Нападающий (ЛП)

ГЛАВА 23
Я проснулась в пустой постели и почувствовала запах шипящего бекона.
Первое событие было нормальным; второе было достаточно необычным, чтобы вырвать меня из забытья сна.
Я редко ночевала у кого-то дома и редко позволяла кому-то ночевать у себя. Так откуда же взялся бекон?
Я неохотно открыла глаза. Солнечный свет струился сквозь занавески, золотя стопку одежды на полу и стакан с водой на тумбочке. Пространство рядом со мной было еще теплым, а простыни пахли сексом и легким запахом лосьона после бритья.
Секс. Лосьон после бритья. Ашер.
Фрагменты вчерашнего вечера наконец-то прорвались сквозь мой утренний ментальный туман. Двойное свидание с Клайвом и Айви, Ашер, появляющийся у моей двери после того, как он уже высадил меня, а затем...
Улыбка расползлась по лицу прежде, чем я успела ее остановить.
Это было следующее утро, также известное как день расплаты. Мне следовало бы волноваться, но все, что я чувствовала, это маленькие пузырьки шампанского эйфории, шипящие в моей крови.
Я все еще лежала в постели, а это означало, что мой день технически еще не начался, хотя бекон и Ашер были заманчивыми соблазнами.
Я потянулась. У меня болело все тело, и в приятном смысле, и в смысле: мне-потребуется-дополнительно-соль-Эпсома-для-этого, но это было не настолько плохо, чтобы взяло верх над моим голодом.
После минуты наслаждения тишиной я вылезла из кровати и натянула первую попавшуюся футболку оверсайз. Я нырнула в ванную, чтобы почистить зубы и убедиться, что не похожа на гремлина, прежде чем босиком прошлепала на кухню.
Я остановилась в дверях, и от открывшегося мне зрелища у меня перевернулся желудок.
Ашер стоял у плиты, одетый только в боксеры. Мышцы его спины напрягались, когда он раскладывал бекон, а мои перевороты желудка трансформировались в полные кувырки.
Забудьте о порно. Это то, чего хотели женщины.
Я еще некоторое время любовалась его взъерошенными волосами и загорелой кожей, прежде чем дала о себе знать.
— Чувствуешь себя как дома, я вижу, — поддразнила я. Я вошла на кухню и скользнула на один из стульев у островной стойки.
Ашер повернулся, и его лицо расплылось в улыбке, когда он увидел меня.
— Я подумал, что ты с меньшей вероятностью выгонишь меня, если я подкуплю тебя беконом, яйцами и сосисками.
Намек на сон сделал его голос грубым, что, на мой взгляд, очень добавило атмосферы. Я могла бы привыкнуть просыпаться таким образом.
Он подвинул мне тарелку и столовые приборы. Я с благодарностью приняла их, мой рот наполнился слюной от кучи еды. Он приготовил бекон именно так, как мне нравилось: хрустящий, но не слишком, с достаточным количеством жира, чтобы избежать некрасивой сухости. Полоски блестели рядом с двумя кусочками идеально поджаренной колбасы и небольшой горкой яичницы-болтуньи.
— Если бы ты не забыл про чай, я бы подумала, что ты экстрасенс, — съязвила я. — Ты все приготовил идеально. Спасибо.
— Ах, чай. — Ашер щелкнул пальцами. — Как я мог забыть напиток богов?
Он схватил кружку со стойки и поставил ее передо мной. Черный чай с капелькой молока и сахара. Идеально.
— Неважно. Ты экстрасенс. — Я потянулась к кружке, но остановилась, когда он уставился на меня, нахмурив брови. Неловкость покалывала мою кожу. — Что?
Неужели мои затуманенные глаза обманули меня в зеркале ванной? Была ли у меня гигантская складка от подушки на щеке или полоска засохшей слюны в уголке рта?
— Твоя рубашка. — Рот Ашера дернулся. — Ты говоришь о планете или о собаке?
Я опустила взгляд, сбитая с толку, пока не поняла, что на мне футболка «Справедливость для Плуто» (прим. pluto также переводится как Плутон). Карина подарила мне ее после того, как я купила ей чучело пингвина в магазине зоопарка Бронкса во время отпуска в Нью-Йорке.
