Мой избранник (СИ)

— А-а-а...
«Вот если бы до твоего лица каждый день дотрагивались грязными, потными руками, тебе бы было приятно?»
— Нет, — тут же отвечает парень и бледнеет.
«Вот и мне неприятно. Нет, я не спорю, что есть ситуации, так сказать, экстренные, но в остальном буду бить!»
— Понял, — но всё же интересуется. — А как?
«По обстановке. Хочешь проверить?»
— Нет-нет, — он тут же замотал головой. Вымыв лапы и отмыв меня, парень вернулся на гостевой стул.
«Ну и отлично. Так, дальше. Я установил между нами мысленную связь, с помощью которой ты меня можешь слышать. Но она работает лишь тогда, когда ты меня касаешься. Чтобы её усилить, ты должен будешь капнуть на меня своей кровью, и тогда мы сможем общаться, даже если я буду на другой стороне планеты. Сделаешь?»
— Ну...
«Помочь?»
Он кивает. Прежде чем поранить руку, я заставляю нервные окончания онеметь, после чего выпускаю концентрированную ману. Парень круглыми глазами смотрит как в том месте, где его пальцы соприкасаются со мной, потекла кровь.
«Спокойно. Сейчас всё пройдёт.»
При этом я тут же накладываю на место раны исцеляющие чары, и небольшой порез сразу же начал затягиваться.
«Ну вот. И ничего страшного. Теперь мы можем спокойно общаться по мысленной связи. Ты ведь не испугался?» — спрашиваю с лёгкой усмешкой и, дождавшись подтверждения в виде кивка, продолжаю. — «Подумай о чём-нибудь.»
«Эм... Аид?» 
«Вот и всё. Мысленная связь — отличная штука, особенно для нас». 
«В смысле?» 
«В прямом. Биография у тебя очень интересная, так что ждут тебя очень большие приключения».
Посидев в молчании, я наблюдал за ходом мыслей парня и вскоре тот созрел для продолжения разговора.
«А... Аид. Можно вопрос?»
«Давай.»
«Почему... почему именно я? И... в чем конкретно заключается моя помощь тебе?»
А сколько подозрения. Похоже, я его недооценил. Или парень прочёл пару соответствующих книг... так или иначе, но мне же лучше. А вот чары легилименции всё же стоит наложить, не хотелось бы, чтобы он из-за страха оставил меня здесь.
«От тебя мне почти ничего не надо.»
«Почти?»
«Гарри, я сказал и сейчас повторюсь. Я хочу свободы. Хочу сам выбирать свой путь. Хочу сам решать, что и когда делать. Но сам я этого не достигну, поэтому мне нужна помощь. Мне нужен человек, на которого я могу положиться, который будет со мной не из-за моей силы, а просто из человечности.»
«Друг...» — тихо добавляет Гарри.
«Ну... можно сказать, что да. Но если конкретней — мне нужен носитель. Обычные маги меня постараются уничтожить, а магглорожденные слишком слабы. И тут появляешься ты. Мой единственный шанс»
И ведь не вру. Гарри действительно мой единственный шанс оказаться в центре событий и повернуть эти самые события в нужное мне русло. Особенно теперь. Когда меня отправили, по сути, в тюрьму в которой от безделья с ума сходишь.
«Я?»
«Да, ты.» — потому что ты баран, но баран добрый, которым до ж*пы легко можно манипулировать, даже без магии. И от этого мне тебя придётся лечить, но ничего из вышеперечисленного я тебе не скажу. — «И не удивляйся.»
«Но почему именно я?! Ты лежал девятьсот лет в ожидании меня?» — а может и не баран... хм...
«Я уже сказал. Для магов я, в лучшем случае, лишь инструмент. Для магглорожденных я слишком силён. Ты же можешь меня принять, потому что в тебе течёт кровь Певереллов. Тех, кто создал меня. Отсюда вывод, что использовать меня могут лишь избранные и на твоё и моё счастье или несчастье, это как посмотреть, им стал именно ты, — о как загнул. Аж гордость берёт. И самое главное — не соврал. Лишь те, в ком течёт кровь Певереллов, могут использовать весь мой потенциал, и то, лишь при моём желании. Ну, а то, что я ЧСВ Гарри повышаю, так это идёт в разделе «Обязательное». — «Ну что? Станешь со мной дружить?»
«У меня никогда друзей не было,» — протянул он. — «Мой кузен Дадли с друзьями постоянно меня гоняют, а в школе все обижают. Дядя и тётя запирают в чулане. Только и делают, что бьют да приказывают...» — и вот тут его накрыло. Я слушал и слушал, пока он выговорится, впитывая весь этот поток эмоций и мыслей, всё глубже проникая в его суть. Ведь слова — это не просто звук. Когда тебе изливают душу, говорящий полностью открывается перед тобой, и чем больше он на тебя выплеснет, тем глубже ты можешь проникнуть. Что я, собственно, и делал. Может это несколько грубо, но пользуясь раной на душе, я укоренял связь. — «... вот.» — закончил Гарри.
 
