Принцесса ионитов (СИ)

Красные глаза моргнули пару раз. Наступил миг тишины, который прерывался далёким стуком чего-то тяжёлого по полу. Так, что даже ощутил отдающийся в ногах гул.
— Принято, — ответила Сайна.
Я выдохнул с лёгким облегчением.
— Отвечай, ты можешь управлять людьми? Как?
— Принудительная интеграция ионического кода посредством зрительного контакта с зарядами очищенных ионов.
— Очищенных ионов? — не понял я.
— Отсутствие нужной терминологии. Рекомендуется прохождение адаптации… — девушка вновь потянулась ко мне левой рукой, но я сразу же её остановил.
— Стоп! Отмена директив! Запрашиваю детальный пересказ событий с того момента, как я покинул группу.
Рассказ оказался долгим. Как и эти девять дней.
По мере приближения, шум становился всё сильнее и ощущался в ногах всё заметней. Но я пока старался на это внимания не обращать, слушая девушку. Порой её слова было разобрать слишком сложно, так что нужно было сохранять всю концентрацию, чтобы хоть что-то понять.
Сперва группа была вместе и даже предпринимала попытки совместной обороны. Вытащили тела из под завалов, не нашли там меня. Затем забрали тела, которые не могли воскресить до конца, оставив в состоянии коматозников.
Почему так случилось?
Потому что воскрешение Тии Альмой не вернуло её душу. Девушка просто бросила тело и помчалась ко мне. Не то, чтобы она не могла оставить частичку себя в лагере — она просто об этом не подумала, когда метка хаоса сказала, что я погиб.
Всё прочее просто вылетело у неё из головы, и она помчалась к моему телу, вообще забыв об Ордене.
Затем сработала странная аномалия, в результате которой Сильван воплотился на четыре этажа ниже. Там, где он мог по размерам локации вместить два немаленьких терминала, не говоря уж о всех наших складах.
Меня же способность возрождения выкинула на двадцать третий и немного в сторону из-за сместившейся части отколовшейся аделитовой плиты. Таким образом, мы оказались разделены со способностью.
Фрагмент остался во мне, а воплощённая локация — сама по себе, и прямой контакт был нарушен. Именно поэтому навык убежища не срабатывал. Мне нужно повидаться с каменным сердцем и проблема будет решена.
Одна из проблем. Второй стала Сайна.
Снизив осознанность до минимума, она получила что-то вроде подчинения всего, что может передвигаться. Машины, нежить и… живые разумные.
В способности я сразу узнал базовые зачатки ассимиляции. Вот только чем? Ионическим кодом? Даже не слышал о таком. Пока что больше походило на подчинение.
По-началу девушка начала проводить процедуру с врагами, чтобы они тащили Телегу.
Да, Телегу с большой буквы. Это была самоходная платформа, которая перемещала зелёный камень сердца убежища. И это было самое странное, что я видел за последнее время.
Хотя нет, вру. Было кое-что ещё более необычное.
— ЖРА-А-АТЬ! — в голосе огромного кота послышались нотки мольбы.
Мы как раз входили в убежище, где располлагался такой необычный привратник.
Серый шар ещё не стал красноглазым. Вернее, только наполовину — один глаз покраснел но был прикрыт. Видимо, промыть мозги такому существу Сайне не удалось. Но она научилась управлять им другим способом:
— Твой вклад недостаточен. Продолжай вычисления!
Со всех сторон на Хантера были направлены яркие прожекторы ионитового света. Рядом с котом на земле валялась кипа исписанной бумаги.
— Что ты с ним сделала? — не поверил я своим глазам.
— Дисциплина эффективна, — ответила механистка. — Вычисление возможных вероятностей будущего показало появление чужака в этом квадрате. Я рада, что это оказался ты.
— То есть он просто строчит предсказания?
— На ближайшее будущее. Слишком далёкие расчёты пока что ему недоступны, однако физическая интеграция базового поточного амплификатора и вычислителя должны исправить эту ошибку.
