Осень, ставшая весной и изменившая все (СИ)
— Дядька Ульм, вот это наш командор Вадим, про него я рассказывала вчера.
Вполне справный мужик, возрастом за сорок, легко поднялся, кивнул головой и мы недолго молча разглядывали друг друга. Мне этот Ульм сразу глянулся. Заметно пониже меня ростом, сухощавый, жилистый. Взгляд внимательный, цепкий. Сразу понятно, серьезный боец был в прежние времена, да и сейчас неплох. Нам такой сгодится. Он сходу обратил внимание на сумку с Кастетом у меня на поясе и лишь безмолвно удивился. Начали разговаривать о разном, Юма благоразумно помалкивала, лишь изредка очень вовремя поддакивала. После непродолжительного общения я сделал ему предложение вступить в наш отряд. Ульм нисколько не раздумывал, согласился сходу. Даже не стал интересоваться условиями службы и жалованьем.
— Тогда собирайся, пойдешь с нами. Сейчас попробуем купить тебе одежду, для путешествия и вообще. Для осени, зимы. Может еще что нужно, ты не стесняйся, говори.
— Мне бы лучше оружие прикупить, а то кроме ножа у меня ничего не осталось. — смущенно заявил он. — Пришлось все продать пока мыкался, искал работу.
— Пока отдам тебе свой топор, после подберешь себе все что захочешь. Оружия и доспехов у нас достаточно. Твой работодатель отпустит тебя, ты ему ничего не должен?
— Отпустит легко. Рольф и не особо во мне нуждается, взял можно сказать из сострадания. Сам в молодости наемничал, знает что почем. Единственное, его сейчас нет, поехал с телегой за лозой. Должен пополудни вернуться, дождусь его. А то нехорошо выйдет, надо известить человека.
— Пусть будет так. Вот тебе четыре серебряка, прикупи все что потребуется. Как закончишь, приходи на наш постоялый двор.
— Не надо мне денег, Юма вчера все свое отдала.
— Бери, раз дают. У нас там место глухое, ни нитки, ни тряпки не купишь. Обо всем надо позаботиться заранее. В городе бываем редко, от случая к случаю.
В нашей гостинице снова выделил Юме три серебряка и мы опять разделились. Под ручку с женой отправился фланировать по городским улицам. Для интереса зашли в одну из лавок в которой продавались ювелирные изделия. Да-а, по сравнению с нашим временем здесь драгоценности выглядят довольно грубовато и увесисто. Одним словом, топорная работа. Камни гранить еще не научились, все они скругленной или заоваленной формы. Чем ярче и крупнее, тем выше цена. Простой перстенек с рубином с диаметром меньше сантиметра стоит 11 золотых! Нехилые цены, сильно не разгуляешься. Ванда внимательно слушала о чем я расспрашивал купца и улучив момент когда он отлучился, прошептала мне.
— Что ты надумал? Мне ничего не надо, у меня есть все необходимое. Здесь все так дорого!
— Я пытаюсь соблюсти обычаи нашего мира. Хотя бы минимальные. У нас, замужняя женщина носит на пальце правой руки простое золотое кольцо. Это некий символ, определяющий ее общественный статус. И вообще, это просто красиво. На любимой женщине должны быть украшения. Они дополняют ее очарование и природную красоту.
После такой нотации Ванда смутилась, не собираясь возражать очевидному.
Когда ювелир понял чего я хочу, он просто предложил мне изготовить подобное кольцо. Обещал уже к вечеру предоставить нужное. Договорились за один золотой, в задаток я оставил серебряную монету. Снял мерку с нужного пальца правой руки и заверил что все будет в порядке.
Далее бездумно бродили по улицам, затем еще раз вышли к базару. Ванда периодически совершала мелкие покупки. Время до вечера было достаточно, поэтому будем просто гулять, знакомиться с городом, крепче врастать в местную жизнь. Пообедать решили в одном из трактиров. Заведение было прилично заполнено, я уже думал уйти отсюда и поискать другое, но жена негромко заметила.
— Сейчас полдень, наверное везде полно посетителей. Только зря будем ходить с места на место. Какая разница где обедать, этот трактир ничем не хуже других.
Пожалуй верно, останемся здесь. Заняли свободный столик, прямо посередине зала. Сделали заказ развязанной, неунывающей девице с уже пожелтевшим фингалом под глазом и вскоре принялись за еду. Испробовали местной похлебки, наваристой и горячей, и принялись за жареное мясо. Запивали его красным вином, жена пила маленькими глотками, я тоже не усердствовал. Вокруг кипела жизнь, люди за соседними столами весело проводили время. Обильно ели, пили, изрядно налегая на вино, общались, весело смеясь. Мы уже почти заканчивали и я высматривал взглядом подавальщицу чтобы рассчитаться, как сбоку услышал громкий возглас.
