Бывший. Ты будешь моей (СИ)

Нежусь в теплой водичке, прикрываю глаза. Здесь волшебно…
Если бы еще Глеб не уехал, было бы… Вздрагиваю от какого-то звука и распахиваю глаза.
Замираю с открытым ртом, когда вижу мощную фигуру Наварского в дверях. Стоит, прислонившись плечом к косяку, и смотрит на меня.
Серьезный, но в глазах знакомый пожар. Уже не сдерживает его, как это было вчера. То, что произошло между нами ночью, как будто, прорвало лавину. И он теперь ревнует и смотрит так, что сотни мурашек бешено бегают по всему моему телу.
Вижу, что он устал. Но вернулся сегодня…
Он отрывается плечом от косяка и медленно идет ко мне. Погружаюсь под воду сильнее. Он усмехается. Смотрит на меня с какой-то особой нежностью…
- Глеб, я сейчас докупаюсь и спущусь… - говорю тихо срывающимся голосом. – Ты, наверно, голодный. Я ужин готовила…
- Голодный, - кивает он и садится на корточки рядом с ванной.
Смотрит так, что по телу дрожь. Кажется, что он говорит о совсем другом голоде.
Облизываю пересохшие губы и хочу что-то сказать, но замираю, когда он опускает руку в воду.
Поднимаю взгляд и зависаю.
- Что ты делаешь? – шепчу.
Он не отвечает. Гипнотизирует меня взглядом. Касается ладонью моей обнаженной ноги, скользит по ней. Дыхание сбивается, судорожно сглатываю.
- Глеб…
Он запускает вторую ладонь в мои влажные волосы и притягивает меня к себе. Жадно целует. Таранит мои губы, заставляя подчиниться. Приоткрываю их, впуская настойчивый язык. Отвечаю на поцелуй, плавлюсь в его руках.
Да, он действует на меня именно так. Уже привыкла…
Он продолжает поцелуй. Параллельно под водой сжимает обнаженную грудь, перекатывает между пальцами сосок. Всхлипываю ему в губы, приглушенно стону.
Как ему это удается? Для меня загадка.
Оглаживает вторую грудь, ласкает затвердевший сосок. Я плавлюсь в его руках и тону в ощущениях. Отвечаю на его дикие поцелуи с большим наслаждением.
Он ведет рукой ниже, по обнаженному животу, дальше… Вздрагиваю и распахиваю глаза. Хватаю его за руку. Он едва заметно усмехается. Тону в его синих глазах, в той нежности, перемешанной со страстью, которые я в них вижу.
- Какая ты сладкая, - хрипло шепчет он мне и ныряет ладонью мне между ног.
- Глеб… - шепчу ему в губы.
Накрывает пальцами самое чувствительное место и ласкает, скользит, дразнит, надавливает на клитор.
- Пожалуйста… - всхлипываю.
Сама не знаю, что прошу. Он накрывает второй ладонью мой затылок и жадно притягивает мое лицо к своему, врывается языком в мой рот. Ласкает неистово, сводит с ума. Задыхаюсь, хватаюсь ладонями за его сильные плечи, а потом взрываюсь от мощного оргазма. Дрожу, стону ему в губы, чуть не плачу от безумных ощущений.
- Какая ты сладкая, девочка моя, - хрипло шепчет он мне в губы.
Целует жадно, бешено. Кажется, что он еле сдерживается.
Его мобильный начинает звонить. В самый неподходящий момент.
Он не реагирует, продолжает жадно, глубоко меня целовать. Опять оглаживает грудь, стискивает...
- Глеб, - шепчу, разрывая наш поцелуй, - прими вызов. А то Дашу разбудишь.
Он нехотя меня отпускает, приглушенно рычит.
Встает и достает из кармана джинсов телефон. Смотрит на экран. Хмурится.
- Докупывайся. Я пока отвечу. Внизу жду тебя.
Коротко киваю, а Глеб выходит из ванной.
Медленно выдыхаю. Безумие… Всё, что между нами, просто сладкое, порочное безумие…
По-быстрому докупываюсь, одеваюсь и спускаюсь на кухню. Глеб в гостиной разговаривает по телефону. Меня не видит, в общем, я его – тоже.
Хочу уже доставать из холодильника ужин, чтобы подогреть, но замираю, слыша обрывки фраз Глеба.
- Медсестра? – спрашивает она. – И что она?
Молчит несколько секунд. Видимо, слушает собеседника.
Не знаю, куда он уезжал, но по обрывкам дневного разговора поняла, что кто-то из его близких попал в больницу.
- Любопытно, - доносится до меня приглушенный, глубокий голос Наварского. – Найди мне хорошего гинеколога…
Гинеколога? Зачем?
Я, вообще, никогда не подслушиваю чужие разговоры. Но тут продолжаю стоять и «греть уши». Знаю, что это неправильно, но очень хочется узнать о нем то, чего он не рассказывает сам. Ведь за границами этого дома у него есть целая жизнь.
  