— Ты начала модифицировать всех на терминале ионитов?
— План поэтапного устранения логических противоречий до распознания как «ионическая структура» на стадии разработки из-за конфликта приоритетов. Основные модификации были произведены для меня. Эффективность обработки данных управляющей иерархией структуры носит приоритетный характер. Поэтому я настаиваю на проведении адаптации…
  
— Хватит, — с раздражением бросил я.
За входом в убежище я увидел… личинку нового короля техноцита, помешанного на эффективности.
Похоже, не успел стать полностью красноглазым лишь Хантер.
Остальные не обратили на меня никакого внимания. Остальные — это трудящиеся в огороде небоевые члены убежища. Ровные ряды грядок под ярким алым светом, смешавшимся с фиолетовым фито-освещением, необходимым для роста растений.
Красноглазая троица энирай, толстяк-кузнец и бывшие обитатели кунсткамеры, насколько им позволяли физиологические особенности, работали в поте лица.
В убежище царил идеальный порядок, достойный самого фанатичного перфекциониста. Это тоже бросалось в глаза, так что казалось ненормальным. Даже растения были будто в старой игре — внешне клонами друг дружки.
Здесь же я стал свидетелем ещё одной странной картины, которая наверное заняла бы третье место в списке странностей.
В тёмной зоне чуть вдали по кругу ходила красноглазая Нэсса с фатумом за спиной. Страха или сомнения на лице у девушки не наблюдалось — она просто повторяла одни и те же действия, пока фатум беззвучно плёлся за ней следом.
— Зачем…? — только и спросил я.
— Отслеживание и контроль. В случае необходимости мы знаем точку дислокации. Под ионическим излучением фантом теряет все свойства, но не исчезает. Мы лишь перестаём его видеть.
После этого мы наконец вышли к зелёному камню.
Механистка не успела закончить рассказ и как раз говорила о том, как вскоре убежище была вынуждена покинуть Альма. Поскольку добраться до Тумора с двадцать четвёртого в одиночку было невозможно, нужно было собрать отряд. Таким образом Убежище лишалось ещё половины бойцов.
Подняться наверх — означало бросить убежище. Не разделяться — значило обрекать Альму на муки и потерю статуса. Оставаться на месте — погибнуть под напором монстров и эффекта вытеснения бездействующих.
Итогом стало… вот это.
Под зелёным камнем была многолапая, напоминающая паука подставка. Механизм непрерывно перемещался благодаря постоянному движению множества тяжелых лап. Отсюда и был слышен шум, раздававшийся по всей локации.
Машина, больше похожая на хтонического паука-мутанта, медленно, но уверенно передвигалась вперёд.
— Камень настолько тяжёлый? — не понял я. — Как… и зачем это вообще работает?
— Форма не соответствует содержанию. Материалом послужило некачественное сырьё. Однако он способен выдерживать нагрузку без остановки.
— С такой скоростью? Сколько весит камень?
Девушка посмотрела на меня с удивлением.
— Переводя в несовершенную ошибочную математику с пробелом в расчётах, около двухсот сорока восьми тонн.
— Сколько⁈
— Вес сердца равен весу убежища, поделённому на коэффициент сжатия. Текущий вес сильно снижен от реального.
— Почему тогда он не продавливает пол — такой вес в ограниченном размере?
— В призванном виде он распределяет давление своего веса по всей локации. Это одна из причин возникновения критической ошибки функционирования твоей способности.
— Что ты имеешь ввиду?
— Законы сохранения массы и энергии не могут быть нарушены. Повреждения структур неизбежны.
— Понятно, выше четвёртых убежище больше не призываем.
— Это разумное решение, — кивнула Сайна.
На гранях камня появилось зеленоватое послание от хранителя:
— Арктур! Ох, слава всем богам известных миров! Какое чудо, что ты здесь! У меня уже голова болит от этого стука… и от попыток отражать попытки ассимиляции от твоей подружки.
— Большее содействие повысило бы эффективность, — пожала плечами Сайна.
— Что тебе от него было нужно?