Прими как есть (СИ)

Татьяна? И как это будет выглядеть?
— Таня, как дела у твоей подружки?
— Почему ты сам у неё не спросишь?
— Я у неё в чёрном списке…
— Да? А почему?
— Потому что изнасиловал её… потому что преследую.
Пиздец. Приехали…
Тихо посмеявшись, Стас покосился на термос, всученный ему Ольгой Антоновной.
Представил лицо её матери. Приятная женщина. Радушная и внимательная. И отец. Её родители оставили приятные впечатления. В какой-то момент ему даже стало стыдно перед ними. Знали бы они, кого приняли за столом и кого накормили…
Знали бы — не пустили бы даже на порог. Так же, как это делает Кристина. Во всяком случае, она очень старается.
В кармане зазвонил телефон.
— Да? — нехотя ответил, прижимая трубку к уху плечом.
— Нужно, чтобы ты приехал, — выпалила Оксана, пропустив приветствие.
— Кому нужно? — мысленно провёл параллель между Ольгой Антоновной и Оксаной. Кому-то — мать, а кому-то — мачеха. Кто что заслужил…
— Твой отец сказал, чтобы я набрала тебя, Стас…
— А он не мог сам позвонить? — её голос раздражал даже сильнее, чем голос Татьяны.
— Ну, значит, не мог…
— Что случилось? — хотелось как можно быстрее закончить этот разговор.
— Эта собака…
— Что с ней?
— Я не знаю! Но её нужно отвезти к ветеринару! А я не могу сейчас!
— Ты, блядь, можешь мне объяснить, что с ней?!
— Не знаю! Не ест ни черта третий день. Сегодня перестала вставать! Она заболела, наверное.
Стас закрыл глаза. Опустил голову, впиваясь пальцами в переносицу, и тяжело вздохнул.
И что теперь делать? Даже если он выедет прямо сейчас, то приедет только к вечеру…
— У тебя, блядь, что, нету пятнадцати минут, чтобы отвезти собаку?!
— Нет, Стас! У меня их нету!
— А водитель? Почему я тебе простые вещи объясняю, Оксана!? Вызови на дом ветеринара!
Теперь ещё и собака…
— Если бы всё было так просто, Стас, думаешь, я бы стала тебе звонить?..
Замолчав на несколько секунд, он перечислил в уме своих друзей. Никитос сегодня поздравляет деда. Саня с Алисой тоже вроде, собирались за город. А Лёва?
— Я придумаю что-нибудь…
— Что значит: ты придумаешь?
— Меня нет в городе! И даже если я сильно захочу, то раньше вечера не приеду!
— А где ты?
— Всё. Я перезвоню. — Сбросив вызов, Холодный недовольно скривился. Взъерошил тёмные волосы на макушке, и набрал Лёву. — Давай, братик… возьми трубку.
***
Это была чертовски хреновая неделя.
Куда ни плюнь.
У Стаса было такое чувство, что против него ополчилось всё. Вся, мать его, жизнь, фортуна, вселенная… просто повернулись к нему задницей.
Всё началось с Графа.
Пёс и правда был плох. А всё потому что эта дура (отцовская жена) решила начать украшать дом к новому году и оставила открытой коробку с украшениями. Граф сожрал "дождик". И одна из лент обмоталась вокруг нёбного язычка. Кобель едва не сдох за те три дня. И спасибо Лёве, что выручил тогда.
Следом за Графом он и сам чуть "коней не двинул". Потому что какой-то мудила, на днях получивший права, подрезал его так, что Стас вылетел на встречку, с трудом увильнув от летевшей на него газели.
Вся жизнь перед глазами пролетела. Вся, мать его, жалкая жизнь.
И самое удивительное, что лицо Рыжей было первым среди тех, о ком он тогда вспомнил…
А что насчёт Неё?
Стас до сих пор ни сном, ни духом, что там у неё происходит. Подойти к Татьяне в универе и поинтересоваться пока ещё не решился. Написать в социальных сетях была попытка. Но… доступ теперь только для друзей.
Но она была в сети каждый день. А это означало, что девчонку поправило.
Наступили выходные. И, возможно, она вот-вот приедет. Возможно, уже в понедельник выйдет на учёбу. А возможно и нет.
Холодный опустился на корточки и аккуратно провёл ладонью по памятнику, счищая с него снег. Расчищая поверхность и открывая взгляду родное лицо.
Что за тварь это сделала?..
Сегодня он убедился в том, что неделя действительно — дерьмо.
Ему позвонили с кладбища, чтобы сообщить, что какие-то мрази разбили памятник на могиле его матери.
  
