Хоббит и Гэндальф (Глаз дракона)

Но опять никто на него не напал. Снова стало тихо, как в пустом погребе. Бильбо сделал несколько шагов вперед, добрался до угла и осторожно выглянул. Впереди никого не было.
– Может быть, я не все вижу? – спросил он сам себя.
Но нет, сколько он ни вглядывался в полумрак пещеры, ничего не увидел. Так и вернулся к друзьям. Но только он присел, как хрустящий звук повторился. Только в этот раз он был еще зловещей и исходил с другой стороны.
Бильбо опять вскочил на ноги, посмотрел на Биинора и Зелендила. Те прижались друг к другу и тряслись от страха.
– Ничего не понимаю!
Хоббит почувствовал, что им начинает овладевать злость. Не страх, а именно злость. Ему казалось, что кто-то усиленно морочит ему голову. А хоббиты, как известно, просто не терпят, когда им морочат голову. Они от этого звереют. Потому что когда тебе морочат голову, тем самым роняют твое чувство собственного достоинство. А чувство собственного достоинство у хоббитов стоит на третьем месте важности после еды и жилья.
– Я сейчас пойду и посмотрю, в чем там дело!
Бильбо пошел в ту сторону, откуда донесся хруст и убедился, что ничего и никого там нет. Тогда он стал размышлять:
– Сначала хруст был оттуда. Так. Я сходил туда и убедился, что ничего там нет. Потом хруст раздался отсюда. Здесь, как я вижу, тоже ничего нет. Какой из всего этого можно сделать вывод? Просто ума не приложу. В голову приходит только одна мысль. Какая? А такая, что наверно следующий хруст раздастся уже не здесь, а опять там. Логично? Вполне. Значит, что я сделаю? Пойду туда и дождусь, когда захрустит там.
Так он и сделал. Пошел в противоположный конец каменной ловушки и стал ждать, когда здесь захрустит. Ждал он терпеливо, как это умеют только хоббиты, и дождался, что хруст опять раздался, но только не здесь, где он стоял, а там, где его уже не было.
– Я ошибся, – сказал он тогда. – Надо было оставаться там. Но теперь уже поздно сожалеть об этом. Что сделано, то сделано. Останусь я тут. Что-то подсказывает мне, что следующий раз хрустеть будет все-таки здесь.
И он не ошибся. Через полчаса действительно раздался громкий, просто ужасающе громкий хруст, с потолка что-то посыпалось, затрещало, и Бильбо открыл от удивления рот, потому что увидел, как стена, что была перед ним вдруг взяла и сдвинулась с места и придвинулась прямо к нему. Бильбо так и отпрыгнул в сторону. Но стена, преодолев пару футов, осталась на месте.
– Так вот что происходит, – с великой грустью в голосе сказал Бильбо. – Стены сдвигаются. Пещера укорачивается. И она будет уменьшаться и дальше, пока не станет совсем короткой и не доберется до нас. А там она нас просто раздавит. Значит, все кончится еще быстрее. И гораздо раньше, чем я предполагал. Обидно? Очень обидно. Можно что-то сделать? Понятия не имею. Ах, почему я не волшебник? Уж Гэндальф наверняка бы нашел выход.
За его спиной опять раздался треск. Это на другом конце пещера стала короче на два фута. Мысли в голове у хоббита забегали одна, обгоняя другую.
– А что если попытаться найти выход? Может тут есть какая-нибудь трещинка? Ведь один раз мы избежали, казалось бы, неминуемой гибели. Может и в этот раз получится?
И Бильбо стал бегать и внимательно осматривать стены в поисках выхода. Биинор увидел это и тоже стал бегать и обнюхивать стены. К сожалению ни хоббит, ни эльфийский пес ничего не нашли. Они сокрушенно вздохнули, посмотрели друг на друга и с грустью опустили глаза. Выхода не было.
– Почему же я все-таки вижу в темноте? – вдруг ни с того ни с сего спросил себя Бильбо. – Почему?
