуты слабости.
Так я прожила неделю, но, как вы понимаете, это не могло продолжаться вечно. Первой тревогу забила Мила. Кто же, как ни она видел мои чудесные превращения из нормального человека в немочь убогую, а из этой самой немочи в реактивный двигатель полный энергии и сил. В очередной раз, придя с работы и столкнувшись в дверях со спешившим по делам Иннокентием, подруга, глянув на меня исподлобья, поманила за собой на кухню наманекюренным пальчиком.
  
- Царева, какого лешего творится? – глазки были на пол лица, что не предвещало для меня ничего хорошего.
- Ты о чем, Лисичкина? – вторя подруге, назвала ее по фамилии и улыбнулась: настроение было отличное, и даже хмурый Милкин вид мне его не испортил.
Мила решительно уперла свои кулачки в тренированные бедра.
- Ты прекрасно знаешь о чем! То, что с тобой творится просто мистика какая-то! – она сердито сдвинула брови. – Хватит уже улыбаться как блаженная! Я поначалу думала, что это у тебя влюбленность так проявляется, но у тебя просто крыша едет от этого мужика! Да и ладно с крышей, ты себя в зеркало видела? Ты же похудела как! Хоть он тебя и откармливает как на убой! По утрам после ваших свиданий на тебя смотреть страшно!
Я была готова подписаться под каждым словом подруги. Мысленно. Но стоило мне открыть рот, как я выдала совсем другое.
- Мила, что за глупости? Кеша заботливый и любит меня. И вообще! Понятное дело, что ты бы тоже такого мужика хотела отхватить, но я никогда не думала, что ты будешь так завидовать! – сказала и сама не поняла как.
Лицо моей Милки вытянулось, она хлопала своими густыми ресничками и никак не могла прийти в себя. Я же хотела извиниться и обнять подругу, но меня словно околдовали, и я не могла ни с места двинуться, ни слово сказать. Поверьте, это были очень неприятные ощущения.
Мила разочарованно опустила плечи и глубоко вздохнула.
- Знаешь, а я никогда не думала, что ты такая дура! – в темных глазищах сверкнула слезинка и подруга вышла из комнаты, оставив меня в растрепанных чувствах.
Так по-глупому и так серьезно мы с Милой никогда не ссорились. Нет, как у всех нормальных людей за прошедшие два года у нас были разные ситуации. Понравилась одна и та же сумка или кто-то постоянно просыпал на работу. Понятно кто, я думаю. Ну, и ссорились, конечно, и спорили порой, кто симпатичнее блогер Тони Махфуд или модель Девид Ганди, но чтоб вот так. Не было такого ни разу.
Я сидела на кухне и разглядывала в окно прохожих, не понимая, как докатилась до жизни такой. Зачем обидела дорогого сердцу человечка? Притом, что этот человечек сказал пусть горькую, но правду. Я медленно, но уверено схожу с ума из-за Кеши Кощеева. Я чувствовала, что сама вряд ли смогу разобраться с этой проблемой, оттого на душе было еще паскуднее. Вот только стоило мне сорваться с места и пойти в комнату к Миле, как ноги отказывались меня нести, а в ухо, будто кто-то шептал, что такая подруга мне не нужна, раз бросила в критический момент.
С Милой я так и не помирилась, и утром на работу мы добирались порознь. Настроение мое резко ухудшилось, а тут еще мобильный с самого утра высвечивал входящие от любимой родни. Сначала позвонила мама, потом Стешка, потом Симка. Когда перед обеденным перерывом на смартфоне высветилось «Царь-отец», я поняла, что надо бы ответить.
К слову сказать, папа – единственный адекватный человек в этом приюте умалишенных. Именно он поддержал мое стремление стать художником и всегда защищал от нападок женской половины нашей довольно странной семейки. О семейке поподробнее расскажу чуть позже. Так вот, отец у меня человек добрый и с замечательным чувством юмора, но подкаблучник. Маменька из него не только вьет веревки, но и макраме плетет крупными партиями.
- Да, папочка. Что-то случилось? – выйдя во дворик возле офиса, ответила я на звонок.
- Здравствуй, мятежная дочь, - по приветствию и веселому тону, я поняла, что папу использовали как последний шанс достучаться до нерадивой меня. – Твоя матушка тут рвет и мечет, что ты трубку не берешь.
Ну, вот. Так и знала, сейчас будет вещать мне от лица мамы о том, какая я нехорошая. Возможно, вы считаете, что так относиться к семье нельзя и надо любить и уважать свою маму. Но я просто не знаю, что это за зверь такой «мама». Сколько себя помню, мной и сестрами занимались няньки, а лет с шести к ним прибавились учителя и охрана. Хоть с отцом мне повезло, несмотря на плотный график, он всегда находил для нас время. Не покривлю душой, если скажу, что меня папа любит больше всех. Наверное, потому что я младшая. Ну, или потому, что слегка с приветом.