— Ну и уродина, аж смотреть противно!
Оглянулся, одновременно вставая. Один мужик, из компании сидевшей за соседним столом, проходя мимо нас, обратил внимание на лицо Ванды и не сдерживаясь, высказал свое суждение. Хохотнув, как ни в чем не бывало, отправился к своим дружкам. Ванда от такого лишь вздрогнула, изменилась лицом и опустила плечи. Я наоборот разозлился и двинулся вслед за несдержанным на язык грубияном. Настиг его почти возле их стола и небрежно похлопал по плечу. Когда изумленный таким панибратским отношением крепыш в негодовании обернулся ко мне, просто махнул правой, резко вбивая кулак ему в челюсть.
— Хрясь! Удар вышел хорош. Собрав глаза в кучу, несдержанный болтун резко ослабел в коленках и без чувств рухнул на каменный пол. Чистый нокаут!.. Ах нет, всего лишь нокдаун. Срубленный мною боец зашевелился и попытался подняться. Вот же сученок с чугунной челюстью, другим подобного вполне хватало! Его товарищи, обалдев от такой наглости, начали подниматься и один из них потянул из ножен кинжал. В ответ на такое, я отточенным движением выдернул ГШ из кобуры и щелкнул затвором. Наставил на самого несдержанного, пятясь спиной назад, желая оставить себе пространство для маневра. Истошно завизжала находившаяся рядом подавальщица и шустро рванула в сторону. Люди сидевшие за соседними столикам, резко бросились врассыпную, не желая стать жертвами чужих разборок. Вокруг меня моментально образовалось пустое пространство. Держа под прицелом мужика с кинжалом, с угрозой произнес.
— Не вздумай двигаться, или я начну убивать! Ты сейчас в мгновенье от смерти!
Никогда не думал что увижу подобное. Багровая рожа здоровенного мужика вмиг побелела, из него как будто вмиг спустили весь воздух. Сдулся — вот самое верное определение его теперешнего состояния.
— Э-э-э… — затянул он на одной ноте, не в силах протолкнуть воздух из легких.
Стараясь не злится, продолжил дальше. — Мы все не без греха и случается совершаем в жизни ошибки. Сейчас ты можешь совершить фатальную. Вступишься за своего товарища, оскорбившего мою жену и вмиг потерять жизнь. Стоит оно того?
— Мой товарищ сейчас не в состоянии нормально мыслить и связно говорить — спокойно произнес один из поднявшихся, коренастый мужчина средних лет с холодными бесцветными глазами. Он взглядом указал на сидевшего на полу и тупо мотавшего головой мужика.
— Карл выпил лишнего и в хмелю был слишком несдержан на язык. Не держи обиды на него, господин маг. Я вместо него извинюсь перед твоей женщиной — и он обратился к Ванде. — Простите его благородная леди. Карл родом из глухой деревни и поэтому совершенно не знает хороших манер. Мы постепенно приучаем его вести себя прилично, теперешний урок он запомнит навсегда.
— Я принимаю извинения — быстро сказала взволнованная Ванда, непонятно как оказавшаяся за моей спиной. — Конфликты нам не к чему, мы уже уходим.
С этими словами она потянула меня за руку, проходя мимоходом, положила на наш стол три пфенинга. Я не стал обострять ситуацию и последовал за ней, поставив пистолет на предохранитель и засунув его в кобуру.
Выйдя на улицу, сразу направились в нашу гостиницу. Бесцельно прогуливаться больше не было настроения, бесцеремонный наемник его сильно подпортил. Передвигаясь по улицам я слегка опасался последствий и крутил головой по сторонам, автоматически обращая внимание на колышущуюся задницу Ванды, которая стремительно шла впереди. При энергичном движении, немалая попа плотно обтянутая тканью, смотрелась просто чудесно, невольно привлекая внимание. Замечательное зрелище, ничего не скажешь, эх как удачно я все же женился! Чем дальше тем сильнее влюбляюсь в свою подругу-жену. Такое не может не радовать. Странная штука человеческое сознание, отметил с удивлением, во время стресса почему-то думается о неподобающем. Тут надо скорее уносить ноги и опасаться удара в спину, а я попкой жены любуюсь.