Записки офицера Красной армии (СИ)

24 декабря я устроил выезд на место, для ликвидации реакционеров и обеспечения сохранности имущества НКВД. Такие вопросы надо решать незамедлительно. С собой я взял грузовик и семь милиционеров охраны. А сам поехал впереди на личном автомобиле. В первую очередь мы заехали в имение Бурки. Пани Юзефа вышла из дома во двор и по её фашистской морде было видно, что она очень испугана. Я вылез из машины и иду к ней. Тут она меня узнала и кричит радостно:
— Мишечка, неужели это ты?! Я думала, что ты погиб и даже плакала по тебе!
Тогда я сказал ей резким тоном:
— Нет тут никакого Мишечки, а есть капитан Зубов, начальник районного отделения народной милиции. Приехал сюда производить обыск!
Она побледнела. Смотрит на меня, словно глазам своим не верит и молчит. А я приказал ей идти в дом. Взял с собой двух милиционеров. Войдя в дом, я сказал ей:
— Пожалуйста сдайте незаконно хранимое оружие!
А она говорит:
— Нет у меня никакого оружия.
— Нет? — спросил я.
— Нет — повторила она.
Тогда я как тресну её по морде, как крикну:
— А браунинг мужа, который ты, подлая змея, сама мне показывала, где тогда?
Она отдала мне браунинг. Тогда я начал выспрашивать её про другие дела. Прежде всего про контакты с заграничными реакционерами при помощи радио. Она отрицала это. Но снова получила в морду. А радио я сам из тайника за печью вытащил — она даже не подозревала, что я знаю про этот тайник. Это радио мне очень пригодится, я как раз о чём-то таком подумывал.
Тут она и говорит мне:
— Вот так, Мишечка, ты отблагодарил меня за то, что я тебя три года, рискуя сама, от немцев укрывала и как к сыну к тебе относилась! Ты же сам говорил, что до смерти будешь мне благодарен за мою доброту и заботу!
Я ей ещё раз в морду дал.
— Молчи, подлая реакционерка! — крикнул я. — Таких как ты надо давить как тараканов, от вас ничего кроме измены Советскому Союзу не дождёшься!
Мы произвели тщательный обыск в имении. Я хорошо знал, где и что искать. Потом я составил протокол обыска и назвал основные пункты обвинения:
 
1. Муж находится в Англии.
 
2. Укрывание дезертира Красной Армии.
 
3. Хранение оружия.
 
4. Поддержание контактов за рубежом при помощи радио.
 
5. Пособничество деятельности партизан.
 
6. Контакты с немцами, а также знание немецкого и французского языка.
 
7. Контакты с подпольной организацией в Вильнюсе.
 
8. Фашистская агитация.
 
9. Подделка документов.
 
10. Распространение религиозных пережитков.
 
11. Очернение Советского Союза.
 
12. Восхваление фашистских порядков в Англии, в Америке и во Франции.
 
13. Буржуазное происхождение.
 
Пани Юзефа не захотела подписать этот протокол. Решительно отказалась. Вытирая рукой кровь с лица, она сказала:
— Можете делать со мной что хотите, но я эту клевету не подпишу. Это выглядит совершенно иначе.
Я предупредил её, что проявляя реакционную закоренелость она ещё больше усугубляет вину. Потом обеспечил охрану её имения и вещей в нём. А пани Юзефу приказал милиционерам забросить в грузовик и хорошо охранять, чтобы не сбежала. Потом мы поехали к Малугам. К счастью, всё семью мы застали за ужином. Они как раз отмечали сочельник. Это я и предвидел и именно поэтому выбрал 24 декабря днём моего визита. Антося, увидев меня, бросилась мне на шею.
— Мишечка, дорогой! Я так по тебе скучала, так переживала за тебя!
Но я отбросил её в сторону. Потом приказал всем встать и поднять руки вверх. После этого мы произвели личный досмотр всех присутствовавших и я начал их допрос.
Старый Малуга всё ещё не мог поверить, что я это делаю всерьёз. Но получил пару раз кулаком по зубам и несколько ударов прикладом винтовки, так что поверил и замолчал.
Мы извлекли спрятанное в сарае оружие, а потом пошли к бункеру в лесу. Там мы нашли полевой телефон и ещё много оружия и боеприпасов. Загрузили это всё на машину. Старого Малугу и его сыновей, хорошо связанных, как особо опасных преступников, впихнули на грузовик.
На месте я оставил двух дочерей Малуги, присматривать за хозяйством у себя и в Бурках. Для охраны определил двух милиционеров. Сказал им, что если тут будет скучно, могут поразвлекаться с девушками.
  
Главные пункты обвинения Малугов следующие:
 
1. Сокрытие оружия.
 
2. Партизанская деятельность.
 
3. Распространение реакционной пропаганды.
 
4. Очернение Советского Союза.
 
5. Агитация фашистского капитализма.
 
6. Распространение религиозных пережитков.
 
7. Знание хозяином английского языка.
 
8. Уклонение от службы в Красной Армии сыновей Малуги.
 
На следующий день я послал их, с усиленным конвоем, в тюрьму НКВД в Вильнюсе. А подробный рапорт и протоколы, особо секретные документы, отправил в собственные руки начальника НКВД. Теперь я уверен, что наши власти возьмут под опеку и пани Юзефу, и Малугов! Да.
Таким вот образом, энергично и славно, я начал свою новую карьеру во славу России и ВЕЛИКОГО вождя человечества, Сталина, а также для победы коммунистической партии во всём мире.
Конец записок.