Несносный босс Дед Мороз (СИ)

Заодно подколю Маю за расстроенный день. Люблю, когда в её глазах вспыхивают опасные огоньки раздражения!
Не, ну реально мне было так херово, что аж стыдно. Каждый час к белому другу бегал — может и отравился чем-то, или переборщил с мерой. Ладно, напился таблеток — полегчало к вечеру. Принял душ сейчас, хоть чувствую себя человеком.
Но….
Открыв дверь, к огорчению вижу перед собой Венеру, хотя жаждал увидеть Маю. 
Чего это на ночь глядя принесло шпалу силиконовую?
Оуу! Ловлю себя на мысли, что я уже не воспринимаю всерьёз силиконовых женщин. А может женщин вообще?
Никого. Никого кроме Маи!
Я же узнал, раскусил её — Маю, мою бешеную, развратную Снегурку! Вот и всё. Весь ответ — мне больше никто не нужен. Хочу её! Только её! Осталось только выбрать дату свадьбы и кольца — братишки, берегитесь! Денежки готовьте, а вы думали я шучу? 
Когда правда раскрылась, я не просто был готов побежать жениться, я готов был полететь и не ради спора, не ради денег. 
Просто я её полюбил….
Люблю Маю уже давно! 
Но только недавно открыл в себе эти, настоящие чувства, которые, видимо, избегал годами.
Корпоратив здесь не совсем-таки важную роль сыграл… Он мне дал понять, что она всегда была со мной рядом, и как же много всего я пережил вместе с ней.
На пороге моего номера прямо передо мной стоит Венера — раскрасневшаяся, с безумными глазами. 
Она хватает меня за отвороты халата, притягивая к себе, возбуждённо шепчет:
— Лев.... Я тут... Наконец созрела, хочу во всём сознаться! Надоело ходить вокруг да около и ждать, пока ты внимание на меня обратишь... А ведь это я! Я — та самая пропавшая Снегурочка твоей самой жаркой ночи в мире! Представляешь?!” 
— Чего? — чуть на пол не оседаю. 
Как? Откуда? Она с дуба что ли рухнула?! 
Интересный поворот. Такого я точно не ожидал под конец поездки!
— Венера, ты.… 
— Это я, Лев! Да-да, это правда я! Удивлён?
Сканирую её взглядом с головы до ног подозрительно.… А она откуда обо всём этом узнала? Надо же, забавный поворот. И что всё это значит? Забавно понаблюдать. Думает, я лох какой-то?
Ради веселья решаю подыграть:
— Заходи.
Взвизгнув, прыгает сходу в мои объятия и лезет целоваться, заталкивая обратно в номер. Я без палева уворачиваюсь. Ну что ж, повеселимся! Что эта блондинка нам сейчас выдаст?
— Так, подожди! — чуть её притормаживаю. — Значит, говоришь ты — это она? 
— Да-да, Снегурочка, с которой ты по пьяни отжигал, а потом ничего не вспомнил. Тебе так понравилось, что ты решил её.… то есть меня найти! Но я скрываюсь, потому что стеснялась.
— Надо же…. А чего сейчас пришла?
— Ну я…. просто стеснялась и не знала, как ты отреагируешь! Надоело страдать от этих бурных, запретных чувств! — охнула она, прильнув ко мне огромными сиськами, подставляя пухлые губищи к моим губам для поцелуев. — Возьми же меня сейчас, как тогда!
Я реально сдерживаться изо всех сил, чтобы не обожраться до надрыва живота. Вот чё она творит?? Ералаш какой-то для взрослых! Уровень абсурда зашкаливает. 
— Не так быстро, а доказательства где? Как докажешь?
Интересно, как будет выкручиваться.
Она вытаскивает из своей сумочки светлый лифчик на тонких бретельках... и я мгновенно узнаю эту вещицу, ставшую моей одержимостью.
Венера самодовольно ухмыляется, поигрывая атласным кружевом на пальце:
— Ну что, убедился?
Как так.…
Украла. Сучка! Да она его у Маи умыкнула! Совсем охренела?!
Ну я ей сейчас… Я ей такое устрою! Сто раз подряд пожалеет!
Никаких сомнений — это тот самый лифчик, часть комплекта, моей Снегурочки с вечеринки, за которым я так долго гонялся!
Какой же стыд! Ну и нахрена я взял её такую на работу! Шлюхастая дрянь! Тошно от неё. Думаю, только о Мае… Может хватит метаться? Пора в чувствах признаться. 
Я получил что хотел, насладился ею сполна. Мы узнали друг друга лучше, сблизились, я понял, что окончательно потерял голову и втюрился в Бабочкину как пацан! 
Вот эти дни стали решающими. 
Я понял, это она.
Начал подозревать сразу, когда она замямлила, что захворала…. Когда краснела и заикалась при виде меня.
  
