Наследник для жестокого (СИ)

— Откуда ты так хорошо знаешь немецкий? — спросила я его в один из вечеров.
Мы вдвоем сидели у зажжённого камина. Андрей открыл вино, позволил и мне один бокал красного. Красиво, тепло и уютно.
— Думала, у меня нет никаких знаний и образования? — сузил он глаза. — Что я тупой бандюк?
— Нет, — пожала я плечами. — Ничего такого я не думала.
— Думала-думала, — кивнул Гор. — А у меня имеется диплом о высшем образовании международного института. Оттуда я и знаю хорошо немецкий.
Задумалась. Действительно, столько времени мы с ним уже, я нашего сына ношу шестой месяц, а толком ничего не знаю про его отца. Но теперь у нас впереди целая жизнь…
— О чем думаешь? — спросил он, притягивая меня к себе на диване и переплетая свои пальцы с моими.
— О тебе. О нас.
— И что надумала?
— Мне интересно, как у нас сложится с тобой дальше. Всё так… сложно.
Всё это время, что мы находимся здесь, Горский поражает меня своей заботой и вниманием. Как и обещал мне в больнице — пытается заслужить прощение и любовь, уже настоящую, без боли. Милые подарки — цветы, сладости, плюшевый медведь, с душой отремонтированная детская комната с прекрасной кроваткой с балдахином и принадлежностями для малыша. Впервые вижу, чтобы папа так заботливо всё выбрал для своего сына. И это очень приятно и ценно для меня. Дорогие подарки тоже были — драгоценности, камни… Он пытается растопить моё сердце снова. О дате свадьбы пока не заговаривал. Наверное, он ждёт, что я сама захочу выйти за него, чтобы эта свадьба не была с принуждением. Жизнь словно решила дать нам второй шанс и переиграть свадьбу.
— У нас никогда и не было легко, — ответил Андрей. — Но именно это нас связало с тобой. Правда же?
Он коснулся моей шеи губами и проложил до самого плеча упоительно нежную дорожку. Я закрыла глаза и наслаждалась. Каким же он всегда был ласковым, внимательным мужчиной… В постели он меня уже любил, и я где-то в глубине души это чувствовала и понимала. В моменты страсти он был настоящий — он ласкал меня любя. Наверное, поэтому я ответила — когда отношение Горского ко мне изменилось, и он начал испытывать ко мне чувства, то и обижать перестал. Гор жесткий, иногда жестокий — но он такой, какой есть, и я принимаю его.
Образ жизни и потери не могли сделать из него добряка и простака, но зато у этого мужчины есть стержень, характер, харизма, бешеная сексуальность, и с ним я чувствую себя в безопасности. Впервые в жизни я ощущаю защиту и заботу. Вот так странно — с тем, для кого я была просто пленницей и инструментом для достижения своих алчных целей… Думаю, Горский сам не ожидал, что все между нами могло сложиться именно так… А теперь мы оба пытаемся забыть его жестокость в начале. Получится ли?
С отцом и братьями Горский мне позволил попрощаться. Контакты их у него есть, и по возможности, я смогу пообщаться с ними по телефону, но не очень часто. А когда всё успокоится, то можно будет их навещать, но это уже точно после родов.
— Зарема тоже ждёт мальчика, — улыбнулась я и поделилась с ним радостной новостью. — Малыш здоровенький.
Сестра поехала с нами. На первом УЗИ пол не разглядели, но недавно она ходила на повторное, где ей и сообщили, что у неё тоже будет сын, как и у меня.
— Прекрасно, — улыбнулся в ответ Горский. — Значит, у меня будет два пацана — сынок и племяшка. Обоих подниму, не переживай. Я никогда не забуду Зареме заботу о тебе тогда… И того, на что она пошла ради тебя.
Мы оба замолчали. Атмосфера заметно накалилась. Мы не любим вспоминать Самира… Гор всё равно ревнует к мертвому бывшему жениху… Но как известно, из песни слов не выкинешь.
— Андрей, а ты… — закусила я губу, переживая о том, что он ответит на мой вопрос. — А ты сможешь принять ребёнка Самира и заботиться о нём?
Он плотно сжал губы. Желваки заходили ходуном. Эта тема его, как всегда, задела.
— Смогу, — утвердительно кивнул он. — Ребёнок не виноват ни в чём. К тому же мальчик не только Самира, но и Заремы. А твою сестру и её ребёнка я никогда не брошу, что бы за этим всем ни стояло.