Мои плечи расслабились.
— Планета. Видишь? — Я указала на него вилкой, временно забыв о завтраке. — Ты назвал это планетой. Потому что это планета. Я никогда не прощу Международному астрономическому союзу за то, что он понизил Плутон до уровня карликовой планеты.
  
— Разве карликовая планета не является планетой?
— Это не то же самое! Это как перейти из Премьер-лиги в Английскую футбольную лигу.
Британский футбол был разделен на несколько лиг. Премьер-лига находилась наверху. Английская футбольная лига, занимала уровень ниже.
— Понятно. — Еще одна крошечная улыбка появилась и исчезла. — Я не знал, что ты так, э-э, увлечена Плутоном.
— Это моя любимая планета. — Самая маленькая, самая недооцененная. Она была аутсайдером Солнечной системы, и она заслуживала немного любви. Почему Земля и Марс должны получить всю славу? — Я сделала целую школьную презентацию о ней, когда она была еще девятой планетой от Солнца. У меня были фотографии. Я не спала всю ночь, раскрашивая шарики из пенопласта. Моя учительница по естествознанию сказала, что это была лучшая презентация о планетах, которую она видела за много лет. А потом знаешь, что произошло?
Ашер встревоженно покачал головой.
— На следующий год МАС понизил его статус. Они сказали, что это больше не планета. — Мое возмущение возросло от несправедливости. — Ты можешь в это поверить? Структуры существуют не просто так. Когда я росла, меня учили, что планет девять. А потом однажды они просто взяли и изменили их на восемь. Как это может быть справедливо? Никак. Плутон заслуживает лучшего, поэтому «Справедливость для Плутона». — Я указала на свою рубашку. — Мне не нравится, когда люди произвольно меняют устоявшиеся правила.
— Я не знаю, являются ли планетарные классификации обязательными правилами... — Ашер поднял руки, когда я сердито посмотрела на него. — Я имею в виду, ты права. Справедливость для Плутона.
— Спасибо.
— Напомни мне никогда не спорить с тобой об астрономии или сводах правил. Ты становишься просто ужасающей, когда начинаешь говорить об этих предметах. — Он сказал это с серьезным лицом, но его глаза чуть-чуть блеснули.
Кровь прилила к шее и щекам. Мне пришло в голову, что вчера мы впервые занимались сексом, а я только что целых пять минут разглагольствовала о планетах.
— Мне нравится видеть эту сторону тебя. — Ашер принес еще одну тарелку и сел рядом со мной. Его колено коснулось моего, и он выглядел так уютно на моей кухне, что в моих венах пробежали маленькие всплески тепла.
— А что касается занудной болтливой стороны? — спросила я.
— Незащищенная сторона. — Уголок его рта приподнялся. — Ты можешь болтать о Плутоне сколько хочешь. Я не буду судить... слишком много.
Я поборола улыбку и проиграла.
Мы плыли на последних клочках посткоитального блаженства. Скоро наши ноги коснутся земли, и нам придется столкнуться с реальностью.
А пока, когда мы завтракали бок о бок, а солнце светило в окна, и воздух был наполнен ароматами домашней еды, мы были довольны.
Я не приводила домой парня с тех пор, как рассталась со своим бывшим, и присутствие Ашера было почти подавляющим. Его мускулистое тело заполняло комнату, высасывая весь кислород и делая невозможным дышать, не вдыхая его в легкие.
Я не ожидала, что мне понравится так сильно. Я была скрытной личностью и яростно охраняла свое личное пространство. Но вместо того, чтобы раздражать меня, компания Ашера сделала мою холостяцкую квартиру чуть менее одинокой.
— Какие у тебя планы на день? — спросила я, делая, как я надеялась, небрежный глоток чая.
— Провожу время с тобой, — легко сказал Ашер. — Если ты этого хочешь, конечно.
О, он был хорош. Мало того, он был искренним, отчего моему бедному сердцу стало еще хуже.
— Полагаю, я могла бы составить тебе компанию на некоторое время, — сказала я с притворной неохотой. — Моему чтению придется подождать.
В уголках его глаз появились морщинки.
— Я ценю твое великодушие.