Мимолётный Роман (СИ)

Рома только укоризненно качает головой и прячет едва заметную улыбку. Да чего там, я и сама улыбаюсь. Хорошо на душе. Спокойно. И хочется по-детски наивно загадать желание, чтобы так всегда было.
  
Глава 23
 
Смотрю. как Люда раскладывает вещи по полкам в шкафу.
– В моём шкафу этим вещам было бы лучше.
Люда оборачивается с какой-то очень милой розовой кофточкой в руках, приподнимает бровь. 
– Ну, им было бы не так одиноко в компании моих костюмов, или наоборот, твои очаровательные платья украсили их скучную, серую жизнь.
– Дурак, – смеётся Люд и разворачивается, продолжая раскладывать вещи.
А я и правда чувствую себя дураком. Влюблённым. Мне кажется, у меня сейчас и выражение лица соответствующее – ошарашенное. Не помню, был ли когда-нибудь настолько счастлив, как сейчас. Красный диплом, первый заработанный миллион, согласие Яны стать моей женой – всё воспринималось, как само собой разумеющиеся. 
Только сейчас понимаю, что с Яной не испытывал и сотой доли тех эмоций, что испытываю рядом с Людой. Зачем я вообще с ней был? 
Пока я рассматриваю Люду, она успевает развесить одежду. Сейчас стоит, любуется оставшимся коробками. 
– Может, не разбирать их? Всё равно обратно упаковывать, когда будем съезжать.
Наивная, думает, что её кто-то отпустит. Подхожу ближе, заключаю в объятия, Люда тут же откидывается на мою грудь. Целую светловолосую макушку, вдыхаю сладкий аромат. Какая же она вкусная. Соблазнительная. Так и хочется её сожрать, но в соседней комнате её сын, и скоро придут в гости её родители. Поэтому снова целую, прижимая к себе ещё сильнее.
– Ты правда так сильно хочешь съехать от меня?
– Придётся.
– Нет, вас никто не гонит. – разворачиваю малышку в своих руках, смотрю в самые красивые глаза. – Давай так, ты не будешь их разбирать все сразу. По одной коробке, по мере желания остаться со мной. Я тебя признался в своих чувствах, а это будет твоё ответное признание.
– Ты будешь ждать, даже если я затяну разбор коробок на несколько лет?
– Как думаешь, если накроем скатертью, они сольются с интерьером?
Люда целует в щёку, дарит совершенно счастливую улыбку.
– Хорошо. Пойдём разберём одну коробку, а потом будем готовить ужин.
Первой коробкой стала с кухонной утварью.
– Ты точно не против этого всего?
Мотаю головой. И снова с идиотским выражением лица слежу, как в мои шкафы пристраивают сковородки, кастрюли и какие-то странные штуки. Переставляет посуду из одного шкафа в другой. Хозяйничает, и мне это безумно нравится. А потом начинается настоящее волшебство: Люда приступает к готовке.
– Хватит за мной так пристально следить, сбиваешь с толку. – пытается смотреть грозно, но от этого выглядит ещё более милой. – Если пересолю, на твоей совести будет.
– Я не слежу, а любуюсь. Могу ещё помочь. Картошку почищу или мясо порежу, что доверишь?
– Правда, почистишь?
Сколько сомнений в голосе и взгляде. Подхожу к раковине, беру овощечистку и начинаю чистить картофель. Люда смотрит на меня как на восьмое чудо света. 
– Что? 
– Любуюсь, – возвращает мои же слова, а потом приступает к разделке мяса.
Не помню, когда последний раз готовил. Тем более, чтобы делал это с кем-то, но мне нравится. За делом да с разговорами и поддразниванием друг друга время пролетает незаметно. Иногда на кухню заглядывает Дениска, на нас изучающе посмотрит, воды попьёт и сбежит обратно в игровую реальность.
С готовкой ужина заканчиваем вовремя, как раз к приходу родителей Люды.
Открываю дверь и вместо того, чтобы пригласить войти, рассматриваю их. Всё равно после разговора по телефону отец Люды не в восторге от меня. Да это и взаимно, я тоже не лучшего мнения о них. Это ещё Люда не рассказала, что имел в виду Дениска, когда говорил про житьё с бабушкой. Но уже сейчас уверен – мне не понравится.
– Проходите.
Наконец произношу после долгих гляделок. Отхожу в сторону, пропуская их в квартиру. Геннадий Валерьевич едва заметно кривиться, но в квартиру заходит.
  