- На когда? – он медлит, видимо, думает. – Завтра я занят. Послезавтра вернусь в Москву, и буду решать этот вопрос. Только сам всё это подготовь. Никого не подключай. Так. И еще… Что там с братом Алисы?
Кажется, даже не дышу, продолжая ловить каждое его слово.
- Ясно. Держи меня в курсе событий. На связи.
Понимаю, что разговор окончен, поэтому открываю холодильник и достаю мясо, тушеные овощи, салат. Когда закрываю холодильник, то вздрагиваю от неожиданности, потому что в дверях стоит Наварский.
Красивый, серьезный, задумчиво смотрит на меня.
- Мои люди вышли на след твоего брата. Если это он, то через два-три дня я его верну.
- Это… замечательно, - выдыхаю, смотря во все глаза на Наварского.
Спросить про гинеколога не решаюсь. Как минимум не хочу показать, что я банально подслушивала. Да и не мое это дело. Если он захочет впустить меня глубже в свою жизнь, он это сделает.
Отворачиваюсь к столешнице, грею еду, достаю тарелку, приборы. Ставлю чайник. Слышу, как за спиной отодвигается стул, Наварский садится за стол.
Ко мне не подходит, не пытается меня прижимать к себе, как делал это днем.
Телефонный разговор опять что-то поменял.
Накрываю на стол. Хочу вернуться к столешнице и сделать Наварскому чай, но он внезапно меня перехватывает за запястье и придерживает.
- Алис, - серьезно говорит он, - есть разговор.
Замираю, смотрю на него во все глаза.
- Какой?
- Я ещё женат.
  
58
 
Алиса 
Входим с Дашулей в нашу квартиру. Наварский тоже, хотя я говорила, что мы и сами прекрасно справимся.
- Папочка, а ты у нас будешь спать? – тут же спрашивает Даша.
Кидаю быстрый взгляд на Наварского – транслирую «не смей соглашаться»! Знаю, что на него такие взгляды не действую, но всё равно пытаюсь остановить эту лавину.
Он садится перед Дашей на корточки и смотрит ей в глаза. Мягко улыбается нашей дочери.
- Я сейчас уезжаю. Важные дела. Вернусь через три дня. И, знаешь, куда мы с тобой пойдем?
- Куда? – в предвкушении округляет глаза Дашуля.
- На аттракционы. Хочешь?
- Хочу! – тут же следует ответ.
Спасибо, что перевел тему.
- А теперь беги, разбирай игрушки. Я переговорю с твоей мамой.
- Хорошо, - кивает Даша и убегает.
Наварский встает в весь свой огромный рост. Практически на голову выше меня. Чтобы посмотреть ему в глаза, надо поднимать голову, но я это не делаю. До сих пор не могу прийти в себя от новости, что он еще женат. Хочу уже остаться наедине и всё обдумать. Рядом с ним сложно это делать.
- Алис… - серьезно смотрит он на меня.
Мягко ухватывает двумя пальцами мой подбородок, приподнимает, заставляя посмотреть ему в глаза.
- Я решу вопрос и вернусь к вам. Договорились?
Молчу, медлю с ответом. Хочется верить в это всё. Но внутри меня столько противоречий…
Он едва заметно прищуривается. Видит мои реакции, сомнения, опасения.
- Алис, я из вашей жизни уже никуда не денусь. Даже если ты будешь сопротивляться, – твердо говорит. – Ясно, малыш?
Коротко киваю, зависая и смотря ему в глаза. Я влюбилась, как какая-то девчонка. Дала уже определение своим чувствам. Вот только он женат. И это осознание просто переворачивает всё внутри.
Глеб серьезно рассматривает меня, скользит взглядом по лицу, задерживается на губах.
Делаю шаг назад, лишь бы не поцеловал. Ни за что! Ни в коем случае!
Отпускает мой подбородок. Понимает без слов.
- Вечером позвоню.
Киваю. Жду, когда уйдет. Хочу остаться наедине и просто осознать ситуацию. Откатиться в своих чувствах назад, если это возможно. И очень сомневаюсь, что возможно…