Этот вопрос почему-то очень взволновал хоббита. Ему казалось, что в решении этой загадки заключается и его спасение. И Бильбо быстро стал рассуждать:
– Итак, я вижу в темноте. Такого со мной никогда не было. Я не кошка и не сова и не мерзкий гоблин. И давно я вижу в темноте? Трудно ответить. Во всяком случае еще совсем недавно я ничего не мог разглядеть без помощи Гэндальфа. Ага, точно! Так оно и есть. Кажется, я припоминаю. Я начал видеть в темноте с того момента, как расстался с Гэндальфом. Точно! Но что это мне дает? Все стало еще непонятнее. При чем тут Гэндальф? Может, это он наделил меня способностью видеть в темноте? Нет, на это он вряд ли способен. К тому же в таком состоянии, в каком он был, вряд ли это возможно. Так что ничего кроме своей сумки с драконьим глазом он мне не дал. Сумки? Сумка!
  
И Бильбо замер. Затем задрожал от возбуждения.
– Конечно сумка. Да не при чем тут сумка. Все дело в том, что находится в этой сумке. А что в ней находится? Глаз дракона, вот что!
И тут Бильбо все понял. Ну конечно! Это же так же просто, как выпить кружку пива! Все дело в том, что к нему в руки опять попала волшебная вещь. В прошлый раз он нашел кольцо и стал невидимкой. Ни Горлум, ни гоблины не могли его увидеть. А теперь у него глаз дракона, и он видит в темноте. Только ли на это способен драконий глаз?
И Бильбо схватил сумку, в которой было Око Дракона, и прижал ее к себе.
– Ты можешь мне помочь? – спросил он у нее.
Сумка вздрогнула руках хоббита, что-то в ней шевельнулось, и Бильбо нащупал круглый глаз дракона и сжал его обеими ладонями сквозь тонкую, но крепкую кожу сумки.
– Так оно и есть! – тихо сказал он сам себе.
И словно в ответ ему треснуло и хрустнуло сразу с обеих сторон. Бильбо судорожно огляделся и увидел, что теперь стало возможным видеть оба конца туннеля. Пещера за все это время стала втрое короче. Бильбо вздрогнул:
– Да, но как мне может помочь глаз дракона? На что он способен? Ведь видеть в темноте не такое уж великое дело. Что в этом проку для меня в данную минуту? Разве только я смогу ясно увидеть, как на меня и моих друзей будут наваливаться каменные стены? Спасибо за удовольствие! Но я мог бы без этого и обойтись. Но может все-таки можно что-то сделать?
Бильбо в отчаянии посмотрел на Биинора, словно пес мог ему дать совет. Но Биинор только жалобно смотрел на Бильбо, и видно было, что это он ждет от него спасения. Хоббит почесал в затылке.
Стены опять зловеще захрустели.
– Страшно! – сказал Зелендил. – Они двигаются.
– Знаю и без тебя, – проворчал Бильбо Бэггинс, который из-за всех этих звуков совсем утратил способность соображать. – Лучше бы ты сказал, что нам делать.
Но Зелендил только хлопал в ответ ресницами. Видимо он хоть и боялся двигающихся стен, но полностью не сознавал, что происходит. Бильбо вздохнул и стукнул себя по голове, чтобы лучше думалось.
– Чтобы сделал на моем месте Гэндальф? – снова стал он рассуждать. – Просто ума не приложу. Вот, если бы это были гоблины или оборотни, дело ясное. Я бы вынул краешек драконьего глаза из мешка и показал бы его им. Они бы сразу утратили способность двигаться.
И вдруг его осенило.
– Что же это я? А может так и надо поступить? Ведь если эти стены живые, то их надо сделать мертвыми, чтобы они не смогли двигаться. А этого, кроме глаза дракона никто лучше не делает. Попробуем?
Ничего другого делать не оставалось, потому что стены опить сблизились, в этот раз уже не на один фут, а на целых два.
– Закройте глаза, – приказал Бильбо Зелендилу и Биинору. – И не вздумайте подглядывать. – И тут он вспомнил, что для безумного эльфа глаз дракона не страшен и добавил: – Ты, Зелендил, закрой Биинору глаза руками, но и сам тоже не смотри. Мало ли что?
И мистер Бэггинс сам крепко зажмурил глаза, развязал шнурок на сумке Гэндальфа и сунул в него руку. Холодный, по форме напоминающий булыжник, глаз дракона послушно лег в его ладонь. Бильбо крепко сжал его и вынул из сумки, затем поднял над головой.
Раздался оглушительный треск и грохот, сверху что-то загремело и стало сыпаться.
Бильбо на секунду открыл глаза и увидел, как торопливо убегает стена, которая только что безмолвной и равнодушной махиной надвигалась на них, намереваясь раздавить всех без пощады. Теперь она колыхалась, словно овсяный кисельный пудинг, дрожала и уходила прочь.