«Хех. Не бойся, малец. Прорвёмся. Теперь тебе нечего бояться. Только прошу, слушай меня, пожалуйста. И давай на «ты».
«Конечно. Как скажешь,» — уверенно ответил парень.
Эх мелкий... ребёнок, одним словом. Причём совершенно не повзрослевший. Хотя, я его понимаю. Жить в той дыре, быть прислугой, а тут услышать о магии, да ещё я как бонус со своими «пряниками». И вот что интересно: стоит мне сейчас зайти чуть дальше, как он превратится в овощ, который будет надо мной сидеть и чахнуть, приговаривая «моя преелесссть». Но мне этого совсем не надо, так что легилименцию срочно заменяем на окклюменцию.
«Слушай, а кто такие Певереллы?»
«Ну... это...» — не успел я ответить, как в окно постучались. Повернувшись, парень кого-то замечает и начинает улыбаться. Я же слышу глухое: «С днём рождения».
«Кто это там?» — ага, а сам гадаю: канон — не канон, канон — не канон?
«Хагрид!» — радостно восклицает Гарри. «Канон» — не менее радостно думаю я.
«Так, пока не ушёл. Купи у Олливандера новый чехол на руку и повесь с внешней стороны.
«Зачем?» — а сам поворачивается к продавцу, который наблюдал за нами с неистовым наслаждением.
«Чтобы я мог по сторонам смотреть.»
«Хм... а если попытаются украсть?»
Эти слова вызвали у меня дикий припадок смеха.
«Ха-ха-ха-ха... меня?! И украсть? Да пусть только попробуют, я тебя уверяю, назад вернут и ещё сверху приплатят, лишь бы обратно забрал,» — и заливаюсь новой волной смеха. А лицо мелкого озаряет улыбка — я под видом его собственного воображения скинул картинку того, что будет с вором.
«Хорошо,» — Гарри переводит взгляд на Олливандера.
— Вижу, палочка действительно проснулась, — делает вывод тот. — За вами очень интересно наблюдать, мистер Поттер.
«Ёк!» — вырвалось у меня. Но парень молодец, не растерялся. Понял, что тут что-то не так и решил подыграть.
— Не знаю. Но мне кажется, что она меня слышит и... отвечает. Наверное, зря я это говорю...
— Вовсе нет. Все палочки в той или иной степени имеют собственную волю. Особенно этим выделяются те, чьей сердцевиной выступает волос вейлы.
— Значит, я постараюсь быть аккуратным, как при обращении, так и со словами.
— Хм... рад, что вы это поняли, — с улыбкой отвечает Олливандер. — Так что вы хотели?
— Наручный чехол для палочки.
— А стандартный? — удивился Оливандер.
— Он неудобен, — качнул Гарри головой.
— Как вам угодно. Но в таком случае, если вы вернете мне стандартный чехол я сброшу его стоимость с цены наручного.
— Прошу,
Через минуту я сидел в новом чехле на руке парня, а сам он выходил из магазина. На улице нас встретил Хагрид с... Буклей. Парень сразу же дал птице имя, после чего они дружно пошли (не без моих пинков) в магазины с одеждой (будет он ещё при мне в обносках ходить, ага, счАз!), а после в планах стоял «Дырявый котёл».
По ходу дела Гарри заваливал меня вопросами. Начиная с «ЧтоЯТакое?», и заканчивая «ЧёЯМогу?» или просто знаю. На вопросы отвечал честно, но при этом старался уйти от темы, так что ничего толком парню не объяснил. Но и того, что рассказал, ему хватило. В первую очередь я пояснил, что палочки имеют подобие воли, а потому, обретя один раз хозяина, второго могут и не признать. Я же — нечто совершенно новое и обладаю самой что ни на есть настоящей душой.
 
Из основной информации это — единственное, что стоит настоящего внимания. В остальном я говорил ни о чём. О самых разных чудесах и о том, какие чудеса ждут его. Волшебство, колдовстве... В основном описывал высшую магию, при этом не скупясь на краски, а потому под конец маршрута он уже представлял себя героем всего и вся, который будет шатать налево-направо. В принципе, оно так и будет, уж я постараюсь. Всё же иметь рядом лояльного тебе бойца хорошо и вдвойне хорошо, когда он может гнуть всё и всех.