Осень, ставшая весной и изменившая все (СИ)
К исходу второго дня ко мне подошел Курт, десятник, парень из нашего времени, габаритами схожий со мной. Сначала завел разговор ни о чем, затем заточился на конкретику.
— Андрис говорил, ты имеешь интерес к гладкостволу?
— Есть такое дело. Нарезного длинного у нас нет, так что будем пробовать заиметь дробовики. Ты хочешь мне что-то предложить… продать?
— Ну не то чтобы продать. У меня есть помповик Моссберг-550, 12 калибра. Почти новый, там в Германии всего несколько недель им владел. Деньги мне особо не нужны, а вот такой броник как у тебя, очень бы подошел. Давай поменяемся? Мы с тобой схожи телосложением, думаю что вещь сядет как надо.
Я сразу же согласился, даже не раздумывая. Блин, такая удача! Фридрих мне еще такую кирасу скует, а вот ружье в нашем случае это ого-го как круто. Тем более раз с патронами принципиально решено. Триумвират технических специалистов в лице Коли, нач цеха Ульриха и завгара Збигнева, продемонстрировал мне как выглядит готовый капсюль местного производства. Он четко садился в посадочное отверстие гильзы к дробовику и совершенно не подходил для стандартного винтовочного патрона Маузер и пистолетного Парабеллум. Но патроны для винтовки и пистолета они делают уже под свой капсюль. Так что для нас все складывается отлично. Вовремя провиденье отправило мне на встречу этого парнягу. А я еще сомневался, стоит ли водить знакомство с такими земляками!
— Я смотрю ты в этом бронике в бою побывал? — задал вопрос Курт, когда я притащил ему в казарму свою кирасу. Вокруг собрались местные бойцы, полюбопытствовать на редкий составной доспех. Даже сам Дитмар, командор дружины, заинтересованно разглядывали такую невидаль.
— Да, было дело, случилось подобное. Даже не раз. Но пробития не было. Копье метнули метров с 15, от удара лишь с ног слетел. Но на теле только легкий синяк, да на грудной пластине небольшая вмятина. Ну а арбалетные болты и вовсе ерунда. Эту кирасу наш Фридрих еще в Германии ковал, видать из путевой стали. Забился с братом что этот доспех пистолетная пуля не пробьет.
— Ну и как, пробовали? — не на шутку возбудился Курт. Остальные парни тоже заинтересовались такой необычной историей. Стояли кружком и внимательно слушали наш разговор.
— Не получилось у нас. Там дождь пошел, а тут жалко было патронов, да и вещь портить не хотелось. Сразу не до шуток стало и глупых пари.
— Да, да, конечно — кивал головой парняга, примеряя обновку, севшую на него вполне приемлемо. — Мне раз копьем прилетело, четко в плечо. Хоть сильного пробития не было, кольчуга спасла, но вот ключица оказалась сломанной. Да и так, кровищи было, ужас. С цельным доспехом такого не случится.
— Латы в этом плане, понятное дело, понадежнее будут — солидно подтвердил командор Дитмар, парень, годами даже помладше меня.
Довольные обменом, разошлись кто куда. Я в выделенную комнату, полюбоваться в одиночестве на знаменитый американский дробовик, который дома даже и не надеялся подержать в руках. Классное ружье, что и говорить. Сразу, только кинешь взгляд, чувствуется порода. Приклад и цевье из благородного ореха, темно-коричневого цвета, ствол длинной в 790 мм. Вот магазин маловат, всего 5 патронов. Но это не беда, при должной тренировке его можно оперативно дозарядить. В комплекте есть фирменная ремень для ношения через плечо и кофр для перевозки и хранения.
История с обменом получила неожиданное предложение. На следующее утро Курт подошел вместе с Ульрихом, начальником цеха, с которым я уже вкратце пересекался. Суть да дело, Ульрих предложил мне купить у него еще два ружья. Одно почти такое же как у Курта, Моссберг, но предыдущей модели. Моссберг-500. Второе попроще, турецкий помповик Хатсан-Эскорт. Я сразу выразил согласие и мы отправились в его комнату. Про американское ружье все понятно, это почти точная копия дробовика Курта. А Хатсан здорово смахивает на мой ствол. Также магазин на 7 патронов, длина ствола 51 см. Сверловка ствола полностью цилиндрическая, дульных сужений нет. Отлично, значит можно будет стрелять калиберной пулей. Ложе и классический приклад из серого пластика, ремня для ношения у турка тоже нет. Зато на оба ружья есть чехлы для транспортировки. Слегка смущенный Ульрих запросил за ружья ровно 30 золотых монет. За турка 12, за американца соответственно 18. Я даже не стал торговаться, примерно столько у меня как раз имеется с собой. Без лишних разговоров вытащил из поясной сумки кошель и высыпал содержимое на стол. Отсчитал требуемое количество монеток, оставшиеся четыре кругляша небрежно сунул назад.