И когда под кофточку ей полез, дала по рукам!
Реакции начали её выдавать. А потом поцелуи…
Я вспомнил эти сладкие, охуенные губы… лучшие на свете! Да как такое можно забыть? 
Может алкоголь выбил большую часть воспоминаний, но ощущения я запомнил — мне было охрененно хорошо, как ни с кем ещё не было.
Я предполагал, что это она. Но точно пока знать не мог, должен был найти тот чертов лифчик. Пытался проверить других сотрудниц.
Думал, может Венера? Но не помню такую огромную грудь у Снегурочки.
Моя Снегурочка была нежной, воздушной, сахарной. А эта — как кобыла. Секс-бомба неповоротливая. Что-то нихена не понимаю, зачем я её взял на работу? Просто распиаренная девка была. На деле — ничего особенного. Она сюда пошла с единой целью — меня завербовать.
Надо проучить гадину! И за враньё, и за воровство. Может ещё за липовые дипломы и рекомендации. 
Я лукаво прищуриваюсь и притягиваю Венеру за талию. Та самодовольно улыбается:
— Ну наконец-то ты развеяла мои сомнения! — наигранно лепечу я. — А теперь послушай моё первое желание…
Её жадные губы лезут целоваться, пальцы скользят под халат. Вот ведь актриса! Ладно, сейчас мы ещё повеселимся, "милая".... Уж я тебе устрою!
— Подари мне номерок драйвового танца!
— Чего?
— Ну как тогда, на корпоративе. Ты же меня с ума свела своими движениями… умираю от желания полюбоваться ещё раз! Я, конечно, был слегка под хмельком, но кое-какие фрагменты отчётливо врезались в память.
Венера растерянно моргает, прикусив губу. А потом решительно вскакивает и начинает вертеть бёдрами с чрезмерным рвением, едва не сбивая углы.
Я с невероятным трудом удерживаюсь от прыснувшего хохота. Эти дёрганные прыжки на месте и трясущиеся в разные стороны руки... 
Прям как у коровы на скользком полу!
  
ГЛАВА 45
 
Посмеявшись с танцевальных потуг Венеры, я хитро прищуриваюсь:
— А теперь переодевайся!
— Чего-чего? — замирает, вся потная и растрепанная после своих неуклюжих плясок. Таращится на меня, как белуга. 
— Хочу лифон на тебе заценить, ну чего непонятного! Хочу видеть свою Снегурочку во всей своей красе! Шуруй в ванную, и чтобы лифчик через три минуты был на тебе!
Венера чуть мнётся, но улыбается самодовольно, явно за этой улыбкой скрывая ложь, всё-таки исчезает в ванной. Интересно, как будет выкручиваться, артистка погорелого театра, ёма-ё!
Оттуда доносятся возня, бряцание пряжек.... треск ткани! Жду минуту, две, три — теряю терпение. Недовольно стучу пальцами по столу, поторапливая.
— Твой Дед Мороз терпением не отличается! Знаешь, что бывает с теми, кто не выполняет просьбы начальника? А я, в первую очередь, твой начальник — надеюсь не забыла.
— Ну ладно, иду.… Просто, чтоб вы знали! Я грудь совсем недавно увеличила, так что это…. маловат комплектик стал!
Да уж «неплохая» попытка, но кто тебе поверит? Совсем уже за дебила держит? Я прекрасно видел какая у неё грудь была и какая сейчас. Такие операции не делаются впопыхах. 
Милосская выходит еле прикрытая полотенцем: красная как рак, вспотевшая и злая.
Я давлюсь от хохота:
— Ну что, не получилось? Размер явно не твой, да? Тогда, может, не стоит примерять чужие вещи?!
Венера шипит как рассерженная кошка, а потом начинает яро материться:
— Да пошли вы!!!! Подавись ты своим лифчиком и вообще вы меня все достали, тошно от вас! Совет да любовь! Ещё пожалеете! 
Актриска психует, сдёргивает с себя лифчик и в меня бросает, я ловко ловлю свою прелесть и бережно прижимаю к груди.
— Ты уволена, дрянь! Свои дипломы можешь повесить вместо туалетной бумаги. Теперь это мусор, уж я заморочусь, всех знакомых обзвоню и настоятельно буду рекомендовать такую особу как Венера Милосская не подпускать к себе ближе, чем на километр — наглая, мерзкая, охотница за кошелками и обеспеченными женихами. Далеко пойдёшь, ты, шлюха!