Империя Тигвердов. Невеста для бастарда
Он задумался, глядя на огонь. Потом сказал:
– Хотя нет – есть еще старые солдаты. С которыми я прошел все кампании.
– Как господин Джон Адерли? – не могла не спросить я.
– Да. Мы служили с ним вместе. Я могу попросить вас быть с ним помягче?
Кивнула:
– Разумеется, милорд.
Мне хотелось спросить, как там устроились Пауль и Рэм, но я как-то не решалась. Все-таки я служащая…
– Вроде бы вашим сыновьям понравилось, – вдруг сказал милорд Верд. Угадал мой вопрос, наверное. – Приняли их, во всяком случае, неплохо. Теперь все зависит от них.
– Что вы имеете в виду? В академии может быть опасно?
– Нет. Мы очень внимательно следим за кадетами и стараемся предусмотреть все.
Я достаточно скептически фыркнула.
– Вы знаете, кстати, для чего была создана Имперская военная академия для отпрысков самых знатных родов? – спросил у меня хозяин поместья.
– Для чего же?
– Чтобы забрать подростков из семей и воспитать их в духе преданности императору и Империи. Плюс чтобы ослабить влияние родственников. И особенно матерей.
– Чем же Империи так матери не угодили? – резануло меня по сердцу его фразой.
– Мужчина должен быть мужчиной. Уметь принимать решение и нести за него ответственность. А матерям, уж простите меня, свойственна гиперопека. А потом они удивляются, что вырос не сын, а размазня.
– Как часто мне можно будет видеть моих мальчиков?
– Вот видите, вы говорите «моих мальчиков». А они и не ваши – они сами по себе. И не мальчики уже – взрослые. И доказали это тем, что встали на вашу защиту, когда увидели во мне угрозу. Это-то меня и подкупило. И не расстраивайтесь так. Вы как раз вполне здравомыслящая особа.
– Спасибо, – получилось иронически.
– Но вы не согласны со мной?
– В том отношении, что сыновей необходимо забирать от их матерей, чтобы те их не испортили?
– Вы как-то неправильно видите ситуацию, – обиженно сказал он. – Я считал, что Его Величество поручил мне важное и необходимое дело – пусть даже и трудное. А вы так говорите, словно я изверг какой-то…
– Простите, я просто переживаю.
– Вам все равно рано или поздно придется привыкнуть, что у вас разные жизни, – тихо сказал он. – И это не значит, что сыновья вас забудут или будут любить меньше. Просто жизнь… Она такая. Она разведет…
– Спасибо вам…
– Если у них не будет замечаний по учебе или по поведению, я смогу привозить их на выходные. Так делают все – и я не буду выглядеть исключением.
– Могу я просить рассказать вас о своем распорядке дня? – решила я поменять тему разговора.
– Просыпаюсь я рано. Завтракаю в семь утра. В восемь удаляюсь на работу. Как правило, приезжаю на обед в два… Ужинаю – когда возвращаюсь. Обычно – поздно.
– Что вы предпочитаете на обед? Чтобы не получилось, как с этим соусом, «самым популярным в сезоне», – не удержавшись, передразнила я повариху.
Милорд, кажется, все понял и улыбнулся. Что-то во мне его веселило:
– Вы не замечали, что у нас, в Империи, принято вести себя так, как полагается по статусу? Иной раз – слишком?
– Что вы имеете в виду? – аккуратно спросила я. А то я знаю, как положено вести себя в Империи.
– У меня есть статус. Я вельможа, приближенный к короне. Доверенное лицо. – Он скривился. – Следовательно, я должен есть продукты определенного перечня, устраивать свою жизнь по определенным правилам, выбирать только определенных женщин и демонстрировать лишь определенные чувства и эмоции.
– Какие именно?
– Безразличие пополам с презрением, пожалуй. Еще в моде – скука. Ее, как и бледность лица, принято демонстрировать.
– А слуги? Почему у вас с ними проблемы? Я, честно говоря, думала, что если у человека определенная репутация, то ему покоряются. И боятся его разгневать…
– Меня тяжело разгневать подобными мелочами. Я, как правило, не обращаю на них внимания. Мне попросту некогда задумываться о том, что мне подали на обед или на ужин. Если уж я нашел время его проглотить. Наш разговор с вами при первой встрече… Это был какой-то непонятный мне самому душевный порыв. Надо отметить, мне совершенно не свойственный.