Для чего? С какой, блядь, целью?!
— Я починю, мам, — пробормотал тихо, — новый поставлю. Не переживай.
Оглянулся, услышав неподалёку шелест гравия. Кого там черт принёс?
— День добрый! — его поприветствовал незнакомый мужчина лет пятидесяти. Может, старше.
— И вам, — ответил поднимаясь. И думая: никакой он нахрен не добрый.
Стас пожал протянутую ему ладонь. Впился в суровое мужское лицо бездушным взглядом. Пытался понять, мог ли он где-то видеть этого человека. И ведь на долю секунды ему показалось, что — Да…
Но так же быстро эти мысли улетучились.
Нет… вряд ли. Он бы запомнил эту морду. Выдающийся заостренный нос, толстые губы, брови изломом, высокие скулы и крупный, слегка выпирающий подбородок. Хищник.
— Холодно, — задумчиво произнёс мужик, потирая тот самый подбородок, поросший щетиной.
— Угу, — Стас тряхнул плечами избавляя себя от напряжения. Убрал руки в карманы пальто и, отмерив шаг назад, встал напротив расколотого надвое памятника.
Ничего не спрашивал. Хотя, на языке вертелись вполне логичные вопросы:
Мы знакомы?
Ты кто такой?
Что ты здесь забыл, мужик?
Но он молчал. Слегка покачиваясь на пятках, рассматривал мамино лицо. И думал: интересно… она всё видит? Оттуда?
Гордится им? Или стыдится?
Мужик стоял рядом. Тихо что-то напевая, достал сигарету и, зажав ту между губами, тыльной стороной ладони похлопал Стаса по плечу.
— М? — нахмурившись, Стас снова посмотрел на него.
— Есть? Спички?
Холодный молча достал зажигалку и протянул ту незнакомцу. Посмотрел на то, с каким удовольствием тот затянулся, и не сдержался, делая то же самое.
Проглотив дым, брюнет выпустил несколько колец над головой.
— Будешь менять? — снова спросил мужик, равняясь со Стасом, и кивая на памятник.
— Надо, — пожал плечами. — Знать бы, что за мудак… и ноги вырвать.
— Вот и я так подумал, когда увидел.
Стас медленно повернул голову, всматриваясь в мужественный профиль. И всё же…
— Мы знакомы?
  
Глава 50
 
Это был не просто лёгкий мандраж. Это был самый настоящий тремор. Кристина складывала всё необходимое в небольшой рюкзачок, с ужасом наблюдая за тем, как трясутся её руки. Как говорится: с корабля на бал. Впереди предстояли тяжёлые две недели, за которые она должна была успеть подтянуть все хвосты. Две недели, за которые нужно было успеть не только влиться в учебные будни, но и справиться со всеми задачами, поставленными перед собой. И прежде всего — с Холодным. Уверенность в том, что она сможет ему противостоять, растаяла в ту же минуту, когда она узнала, что её внесли в списки тех, кто едет в приют для бездомных собак. Проблема была в том, что ОН там тоже будет. Хотя бы потому, что Стас и так состоит в волонтёрской группе, которая на постоянной основе посещает подобные места и оказывает помощь в кормлении, уходе и поисках новых хозяев для животных.
— Ну? Готова? — Таня была полна энтузиазма.
Кристина застегнула молнию на рюкзаке и, натужно улыбаясь, посмотрела на соседку. Готова ли она? Не совсем. В грудной клетке гудела сирена. Да так громко, что Крис едва ли могла спокойно говорить. Она знала наверняка, что сегодня встретит Холодного. Хоть и не видела его две недели, но было такое ощущение, что смотрела ему в глаза буквально вчера. Будто совсем недавно он опустошал её гадкими словами, говоря о том, что все её попытки сопротивляться — пустая трата времени.
— Вроде, да, — сжала пальцы на рюкзаке, и чуть выше подняла голову, надеясь, что это хоть как-то придаст ей уверенности. — А ты?
— О, да! Я ещё вчера была готова!
— Ты со всеми поедешь? На автобусе? — спросила Кристина. А мысленно произнесла: "со мной?"