Ромм. Четвертый (СИ)

Мне тут же полегчало – я выбросил из головы «лишние мысли» и сосредоточился на том, что видел. Благо было, на что посмотреть: ближайшая подруга, Сердце и, в будущем, старшая жена решила одарить меня возможностью увидеть и полюбоваться еще одной своей привычкой. Засмотревшись в окно, моя королева перенесла вес на левую ногу, а пальцами правой что-то долго «рисовала» на ковре. Чуть позже, согнув ее в колене, «задумчиво» покрутила стопой в разные стороны, замерла на несколько секунд, красиво вытянув носочек, и… начала озвучивать выводы:
- Речь его, а не аналитиков. По моим ощущениям, соответствует внутреннему состоянию. Намеренно произносилась без подготовки и без последующих исправлений – Александр пытался дать понять, что готов играть в открытую и не прячет рраг в рукаве[1]. Далее, душой не покривил ни разу, хотя подкинул пару крючков, чтобы проверить, зацепишься ты за них, или нет. Но и их ввернул, скорее по привычке, чем намеренно – вне всякого сомнения, он понимает, что ты не бросишься продавать горячую новость о скорой смене императора новостным каналам ГС. В том, что экстерриториальность для вашего континента вполне достижима, уверен абсолютно. И, кажется, даже знает, как этого добиться достаточно быстро. А еще убежден, что даже после передачи трона сыну будет иметь достаточный вес для того, чтобы продавливать любое свое решение и в Империи, и в Галактическом Союзе. Видит перспективы в той картине мира, которая начала вырисовываться после строительства филиала «Лаулетт» на Эррате, и хочет, чтобы россы заняли в ней достойное место. Молодость и долголетие жены ставит на второе место, а свои вообще на третье. Впечатлился успехами вашего Клана, но не завидует, а хочет добиться того же…
Выводов было много, и Ари вываливала их на меня, даже не пытаясь структурировать. Однако в какой-то момент начала разбавлять их дополнительной информацией из досье императора, чтобы подчеркнуть самые важные, по ее мнению, моменты. Несмотря на сумбурный стиль изложения в самом начале и излишнюю сухость и перенасыщенность фактами в конце, создаваемая ею картинка получилась, можно сказать, зримой. И показала мне не только второй слой речи Александра Двенадцатого, но и многие черты характера этой личности.
Когда я уложил в голове все сказанное, моя любимая женщина на один коротенький миг словно потухла. Не внешне, а где-то в самой глубине фиолетовых глаз. Но виду не показала – подошла к дивану, уселась на подставленное бедро и растрепала мне волосы:
- Если подытожить все вышесказанное, то получается следующее: Романов готов на личную встречу в Аламотте, готов обсуждать варианты сотрудничества и готов говорить с тобой, как с одним из двух равноправных глав уже имеющегося союза. Даже то единственное предложение, которое он уже озвучил, нам очень выгодно, поэтому тянуть с переговорами не резон – чем раньше мы начнем шевелиться, тем больше шансов, что наша с тобой авантюра превратится в прочное и незыблемое основание для построения совместного будущего. Добираться до Эррата не сутки и не двое, следовательно, вылетать надо уже сейчас. Но сегодня я вас не отпущу: та церемония награждения, которую мы придумали, поможет укрепить пока еще слабенькие горизонтальные связи между моими подданными и «Конкистадорами». А вот бал, как таковой, особого значения не имеет, значит, вылет стоит планировать на вторую половину завтрашнего дня. Далее, нам с тобой во время прыжка придется жить в терминале МС-связи и готовиться к переговорам. Ибо ты должен быть готов к любому вопросу, который теоретически может озвучить Романов. Кстати, если ты прямо сейчас сообщишь Александру, что готов к переговорам и поэтому вылетишь на Эррат уже завтра, это будет выглядеть, как очередной шаг навстречу. Логично?
- Логично… - кивнул я. - И, как один из двух равноправных глав уже имеющегося союза, я согласен со всем тем, что ты только что сказала. А как твой ближайший друг и мужчина, с которым ты начала делить Сердце – нет! Кроме того, мне не нравится, что ты подняла с земли давно осыпавшуюся броню и пытаешься в нее влезть. 
 
