Валентинка от босса (СИ)

— Того, что ты опять сделаешь мне больно, — еле слышно шепчу я.
Судя по тяжелому вздоху, Паша меня услышал.
— Я не могу тебе обещать, что этого не будет. Я сложный человек, на принца совсем не похож, Свет. Но очень хочу быть с тобой. Буду ждать тебя на парковке, если надумаешь, спускайся.
Паша отключается, не дожидаясь моего ответа, и я понимаю, что он предоставил мне выбор. Любо сейчас, либо никогда.
  
29 Глава
 
На раздумье у меня уходит секунд тридцать.
Мимо меня галопом проносятся все перспективы. Работа, семья, будущая ипотека и… Паша. Я не могу представить ситуацию, где он делает шаг ко мне, а я его игнорирую. Просто не могу. Люблю его. Семью с ним хочу. Детей от него хочу. Хочу, чтобы все у нас было как надо, как у нормальных людей. Только если не рискну, так и не узнаю, было ли все это возможно.
Если, предположим, я сейчас к нему не спущусь, где гарантия того, что он продолжит меня добиваться? Где гарантия, что не махнет рукой на молодую ветреную девицу? Что, если я сейчас не спущусь к нему и профукаю свой единственный в жизни шанс на счастье? Что, если больше никого так не полюблю? Никогда не узнаю ответы на эти вопросы, если не спущусь на восемь этажей.
Если и в этот раз не выйдет у нас, то… что ж, не судьба. Зато я буду знать: мы попытались.
Я подскакиваю с дивана, влетаю в туфли и бегу в сторону гардероба. Спешно надеваю куртку, шапку, повязываю шарф. Сейчас решится моя судьба. С колотящимся сердцем жму кнопку лифта.
Немного перевожу дыхание в холле перед тем, как выскочить на улицу.
Вылавливаю фигуру Паши, расхаживающую у своего автомобиля.
Стараясь не поскользнуться, иду к нему. Он меня замечает, замирает. Впивается взглядом в мое лицо, хочет увидеть, в каком я настроении и на каких эмоциях. Я улыбаюсь и вижу, как по его лицу проскакивает облегчение. Он меня ждал, я пришла.
— Привет, — смущаясь, говорю я, останавливаясь в паре шагов от него.
— Привет. — Он тоже улыбается, и вокруг его серых глаз собираются самые прекрасные лучики-морщинки, которые я видела.
— Как дела? — задаю самый дурацкий из вопросов, пришедший в голову, закусываю губу, чтобы от самой себя не рассмеяться.
— Нормально, а у тебя?
— Тоже. Скажешь мне что-нибудь интересное? — выгибаю бровь.
— Давай попробуем снова? — На выдохе. — Чего ты хочешь? Только скажи, я все сделаю.
Я хмурюсь, смотрю на стоящего напротив мужчину. Любимого мужчину, которому когда-то отдала себя полностью, не получив взамен ничего. Это было больно.
— Просто, как было в прошлый раз, не будет.
— В прошлый раз было просто? — усмехается.
— Ты понимаешь, о чем я.
Намекаю, чтобы на быстрый секс не надеялся. В этот раз из трусов выпрыгивать я не собираюсь. Пока что. Пусть докажет мне свои намерения делом. Если хочет быть со мной, то немного ожидания не повредит.
— Я понимаю. Так что, будем в кино ходить и целоваться на заднем ряду?
— Можно и в кино, — пожимаю плечами.
— Тогда, надеюсь, мой подарок тебе понравится.
Павел обходит машину, открывает багажник и скрывается из моего поля зрения на некоторое время.
Переминаюсь с ноги на ногу. Он приготовил мне подарок? В честь чего? А какой?
— Какой повод? — кричу в сторону багажник.
— День Святого Валентина. Если бы ты мне сейчас отказала, я бы начал давить на жалость.
Паша, наконец, выныривает и оказывается около меня. В его руках связка из красных шаров в форме сердец, подарочный пакет, из которого выглядывает белый плюш какой-то игрушки.
— Это что?
Мои глаза в шоке расширяются.
— Спросил у сына, как покорить понравившуюся девушку и вот, действовал точно по инструкции. Мои валентинки для тебя. Если бы ты не вышла, серенады в моем исполнении пришлось бы слушать всем двенадцати этажам. Будем считать, ты сберегла мою репутацию и пожалела уши слушателей.
Улыбаюсь, и Паша улыбается в ответ.
Делает шаг ко мне и сгребает в медвежьи объятия. Совсем не нежно стискивает до хруста в косточках. Я тихонько смеюсь, боясь спугнуть неожиданное свалившееся на меня счастье и зажмуриваюсь.
 