Он поднялся, отошел к столику, заставленному графинами, бутылками, бокалами и рюмками разных мастей.
– Хотите выпить? – поинтересовался он, наливая себе что-то мутноватое в маленькую рюмочку.
– К вопросу о том, что принято, а что – нет… – Я пыталась понять для себя, не выдам ли я непонимание местных обычаев и традиций…
– Ничего предосудительного – глоток чего-нибудь вкусного. У вас ведь тоже был тяжелый день?
– Не без этого. – Я поднялась и пошла к нему.
– Глоток вишневой наливки? Вина не держу – не люблю я его. А слабее наливки ничего нет.
– Хорошо. Так что вы предпочитаете есть на обед? – вернулась я к теме разговора.
– Без разницы, – упрямо сказал он.
«Слышала я такое уже. Просто мясо – пока хватит».
– Есть суп, который вы не любите?
– Нет. – Он страдальчески посмотрел на меня – и налил себе еще рюмку.
– Вы едите рыбу и грибы?
– Да.
– Допускаются ли приправы и зелень?
– Какую-то приправу я не люблю, – признался он.
– Какую? – сделала стойку я.
– Не помню. Но я от нее чихаю.
Я залпом, наплевав на приличия, выпила наливку. Крепко, но вкусно. Сладко.
– Тяжелый случай, – пробормотала я.
– Вы что-то сказали?
– Теперь по поводу ужина…
– Я вас обязательно познакомлю с милордом Милфордом, – широко улыбнулся мой хозяин.
Поймав мой удивленный взгляд, он добавил:
– Это начальник имперской контрразведки, мой друг. Что-то мне подсказывает, что вы ему понравитесь.
«Красота! Только с контрразведкой мне не хватало познакомиться…» – подумала я. И продолжила:
– Сколько перемен блюд должно быть на ужине?
– Слушайте, может, еще по наливке и поговорим о чем-нибудь другом? А то я себя ощущаю как на допросе.
– Тогда мне понадобится больше времени, чтобы понять, чем вас кормить. Так сказать, опытным путем составить меню. А вам придется потерпеть.
– Договорились, – безропотно согласился вельможа со зловещей репутацией. – Только я должен предупредить, что у меня обедают по вторникам мои дипломники.
– Сколько человек?
– Шестеро, включая меня.
– Замечательно, – опечалилась я. – Сегодня какой день недели?
– Четверг.
– Время есть.
– Не переживайте. И еще одно. В моем кабинете слуги должны убираться лишь в вашем присутствии. Не то чтобы там лежало на виду что-то секретное. Просто – порядок такой.
– По поводу порядков… Могу я брать из библиотеки книги, чтобы читать их у себя?
– Можно, – пожал он плечами. – Только там практически нет развлекательной литературы.
– Я заметила. Труды по истории, военному делу. Мемуары. Исследовательские работы.
– Надо же, – улыбнулся он, – у вас такой восторг в глазах. Интересно…
– Пожалуй, мне пора, – аккуратно поставила я бокал на столик.
– Кстати говоря, вы не спросили о самом главном.
– О чем же?
– Где брать деньги на хозяйство.
Глава 8
Не знаю, как бы меня разместили, будь я гостьей милорда – до гостевых спален мы не добрались вчера, – но и меня, экономку, разместили роскошно. Две небольшие, но уютные комнатки. Одна – проходная – выполняла роль гостиной, другая была спальней. К ней примыкали ванная комната и гардеробная. Мда… Я со своими несколькими платьями робко заняла краешек. Подумала. И гордо водрузила на одну из полок волшебный саквояж.
Спала я плохо, каждый час просыпаясь и поглядывая на часы. Все боялась проспать и не явиться на кухню в шесть утра. Надо же было проверить, собирается ли милейшая Каталина выполнить мое распоряжение или нет.
И все равно звонок будильника стал для меня неожиданностью. Я поднялась, умылась – удобства в доме с канализацией и водопроводом несказанно радовали. Нацепила сбрую – по-другому именовать местное нижнее белье у меня не получалось. Несильно зашнуровала корсет – он был достаточно мягкий, и шнуровка находилась спереди, – натянула чулки. Тяжело вздохнула, надевая панталоны – с кружавчиками, по колено. Платье-ночнушку очередного светлого цвета. С рукавчиками-фонариками. Фух, аж запыхалась.