Орден Багровой бури. Книга 2 (СИ)

— Привет, — тихо говорит Лара.
— Привет. Спасибо за ужин. Выбор блюд не очень, конечно, — брезгливо смотрю на баланду и несвежий чёрный хлеб.
— Андрей, что случилось? Почему тебя обвинили в поклонении Хаосу? — спрашивает рыжик.
— Долго объяснять, пяти минут не хватит. А ты что, переживаешь за меня?
— Конечно. Мы же друзья, ты сам говорил, — улыбается она.
— Это так. Но ты не боишься, что тебя тоже обвинят в чём-нибудь? Или будут косо смотреть за то, что ты ко мне спускалась?
— А мне плевать! Я не верю, что ты виновен. И никто из наших не верит. Я имею в виду Витю и Дашу. Самойлов там уже адвокатов подключает, хочет тебя вызволить. Но вряд ли у него получится, в ордене свой внутренний суд.
— Ты права, адвокаты мне вряд ли помогут. Можешь позвать командора? Если я с ним поговорю, то улажу всё вот так, — щёлкаю пальцами.
Лариса вздыхает и качает головой:
— Я бы с радостью. Командор уехал куда-то в область по важным делам. Сказали, что вернётся ночью. Но сначала он наверняка поедет домой, а потом уже на базу. Уверена, ему про тебя доложили.
— Ладно, могу и до утра подождать, — пожимаю плечами я.
Рыжик наклоняется ближе к клетке и шипит:
— В том-то и дело, что утром тебя уже могут казнить! А то и раньше. Ты не представляешь, какое волнение поднялось среди наших. Офицеры требуют расстрелять тебя как можно скорее. Сам понимаешь, поклонник Хаоса среди Стражей — это позор для всего ордена. Они хотят избавиться от тебя, чтобы никто в остальных отделениях и тем более император не успели об этом узнать. Иначе орден могут ждать проверки, увольнения среди командиров и прочие беды. Если бы капитан Радов не помешал, тебя бы уже убили.
Лариса выдаёт все это на одном дыхании, а я внимательно слушаю. Да уж, если так посмотреть, ситуация и правда хреновая. Зато приятно, что Герман всё равно за меня заступается.
— Ясно. Не переживай, я со всем разберусь, — успокаивающе говорю.
— Как ты разберёшься, сидя в этой клетке?
Лара качает головой, а затем наклоняется ближе к решётке и еле слышно шепчет:
— Послушай, я придумала, как помочь тебе сбежать. Надо только…
— Нет, — прерываю я.
— Ты даже не дослушал!
— И не хочу. Не вмешивайся, поняла? Ещё не хватало, чтобы тебя тоже посадили в камеру. Я сам разберусь.
— Андрей, но… — пытается настоять она.
— Никаких, но ещё раз спасибо за ужин, Огонёчек. Приятного мне аппетита, хотя вряд ли я буду это есть. Фу, здесь что, черви в супе?
— Это вермишель. Ты уверен, что тебе не нужна помощь?
— Абсолютно.
— Как знаешь, — слегка обиженно отвечает Лариса.
— Время вышло! — как раз возвращается тюремщик.
— Завтра увидимся, — напоследок подмигиваю я.
Когда они уходят, снова становится темно, и я активирую астральное зрение. Смотрю на еду и решаю, что обойдусь без неё. Не настолько я голодный, чтобы есть подобную дрянь. Выглядит так, будто кто-то это уже один раз ел.
Ну и порядки! А если это мой последний ужин? Да и вообще, я ведь Страж, почему ко мне относятся так же, как к отребью вроде Ушастого? Хотя ответ здесь ясен — в ордене меня считают изменником, и готовы растерзать прямо сейчас.
Выходит, что засиживаться здесь не вариант. Надо выбираться. Только дождусь ночи, пожалуй. Как раз командор вернётся из своей поездки, направлюсь сразу к нему и поговорю. Заодно покинуть базу будет проще, ночью по ней тоже шастает немало народу, но меньше, чем днём.
Чувство времени у меня превосходное, и оно подсказывает, что сейчас около семи часов вечера. Значит, ещё часиков пять-шесть помедитирую, а потом на свободу.
Выпиваю воду, которая ощутимо отдаёт ржавчиной, а потом спрашиваю:
— Эй, Ушастый! Добавки хочешь?
— Чего? Какой добавки? — не сразу отвечает тот.
— Знаешь, как говорят — ужин отдай врагу. Мы с тобой как раз не друзья, хочешь съесть мой ужин? — спрашиваю я.