— Спасибо, — заглянула я в его глаза. — Это много значит для меня.
— Это ты много значишь для меня, любимая, — он привлёк меня ближе, уложил к себе на плечо, ласково поглаживая по длинным волосам.
Я же молча улыбалась сама себе. Каждое объятие Гора — это как оказаться дома с самыми близкими, с самыми дорогими. В тепле, в уюте, там, где тебя ждут. Сказал бы кто мне еще полгода назад, что таким человеком — моим любимым человеком — станет для меня Горский Андрей, я бы просто покрутила пальцем у виска и в жизни бы в это не поверила…
— Кстати, о Зареме… — снова заговорил Горский. — Кажется, у твоей сестры тоже будет свадьба.
Села на диване и удивлённо посмотрела в его лицо.
— Какая ещё свадьба?
— А вот такая, — улыбнулся хитро Гор. — Сосватали у меня её. Так как я теперь отвечаю за твою сестру, то и просить руки Заремы пришли ко мне.
Вот это шок! У меня просто открылся рот в удивлении. Как я могла ничего не замечать? У Заремы завязался с кем-то роман? Хотя… Тут всего один вариант.
— Макс? — спросила я своего мужчину.
— Быстро догадалась, — усмехнулся он, снова сгребая меня в объятия. — Какая же ты умница! Я еще таких умниц не встречал в твоем возрасте. Раньше все двадцатилетние девчонки казались мне детьми, глупыми пигалицами, у которых на уме одни шмотки и помадки.
— Тут несложно было догадаться. Достаточно включить логику, — ответила я. — Кроме Макса рядом с нами больше мужчин не было. Тем более, что я действительно замечала между ними переглядки.
— Я вот заметил кое-что посерьёзнее, — сказал Гор. — Застукал их.
— В смысле? — округлила глаза и покраснела я.
Неужели Зарема спала с мужчиной без свадьбы?
— Целовались, — ответил он.
— А-а, — облегченно выдохнула я. — Целовались…
— После этого Макс и пришёл ко мне — Штирлица рассекретили. Забоялся, что по шее получит, да и смысла прятаться больше не было. Ну, собственно, по шее-то он получил… Но я позволил ему жениться на Зареме, раз так уж она ему нравится, и он даже готов записать ребенка на себя, если она сама захочет. Парень он отличный, стал мне довольно близок за это время. Осталось узнать решение Заремы.
— Ты не будешь её заставлять выходить за Макса? — опасливо уточнила я.
От Горского чего угодно можно ожидать. Он может слишком сильно вжиться в роль строгого нового "брата" Заремы и заставить её заключить брак только потому, что она и Макс поцеловались. Андрей перевёл на меня внимательный взгляд. Потом взял моё лицо в ладони.
— Я больше никого ничего заставлять делать не буду, — ответил он мне. Говорил будто о Зареме, но я поняла, что речь обо мне. — Хочу, чтобы отныне всё было только по взаимности. Поэтому мы просто спросим Зарему — хочет она быть женой Макса или нет. А еще я спрошу тебя, Ясмин. Я знаю, что до конца ты меня не простила, и это нелегко после всего, что я натворил, но может быть, мы хотя бы попробуем?
Горский вынул из кармана брюк коробочку с новым кольцом. Помнится, он мне его в наш первый брак насильно на палец натянул… Он открыл её и вынул кольцо, но надевать мне его не торопился.
— Я спрашиваю, — говорил он мне. — Я прошу тебя, Ясмин. Сделай меня самым счастливым — стань моей женой. Ты не пожалеешь, обещаю.
Я молчала, глядя на кольцо. Да, меня все еще гложут обиды…
— А если я не соглашусь, что будет? — спросила я. — Ты меня отпустишь? Говорят же, если действительно любят, то не причинят любимому боли и отпустят.
Горский опустил глаза. Рука с кольцом тоже опала. Он смотрел в пол и думал. Шли минуты, а он всё не отвечал. Если он сейчас скажет, что не отпустит меня никогда, то я откажу. Значит, он не изменился. Он не извлёк урок. Никто не будет счастлив от принуждения. Я не смогу жить под таким давлением все время. Мы будем растить сына вместе, но свадьба будет только тогда, когда он перестанет на меня давить и примет, как равную.