Камень 1993. Книга 3 (СИ)

Фигня в том, что средний срок доставки до Новороссийска составляет примерно месяц. Минимум, как нам сказала Лэй, 23 дня. Максимум — 42. Так что не раньше октября мы получим наши станки, а то и ближе к ноябрю. И это еще при удачном раскладе с премией за найденный клад, чтобы полностью рассчитаться с китайцами. А то еще ждать придется, и груз будет подгнивать в терминале за дополнительную плату… Но Арзамасцев недавно как раз позвонил, сообщил, что экспертиза состоялась, ждут результатов. Потом, говорит, уже проще будет. С другой стороны, мы пока успеем все подготовить. Площадка-то есть, однако нужно ее в порядок привести, станки старые вывезти опять же, причем чтобы Кондратюк нас снова не попытался наколоть. Но ничего, у нас есть Абрам Натанович, он займется нюансами… Он же, кстати, будет вести регистрацию бизнеса, потому что промышленное производство — это уже не игровой зал, тут все серьезно.
В общем, к обеду у нас уже было все составлено и распланировано. Платим по реквизитам аванс, все остальное — при получении. Никакой конвертации через юани не нужно, «Синь-Синь» работает с долларами. С логистикой от Шуньдэ до Шанхая Лэй сама разберется, это их внутренние дела. А вот по России уже наша задача, и тут есть у меня один хороший знакомый.
— Он в рейсе, — ответила мама Максима Матвеева, когда подняла трубку и мы обменялись любезностями. — Что ему передать?
— Передайте, что звонил Вадим Каменев. Пусть он меня наберет в любое время, как только сможет. Если я не дома, то в фирме на набережной. Дело как раз по его профилю, автоперевозки.
— Ой, Вадим! Я ведь и не узнала сразу! Конечно, он перезвонит. Говорил, что числу к десятому должен вернуться. А куда ехать надо будет?
— В Ярик. Забрать груз с вокзала и привезти сюда.
Обменялись еще парой фраз, за меня снова порадовались — и что фирму открыл, и что старых друзей не забываю. Потом я потратил кучу времени на разговоры с железной дорогой. Куча номеров, сплошные добавочные, никто ни за что в целом не отвечает, по всем вопросам есть замы и помы, еле добрался до нужного человека. А потом еще история повторилась с таможней, ведь груз будет идти из-за бугра, это тоже целая схема. Короче, с одними только звонками возились до часу дня, и лишь с местным с заводом радиоаппаратуры получилось быстро наладить контакт — мне обрадовались, едва уловив дажу саму возможность сотрудничества и заказов. Договорились заехать к ним с Дюсом на днях, это больше его тема. Сначала они с Илюхой должны все продумать и рассчитать: чего нам не хватает, на что обратить внимание, какие аналоги можно найти у нас, исходя из вводных по конкретным станкам. И ведь, что интересно, потом я попробовал на дурачка набрать Лэй… И она оказалась на своем работе в десятом часу по местному времени! Ох уж это восточное трудолюбие. Впрочем, я только за, нам это однозначно на руку.
Быстренько все согласовали, я еще раз уточнил габариты литографов, прикинул, что одной фуры Макса должно хватить. Судя по присланным схемам, это что-то вроде профессионального МФУ из документ-центров моего времени, его даже в однушке можно спокойно поставить, не особо двигая мебель. Помню, мы для одного отечественного производителя базы данных актуализировали и еще пару проектов выполняли, так они нам с Дюсом даже экскурсию на основное предприятие устроили, в Твери это было. Правда, они точные буровые установки производили и платы, соответственно, для них, но суть-то та же. Вот там один 3D-принтер с целую комнату был. Но это будущее, а здесь, в начале 90-х у меня будут китайские литографы и, как я и планировал, мощности местного завода радиоаппаратуры, пока он окончательно не развалился. Так что мелочевку мы тут найдем, а текстолита, который еще в СССР производили, и сейчас везде полно — материал, как сказал Дюс, вполне себе подходит для печатных плат.