— Ха-ха! Да как же ты мне его отдашь? — хрипло смеётся браконьер.
— Будешь или нет?
— Ну, буду!
Выпускаю струны и вытягиваю ману из барьера на своей решётке. Ух ты, как интересно, а кандалы всё же работают. Энергию я вытянуть могу, а вот использовать на усиление уже нет, браслеты обрубают такую возможность. Ну ладно, не проблема. Перед тем, как уходить, я сниму их, вот и всё.
  
Дотягиваюсь до камеры Ушастого, снимаю барьер и затем струной передаю ему свой поднос.
— Приятного аппетита.
— Как ты это сделал? — недоумевает браконьер.
— Я ожидал услышать кое-что другое.
— Охренеть…
— Всё ещё неправильно. Тебя вежливости не учили? — интересуюсь я.
— Спасибо! — наконец, выдаёт Ушастый и начинает чавкать.
Я решил накормить придурка не затем, что жалко его стало. Просто хотелось проверить, что обезманить охранные артефакты мне под силу. Ну и чтобы он не сдал меня раньше времени, скормил ему эту дрянь. Я и так не сомневался, конечно, но уж больно мощными они казались. Думал, больше времени потрачу, но, похоже, после Крепости ночи я стал гораздо сильнее, чем сам предполагал.
Возвращаюсь на койку и приступаю к медитации. Когда чувствую, что уже наступила полночь, сразу возвращаю душу в тело и встаю.
Шутки ради вырезаю струной на каменной стене надпись «Здесь был Зверь». А уже потом принимаюсь за настоящее дело.
Избавиться от кандалов вообще не проблема. Одним ударом сдвоенной струны разрубаю цепь между ними, и кандалы сразу теряют свою антимагическую силу. Это мне не очень мешало, но обойдусь, пожалуй, без подобного аксессуара.
Срезаю сами браслеты и затем принимаюсь за дверь. Решаю поступить по-человечески и вскрываю замок, хотя мог бы просто рассечь прутья и спокойно выйти.
Оказавшись в коридоре, подхожу к камере Ушастого. Слышу его молодецкий храп, значит не зря его покормил. Теперь он проснется не поднимет крик. На сытый желудок лучше спиться.
Иду дальше по коридору. По дороге вырубаю видеокамеры, до того, как успеваю попасть в поле их наблюдения. Сомневаюсь, что тюремщик действительно не спускает с меня глаз. Не похож он на ответственного человека. Как только такого допустили охранять казематы и какого хрена он вообще делает в ордене? Для меня это загадка. Хотя, в любом обществе есть опустившиеся элементы, без этого никуда.
Чтобы подняться по лестнице, приходится потратить время. Заклинания-ловушки и сторожевые артефакты чуть сложнее, чем мне показалось, когда мы спускались. Не все из них можно просто лишить энергии, приходится искать особый подход. Но я его, конечно, нахожу и постепенно продвигаюсь всё выше.
Когда оказываюсь на верхнем этаже, слышу доносящиеся с улицы раскаты грома. Это не обычная гроза, такой грохот ни с чем не спутаешь. Начинается Багровая буря!
Очень вовремя. Под её прикрытием мне будет легче покинуть базу.
Передо мной последняя дверь, за которой дежурная часть. Скорее всего, там есть охрана, поэтому готовлюсь к драке. Убивать я никого не собираюсь, надо только вырубить, но быстро и чётко, чтобы они не успели поднять тревогу.
Надев астральный доспех, одним пинком выбиваю дверь и врываюсь в дежурку. Из обезвреженных заклинаний и артефактов я впитал столько маны, что заполнен под завязку. Скорость и реакция просто нечеловеческие.
Моментально оцениваю обстановку. Один Страж сопит в кресле, двое стоят у окна, за которым мелькают багровые всполохи, ещё один сидит за столом. Всего четверо. Прекрасно, на сегодняшний момент это моя любимая цифра. Четыре врага, четыре струны, один одновременный удар. Точно по затылку каждому. Тела валятся на пол, и никто не умер. Правда, голова поболит немного, когда очнутся.
Ничего, потерпят.
Так, а где же мой любимый тюремщик? Что-то я его среди оглушённых не вижу.
Тут же получаю ответ на свой вопрос. В глубине комнаты открывается дверь, и сонный надзиратель выглядывает наружу:
— Что здесь…
Увидев меня, он не в силах продолжить. Глаза распахиваются, челюсть отвисает, лицо принимает выражение бескрайнего ужаса.