— Ого, никогда таких монет не видел — удивился мужик, примерно моего возраста, разглядывая золотые нашей чеканки. Таких было около половины.
— У нас есть россыпное золото — не стал я скрывать правду. Но полностью раскрывать тему про прииск все таки поостерегся. Лучше сделать размытое, ни к чему не обязывающее заявление. То ли военная добыча, то ли что еще. Кому надо, пусть сами додумывают, поле для размышлений широкое. Русские люди сразу опознают в дизайне золотых монет свое родное. Если не сказать как есть, может возникнуть недоверие. А подобного допустить никак нельзя. Затем пояснил более развернуто.
— Плавим его и чеканим монету, выдавая за валюту из далекой страны где мы наемничали. В нашем городе к ним уже привыкли, вес у такой монеты чуть выше готенладской. Поэтому никаких проблем не возникает. Пара таких золотых совершили полный кругооборот и снова вернулись к нам.
— Вот как бывает! — изумился Курт, тоже вертя перед глазами блестящий кругляш. — Прямая иллюстрация на тему — круговорот воды в природе. Получается, теория действует и в мире материальных ценностей.
— Да, так и есть. Хотел еще спросить. У ваших людей еще имеется гладкоствол? Может отыщутся желающие продать ненужные ружья? Сейчас понятно у меня денег не хватит, но в следующий раз такое можно осуществить.
— У моей жены и ее подруги имеются двустволки вертикалки, итальянского производства — сообщил Курт. — Ирен и Ванесса очень дорожат ими как памятными вещами и продавать не собираются. Больше среди наших гладкоствола нет.
— Ладно, закрыли тему.
Итак получилось отлично, на такое я даже не рассчитывал. Сразу три путевых помповика, ух как усилится наша огневая мощь! И самое главное, теперь нет того поганого чувства жалости и безнадеги, когда расстреливаешь боеприпасы, пусть даже по делу. А мерзкая жаба давит на грудь, а счетчик тикает, напоминая что неизбежно наступит тот миг, когда патроны закончатся.
Но теперь ситуация в корне изменилась, раз мы сможем восполнить запас, значит можно доверить оружие местным бойцам. Например, тому же Лукасу с Мартином. Парни с нами почти с самого начала, проверенные в боях. Будем понемногу натаскивать бойцов, проводить пусть и нечастые, но регулярные стрельбы…
За три дня я перезнакомился с самыми главными действующими лицами в замке. Наговорился с тремя русскими девчонками, женами Андрея. Посмотрел на детишек, признался Маше что мои жены в начале пути за наследниками. Блондинистая стройняшка это очень одобрила и сразу меня зауважала. Еще одна девочка из биатлонисток, Алина, жена Дитмара, беременная магичка-Земельник, подробно расспросила что есть в хозяйстве из современных культурных растений. Узнала и порадовалась за нас, что смогли получить урожай картофеля, помидоров, огурцов и чеснока. После принесла и подарила мешочек семян подсолнуха, обработанных магией.
— Такие растения хорошо растут, им не страшны никакие вредители. Только поливай вовремя, вноси удобрения в почву, да гоняй птиц, чтоб не клевали урожай — пояснила Алина. — Мы уже в этом году собрали неплохой урожай. Сейчас собираем пробный пресс, попытаемся получить масло.
Но вот пришла пора расставаться с новыми друзьями, единственное мне не удалось увидеть десантника Васю и его брата, шофера Вову. Братья сейчас в Раппенштайне, это еще одно баронство на запад от Кригса. На прощание Андрей неожиданно подарил мне пистолет, тот самый Вальтер, ствол которого скопировал при первом разговоре. Получается, он не остановился и решил довести до конца начатое дело.