– Где Люда?
– С Денисом накрывают на стол, – отвечаю родителю, поворачиваюсь к матери Люды, – мы ещё не знакомы. Роман.
Тамара Васильевна лишь поджимает губы. Чувствую, вечер будет весёлым.
– Ну, показывай, зять, куда идти.
Рукой указываю в нужном направлении. Гости проходят на кухню, я следом за ними.
– Привет, мам, пап.
Малышка за искренней улыбкой пытается скрыть волнение, только вот сжатые в кулаки руки и напряженная спина её выдают. Подхожу к златовласке, приобнимаю, не обращая никакого внимания на недовольные взгляды её родителей. Люда должна знать, что не одна.
Люда ловит мою руку, мягко сжимает. Чуть поворачивает голову и смотрит с такой благодарностью, что в груди всё переворачивается. Интересно, если я её сейчас поцелую, её родители сильно взбесятся? 
Усмехаюсь, последний раз был в такой нелепой ситуации школьником. Родители одноклассницы нас застали обнимающимися перед подъездом. Она что-то лепетала в оправдание. Её мать истерила, что я порчу ангелочка, ну, я не выдержал и поцеловал ангелочка на их глазах. На следующий день директор школы вызвала моего отца для беседы. Разговор с отцом тем вечером состоялся интереснейший. Может, Геннадию Валерьевичу дать номер отца, сможет пожаловаться на негодяя, похитившего златовласку. 
Но вместо этого предлагаю присесть за стол. Дениска поддерживает мою идею.
– Наконец, а то я голодный.
– Тебя не кормят? – тут же насторожилась бабушка.
– Да. Разве не заметили на холодильнике замок?
Люда тихо прыскает, бьёт ладонью по моему плечу. Дениска тоже усмехается, а вот родителям Люды явно не до смеха.
– Кормят, – всё-таки внук решает успокоить бабушку. – Просто пока они готовили, по всей квартире так вкусно пахло, что я успел проголодаться.
Геннадий Валерьевич первый проходит за стол, садится во главе и с вызовом смотрит на меня. Я игнорирую его выпад, помогаю сесть Тамаре Васильевне, правда, она не оценивает мой порыв. Потом отодвигаю стул для Люды.
– Спасибо, – и как удержатся не поцеловать эту очаровательную девушку, когда она так улыбается.
Сажусь рядом с ней, а Дениска занимает место по левую руку от бабушки.
– Что вам положить? – обращаюсь к будущей тёще. 
Вместо ответа женщина отодвигает тарелку, кладёт ладони перед собой, впивается в меня внимательным взглядом.
– Чего вы добиваетесь своей наигранной вежливостью?
Приподнимаю бровь. Вот это выводы. Главное, с чего бы они?
– Ничего, – откидываюсь на спинку стула, видно, ужин откладывается. Сначала разговоры. Ну что ж, я не против, а вот Дениску жалко, вон как на мясо смотрит. Обращаюсь к парню. – Денис, тебе что положить?
– Не-е, я сам. 
Тянется к мясу. Мы все молча наблюдаем, как он накладывает на тарелку еду.
– А вы что, есть не будете?
– Будем, – отвечаю, перевожу взгляд обратно на будущую тёщу. – Никакой наигранной вежливости. Незачем. Ваша дочь взрослая, сама решает, где и с кем жить. Ни её, ни вашего внука никто силой не тащил в дом.
– Опыт показал, что наша дочь не способна принимать правильные решения.
– Папа!
– Что? Разве я не прав? Посмотри на свою жизнь. 
– Всё нормально с моей жизнью.
– Было бы нормально, не воспитывала ребёнка одна. Я договорился, Денис с сентября будет учится в суворовском.
– Нет, – отвечаем с Денисом молниеносно.
Я начинаю испытываю неконтролируемый гнев по отношению к этим людям.
– Вы не имеете никакого права решать, как жить вашему внуку. 
– Временно. Мы обратились в соц. опеку. Уверена, суд примет нашу сторону.
– Но я хочу жить с мамой.
– Ты ещё не понимаешь, как для тебя будет лучше.
– Под «лучше» вы понимаете военное училище? Жить отдельно от матери? 
– Люда, если захочет, может вернуться к нам.
Усмехаюсь, как у них всё просто.
– Меня тоже примете?