Игра вслепую (СИ)
Две головы склонились над картой, занимающей большую часть стола. Несмотря на то, что суть задачи не выглядела сложной — прилетели, забрали, улетели — всегда есть подводные камни и, чтобы достичь успеха, необходимо постараться отыскать их до начала операции...
***
Поместье Зориных.
— Понимаешь, комбинация узоров местами выглядит стандартно, но вот последовательность магического воздействия абсолютно не понятна. Я не вижу ни малейшей капли логики, и ты даже представить не можешь, как меня это бесит!
— Ага, — только и сказал я.
За последние три часа Агния вывалила на меня столько информации, что мозг просто кипел и я едва успевал за ходом мысли нашей мастерицы. Обсуждали мы, естественно, наш “долбаный камень”, “бесполезный кусок гранита”, а также “змеюку подколодную". Как понимаете, всеми этими эпитетами артефакт Змеевых наградил не я, но озвученные Агнией новые термины, конечно же, не оспаривал и вежливо поддакивал в нужных местах.
Видно было, что девушку припекло во всех местах; ей захотелось выговориться и хоть кому-то пожаловаться на неприступную головоломку. Мне несложно было сыграть роль “жилетки” и поддержать разговор, время от времени вставляя свои комментарии.
— Я так понимаю, это лекарские узоры? — спросил я, ткнув в кусок схемы, высвеченной на большом мониторе компьютера.
— Ну да.
— А они-то там что делают?
— Ты меня спрашиваешь?! — вскинулась Агния.
— Ну а кого мне ещё спрашивать? — с невозмутимым видом ответил я. — Змеевы-то того, тю-тю.
— Ты точно издеваешься, — всплеснула девушка руками.
— Просто на предыдущем фрагменте я видел узоры ментального типа, а сейчас — лекарские. Каша какая-то...
— А я про что говорю. Алогично всё — никакой взаимосвязи.
— Связь есть, просто мы её не видим. Возможно, начать нужно именно с этих узоров, и для этого привлечь лекарку на пару с менталисткой?
— Посмотри внимательно на узоры. Что ты видишь?
Судя по вопросу девушки, я явно где-то поторопился. Но чем мне всегда импонировала Агния, так это тем, что вместо того, чтобы посмеяться над глупым предположением и ткнуть носом в ошибку, она давала шанс самому разобраться, в чём я не прав. Я заново вгляделся в участок схемы, стараясь не пропустить ни одной мелочи, и практически сразу увидел то, что ускользнуло от моего первоначального и беглого взгляда.
— Они замкнуты, — задумчиво произнес я, — к ним каналы проведены, а от них ни одного выхода.
— Угу. Молодец, — буркнула Агния. — Но это не всё.
— Тогда какой в них смысл? — продолжил я размышления. — Судя по толщине магических узлов, они способны принять нехилый выброс энергии, но куда она потом уходит?
— Неправильный вопрос.
Фырканье Агнии сбило меня с мысли, и, вглядываясь в структуру магических плетений, я не удержался и с досады хлопнул себя ладонью по лбу. Ну-да, лекарской и ментальной энергии не нужны для воздействия проводящие каналы. Но хитрость именно этих узоров заключалась в том, что они оказались полностью лишены возможности как-то влиять на них напрямую. И именно это имела в виду Агния, когда сказала про неправильный вопрос. Узоры являлись конечной точкой в целой веренице хитросплетённых магформ из различных стихий. И это, конечно, было чертовски странно и необычно.
— Можно, конечно, сформулировать немного по-другому, — неторопливо проговорил я. — Зачем в алтаре использовать подобные плетения? И самое главное, на что именно они всё-таки влияют? Хотя, по сути, конкретно эти узоры - лишь маленькая часть схемы и не являются ведущими.
— Да, они не главные, но их присутствие добавляет головной боли, — поморщилась Агния. — Про узловые точки я тебе уже сказала. Я перепробовала все возможные комбинации, но этот булыжник мои потуги нагло проигнорировал.
— А помнишь, ты мне рассказывала про обманки? Может, это как раз тот случай? — спросил я, вспомнив про хитрости артефакторов в тех случаях, когда мастерицы нарочно усложняли схему, вставляя ложные узоры для защиты от копирования.