В общем, если что, и по габаритам выйдет больше, попрошу Макса подтянуть надежных дальнобоев, без транспорта не останемся. Теперь, как сказала Лэй, руководство компании ждет от нас первого транша и… Начинается путешествие китайских станков в Россию. Кстати, руководство «Синь-Синь» обещало отправить следом наладчика — это было весьма кстати. С ним к нам приедет и сама Лэй в качестве представителя компании и ответственного за связи с российскими партнерами.
  
Как говорил один великий комбинатор, лед тронулся, господа присяжные заседатели!
* * *
После обеда мои планы слегка нарушились — раздавшийся телефонный звонок возвестил о всплеске активности местных акул пера. Первой была Мейер.
— Алло, Вадим Станиславович? Наконец-то я до вас дозвонилась! Все утро пыталась, но у вас тут как Кремль!..
— Ирина, доброго дня и вам! Ваше издание созрело на интервью? Что ж, я готов рассмотреть предложения, но только если работать над этим будет любой другой сотрудник «Горожанина».
К этому Мейер оказалась не готова — в трубке какое-то время слышались невнятные звуки, как будто девушка мигом потеряла дар речи. Потом она все-таки оправилась, а может, кто-то со стороны подсказал правильную стратегию, и разговор продолжился.
— Возможно, мы бы могли взять у вас интервью, — голос Ирины зазвучал увереннее, — но в таком случае не вам решать, кого направит редактор…
— Неинтересно, — ответил я и хотел было положить трубку.
— Постойте! — нет, все же не хватает Иришке выдержки. — Как вы прокомментируете инцидент с фирмой Егора Судакова?
— Приезжайте сегодня в 18:00 в конференц-зал ресторана «Оникс», — я постарался не засмеяться, так меня раззадорила эта наглая журналистка. — Во время пресс-подхода вы сможете задать любые вопросы…
— Но я ничего не слышала о пресс-конференции, — Мейер была в замешательстве. — А кто еще там будет? И нужна ли аккредитация?
— Там будут все, кому это интересно. Аккредитация не нужна, но, если приедете чуть пораньше, сможете рассчитывать на эксклюзив. А теперь извините, у меня много дел.
Вот теперь я уже не стал слушать, что она там пищит. Попрощался, положил трубку. И засмеялся, дав волю эмоциям. Естественно, никакую пресс-конференцию я не созывал. Приедет Мейер с фотографом, а там… Короче, время потеряет и, может быть, начнет уважать чужое.
Снова зазвонил телефон.
— Узнал? — с усмешкой спросила Нестерова. — Надо встретиться.
* * *
В тот же день, где-то в городе
Таня проснулась от тяжелого стука и снова вернулась в свою изменившуюся реальность. А ведь во сне было так хорошо! Она рисовала новый заказ для Вадима с Андреем, очередную фигурку, причем делала это в новом зале. Вокруг было много народу, ребята-клиенты играли, весело друг с другом переговариваясь, никто ни с кем не дрался. Подошел Вадим, одобрил эскиз, и девушке стало тепло на душе.
Он что-то еще говорил, краски были яркими, несмотря на полумрак игрового зала, потом потолок задрожал.
— Ерунда, — улыбнулся Вадим. — Это строители возводят третий этаж. Мы там будем сами собирать приставки, новые, 32-битные. И сразу спускать их сюда, в зал…
Снова грохнуло, и Таня, отчаянно хватаясь за этот добрый и теплый сон, закричала. Потолок раскрылся, пустив сноп яркого света, очертившего ровный квадрат на потолке и внизу, на ковре.
— Тебе приснился кошмар? — раздался сверху обеспокоенный голос.
— Нет, — слабым голосом ответила девушка. — Наоборот…
— Тебе нечего бояться, — голос прозвучал еще мягче. — Позавтракаешь?
— Не хочу…
— Зря. Это неправильно, тебе нужно восстанавливаться. Ощущение, что над тобой просто издевались. Сейчас я могу тебе об этом сказать с полной уверенностью.
— Никто надо мной не издевался, — Таню трясло, она не могла, не хотела верить, что все происходящее реально. — У меня все было хорошо… Точнее, начиналось. Становилось лучше!
— Ничего хорошего не было, — голос стал строже. — Твой отец пил и отнимал у тебя деньги. Заработанные тобой деньги. А мать…
— Не трогай маму! — осмелев, Таня заговорила громче. — Она работает! Она не виновата!