- Это не броня… - еле слышно выдохнула Ари и понуро опустила голову: - Я просто боюсь разреветься…
…О своем решении вылететь с Тэххера через сутки я императору все-таки сообщил. Вернее, сообщили мы. Вдвоем. Распланировав наш ответ заранее, а потом отыграв два не очень простых образа. В процессе озвучивания текста королева изобразила именно ту меру грусти от скорого расставания со мной, какая и оговаривалась. Но как только письмо ушло адресату, по ее щекам скатилось несколько слезинок, прочертило две вертикальные дорожки и впиталось в ткань платья на груди. У меня оборвалось сердце, а руки сами собой потянулись к Альери, чтобы прижать ее к себе. Однако я сдержал этот порыв и негромко поинтересовался:
- Еще десять минут продержишься?
Женщина вытерла щеки рукавом, выпрямила спину и развернула плечи:
- Продержусь столько, сколько потребуется!
- Отлично! – кивнул я, влез в ДС и отправил два одинаковых сообщения. Потом прогулялся к окну, посмотрел на четкую полоску чистого неба, появившуюся на востоке, отрешенно порадовался тому, что служба управления погодой не забыла о завтрашней церемонии, и повернулся на шелест открывающейся двери.
Олли, заявившаяся первой, мигом уловила состояние подруги, метнулась к ней и гневно уставилась мне в глаза. Чуть позже я был «обрадован» таким же взглядом от Аннеке. А когда обе «защитницы» сели по обе стороны от «жертвы» и хмуро посмотрели на меня, задал первый вопрос:
- Ани, как ты считаешь, сколько времени потребуется новому поколению оппозиции для того чтобы поднять голову, определиться с целями и превратиться в силу, которую придется учитывать в политических раскладах?
Глава СОК не задумалась ни на мгновение:
- Лет пять, а то и больше: мы настолько воодушевили население, что любой, кто скажет про королеву что-нибудь недостаточно уважительное, будет вбит в землю по самую макушку!
- Иными словами, в этом году особо серьезных проблем во внутренних делах не предвидится, верно? – уточнил я.
- Ну да! Будем умирать от скуки и развлекаться, наблюдая за мелкими интрижками.
- А как ты оценишь эмоциональный настрой Тайреши и изменения в ее отношении к бремени, которое тащит на своих плечах Ари? Можно коротко и не вдаваясь в подробности.
- Девочка сильно повзрослела, поняла, что управление государством далеко не игра, увидела, чем могут закончиться ошибки, и жаждет помогать. Кстати, помогала она мне все эти дни весьма достойно.
- Приятно слышать! – без тени улыбки на лице заявил я, сунул руки в карманы, оттолкнулся от подоконника и отправился на прогулку по кабинету: - А у нас интересная новость: только что пришло письмо от императора Александра Двенадцатого. Если очень коротко, то он настолько сильно жаждет с нами сотрудничать, что готов продавить вопрос о предоставлении нашему континенту статуса экстерриториальности, а также обсудить любые другие варианты сотрудничества. Как мы поняли, в любом формате, включая личную встречу в Аламотте.
Аннеке мгновенно забыла о нашей «размолвке» с Альери и из близкой подруги превратилась в главу СОК:
- Серьезное предложение! Такое упускать нельзя.
- Как я понимаю, ты уже ответил, что вылетаешь… завтра вечером? – сделав крошечную паузу перед словом завтра, спросила Олли.
Я кивнул. И сразу же получил в ДС сообщение: «Прости, я думала, что ты ее чем-то обидел…»
Отвечать на него я и не подумал – дошел до стены, развернулся, вернулся к столу, уселся на столешницу и уставился на тэххерок:
 
- Император дал понять, что считает меня одним из двух равноправных глав союза Королевства Тэххер и клана «Конкистадоры». И с одной стороны это радует. А с другой – нет. Ибо общаться с ним на равных я НЕ СМОГУ – мне тупо не хватит опыта и знаний! Надувать щеки, изображая мнимое величие, а потом бежать терминалу МС-связи, чтобы посоветоваться с Ари, не по мне. Поэтому я вижу один-единственный выход: со мной полетит Тайреша! Вроде как на практику, которую ей организует ваш семейный куратор КАМО…