— Маловероятно. Все ключи выглядят законченными и рабочими. А на их создание явно затратили немало месяцев кропотливого труда.
— Змеевы мыслили нестандартно и, возможно, пошли другим путём. Если допустить, что все ключи рабочие, но один из них выполняет роль блокиратора? И, воздействуя на него, ты полностью прерываешь процесс активации? — продолжил я сыпать идеями.
В этот раз девушка не торопилась отвечать и, судя по виду, сильно задумалась. Глядя на большой монитор, Агния вывела на экран другую часть схемы алтаря и после минутного молчания заговорила:
— В принципе, выявить такой эффект можно, если при проверке поочерёдно исключать один из узоров. Сложно, конечно, но вполне выполнимо. Однако я всё-таки склоняюсь к тому, что для активации алтаря не хватает ещё одного или нескольких ключей. Но я уже не один десяток раз просмотрела всю схему и никак не могу нащупать недостающий элемент.
— Ну, тут я вижу два варианта: либо его вообще нет, либо у тебя глаз замылился, — улыбнулся я.
— Ага! Замылился, — хмыкнула Агния. — Давай, зоркий глаз. Попробуй найти.
— Кстати, об индейцах. Ты слышала что нибудь о роде Пово*? — резко перевёл я разговор на новую тему, радуясь, что Агния вышла из зоны сумрачного настроения.
*Пово - ведьма.
Ироничное словосочетание “зоркий глаз”, очень смахивающее на индейское имя, невольно спровоцировало воспоминание о вчерашнем разговоре с Мариной. Сразу после возвращения из аэропорта я позвонил нашей безопаснице, дабы обсудить результат встречи с Шультц. К этому времени Марина уже получила предварительный отчёт своих девочек и запись всего диалога. Само собой, глава СБ находилась в озабоченном состоянии и, отбросив все остальные дела, лихорадочно решала извечный ребус с никогда не теряющими своей актуальности вопросами: “Кто виноват? Как жить дальше? И что же теперь делать?”
Но кроме острого вопроса по германскому клану, я успел утолить своё любопытство касаемо положения отряда Белезиной, которая всё-таки умудрилась вляпаться в неприятную ситуацию. Правда в данном случае, особой вины девушки в этом не было, а затруднительное положение проходило по разряду “не повезло”. В общем, я был в курсе намерений Светы, пользуясь случаем, завернуть в гости к известному роду артефакторов и попытаться разжиться полезными для клана вещицами. Так что вопрос к Агнии был продиктован банальным любопытством.
— Не только слышала, — тем временем ответила Агния, — я даже однажды видела их работу.
— О как! И где?
— У главы Елисеевых лекарский амулет Пово.
— Да ладно?! И чем он настолько хорош, что глава нашего рода артефакторов носит “Целителя”, созданного другой мастерицей?
— Всем, — пожала плечами Агния. — Я знаю, что Вера пыталась его повторить, но у неё не получилось. Слишком уж сложен и очень много скрытых ловушек от копирования. И кстати…
Девушка неожиданно прервалась на полуслове, замерев на стуле с задумчивым выражением лица, после чего вскочила на ноги и быстро подошла к шкафу, стоящему в углу кабинета. Открыв дверцу, Агния стала рыться на полках, заваленных различными тетрадями вперемешку с какими-то книгами, и при этом что-то бурчала себе под нос.
С любопытством смотря на суетящуюся мастерицу, гадал, что же такого она вспомнила? Однако ожидание ответа затягивалось, и, коротая время, я снял с пояса “Пламенный Цветок”, с которым расставался только перед сном. Вертя в левой руке свой “джедайский меч”, мысленно перебрал список первоочередных задач, которые планировал решить в гостях у Агнии. Собираясь в гости к девушке, я, естественно, прихватил с собой все свои артефакты, над которыми вёл неторопливый процесс работы, рассчитывая, что наш гений поможет мне решить несколько сложных вопросов, в которых было трудно разобраться самостоятельно. И помимо “Пламенного Цветка”, в кабинете у девушки сейчас находился “Антилекарь” из югославского монастыря, а также заготовка под “Жезл Ириды”.