Мы замираем на какую-то пару минут в уютном молчании. Он кладет подбородок мне на макушку, я льну к нему, утыкаясь носом в его широкую грудь. Руки сцепляю в замок у него за спиной, он делает то же самое.
Мы вместе.
Это не сон.
Он мой. Я его.
Добился. Дожал.
Я капитулировала.
Стоим, обнимаемся посреди улицы, наплевав на проходящих мимо людей. Мы в своем коконе, нас окутывает и закручивает в вихре миллион эмоций. У меня даже кончики пальцев покалывают, так мне хорошо. Становится еще лучше, когда Паша наклоняется и ловит мои губы в плен.
— Спасибо, — шепчет между поцелуями.
— За что?
— За второй шанс. Я больше не налажаю.
Заливисто смеюсь, отрываясь от любимых шуб. Захватываю его лицо в ладони и, приподнявшись на носочках, шепчу, глядя в бездонно-серые глаза, в которых когда-то утонула:
— Будь добр, постарайся.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Эпилог
 
Год спустя
Холодные ладони опускаются на талию, и я взвизгиваю от неожиданности. Из ушей выпадает наушник, и кто-то целует мое голое плечо. Я определенно знаю, кто это.
— Паша, — выдыхаю, — не слышала, как ты вошел.
Я ждала его позже. У нас сегодня особенный день. Годовщина. Мы вместе целый год, и у нас все хорошо!
Пытаюсь повернуться, чтобы поздороваться с его губами, но меня останавливают.
— Ушел с работы пораньше, — говорит мой мужчина, продолжая путешествие руками по моему телу.
Пальцами подхватывает край домашней маечки и по-хозяйски забирается под нее. Холодными подушечками пальцев скользит по голой коже. Я тут же покрываюсь мурашками. Мне нравятся прикосновения моего мужчины, я таю под ними, мое тело отзывается в момент. Вот и сейчас голова тут же отключается, отдавшись инстинктам. Я подаюсь бедрами назад и прижимаюсь попкой к увеличивающейся эрекции Павла, пока еще спрятанной под брюками. Без стыда проезжаюсь по ней ягодицами. И вот так всегда. Ему стоит меня лишь чуть-чуть приласкать, как я тут же становлюсь на все готовой.
Хищно облизываюсь, представляя его член на свободе. Между ног призывно увлажняется и пульсирует.
— Холодно, — шутливо возмущаюсь, поежившись в его руках, которые почти добрались до моей ноющей без ласки груди.
Замираю в нетерпении. Дыхание уже давно сбилось, выдавая возбуждение.
Дома белья я не ношу, поэтому Паша, не встретив никакой преграды на своем пути, сжимает мои возбужденные соски.
— М-м-м, — не могу сдержать стон удовольствия, — еще, еще, пожалуйста…
Паша повторяет свои действия, покручивая мои чувствительные горошины.
— На улице не май месяц.
— А?
Я уже успела потерять нить нашей содержательной беседы.
Нож в моей руке вздрагивает, я и забываю, что собиралась приготовить праздничный ужин. Теплое дыхание щекочет мочку уха. Нож падает, когда горячий Пашин язык начинает ласкать мое ушко. Покусывать, посасывать, заставляя выгибаться и подставляться ему навстречу.
— Я помню, на улице февраль, — нахожу в себе силы ответить, мурлыкая, как кошка, закатив глаза.
— Может быть, еще и помнишь, что за день?
— Да-а-а.
Выдыхаю, совсем откинувшись на грудь Паши. Его руки продолжают играть с сосками, усиливая мое возбуждение.
— Хочешь свой подарок?
Облизываю пересохшие губы.
 
— Какой?
Нас обоих смывает волнами в бездну, когда Паша резко дергает мои домашние шортики, и они скользят по голым ногам. Слышу звуки расстегивающегося ремня, вжик молнии ширинки. В нетерпении кручу попкой. Хочу его член внутрь себя. Очень хочу.