Принцев не предлагать!
Их мы увидели одновременно с Полиной, едва начало светать.
Рослые серокожие мужчины с грубоватыми чертами и выпирающими нижними челюстями окружили нас сразу с трех сторон. Они передвигались верхом, но я так и не смогла опознать животное под седлом, которое было похоже сразу и на волка, и на пантеру, и даже на ящера. Приземистое, с чешуйчатыми серо-зелеными лапами и густой песчаного цвета гривой, с мощными саблезубыми клыками и чересчур умной мордой.
Центральный наездник выглядел не менее странно: очень крупный, наверняка выше двух метров, широкоплечий, с бугрящимися под рубахой мышцами. Черные как смоль волосы заплетены в две тугие косы, украшенные разноцветными бусинами, и перекинуты вперед. Одежда вроде простая: замшевые коричневые штаны с бахромой, серая рубаха, замшевый жилет с вышитым непонятным орнаментом, высокие кожаные сапоги на толстой подошве, но почему-то даже после поверхностного осмотра ясно, что мужчина не из простых. Не крестьянин точно. И на поясе у него топорик совсем не для дров.
Секунды три мы с мужчиной переглядывались, а затем я медленно встала, понимая, что больше не могу смотреть на вероятного врага снизу вверх. Выпрямилась, царственно подняла подбородок, добавила во взгляд побольше решимости… и замерла, позволяя рассмотреть себя во всей красе. Уставшая после бессонной ночи, уже голодная, с грязными пальцами и обломанными ногтями, но полная решимости отстаивать свою свободу и честь до последнего.
Незнакомцу хватило пяти секунд, чтобы оглядеть меня с ног до головы и недовольно поинтересоваться:
— Кто вы и как посмели потревожить покой предков?
Низкий голос с пугающими рычащими вибрациями требовал подчиниться и отвечать правду и только правду, но дело в том, что скрывать мне было нечего. Но правда бывает разная, верно?
— Меня зовут Диана, это моя подруга Полина. Сюда нас выбросило неконтролируемым порталом вчера поздно вечером. Мы не смогли воспользоваться магией, чтобы вернуться обратно, и сильно замерзли. Стемнело слишком быстро, чтобы мы сумели сориентироваться и понять, где можно найти помощь или ночлег. Я прошу прощения, если мы по незнанию нарушили ваши законы, но костер был разведен не из-за злого умысла, а чтобы всего лишь согреться.
Я тщательно подбирала слова, цепко следя за реакцией собеседника, но по его каменному лицу сложно было понять хоть что-то. Я даже не была уверена в его расе, что уж тут говорить об остальном. Не человек точно. И вроде не демон. Оборотень? Дроу? Орк? Какие расы вообще обитают в этом мире? И тот ли это мир вообще?
Я уже ни в чем не уверена.
С минуту стояла гнетущая тишина, словно мужчина решал очень важный вопрос. Но вот он наконец медленно кивнул сам себе, вновь бросив недовольный взгляд на постепенно затухающий костер, и с легкой насмешкой произнес:
— Мне странно слышать слова о беспомощности от той, что смогла зажечь драконье пламя, но, видно, на то воля предков. Волею судьбы вас занесло на один из древних курганов, и если бы вы отошли хотя бы на сотню ярдов в любую сторону, то с легкостью могли бы вернуться туда, откуда прибыли…
— Серьезно?! — немного истерично выдохнула Полинка, и мы обескураженно переглянулись. — То есть мы всю ночь… провели на кладбище?!!
— На кургане, — недовольно поправил ее мужчина. Снова перевел тяжелый взгляд на меня и сурово сдвинул густые низкие брови. — Вы нарушили покой предков, а это серьезный проступок. Шаман велел доставить нарушителей в поселок, чтобы они понесли заслуженное наказание.
Мы с Полиной снова переглянулись, но на этот раз куда тревожнее. Мужчина заметил нашу нервозность и слегка смягчился.
— Наказание не будет суровым, предки никогда не обидят женщин, попавших в беду, но закон един для всех.
Хм, ну если только так…
Ход мыслей подруги был идентичен моим, так что именно она мило улыбнулась и поинтересовалась:
— А как вас зовут?
Звали нашего спасителя Ырген, и был он степным орком, сыном шамана. Костер, словно живой, потух в ту же секунду, как мы с Полиной приняли добровольно-принудительное приглашение, так что необходимость в тушении отпала сама собой. Спутников Ыргена звали Ооргыш и Тыкур, и именно они взяли нас к себе в седла, чтобы довезти до поселка. Звери — лыргуши обладали ровным ходом и резвостью, так что не прошло и получаса, как мы въехали в поселок, расположенный в живописном заливе. По пути миновали несколько пастбищ и полей, засеянных рожью, так что само собой отпало множество вопросов о том, чем живут селяне.
Уж точно не людоеды.
В отличие от меня, настороженно подмечающей все подряд, Полинка не оставляла надежды разговорить спутника, но тот был глух и нем ко всем ее ухищрениям. Что ж, ясно и другое: орки — те еще суровые ребята.
Поселок даже на первый взгляд был довольно большим и благополучным: прежде чем остановиться напротив самого богато выглядевшего дома, мы проехали мимо полусотни одноэтажных добротных построек со скругленными углами, побеленными стенами и черепичными крышами, рядом с которыми сновала не только бесстрашная домашняя живность, но и любопытные ребятишки, порой одетые в одни лишь льняные рубахи до колена. На нас показывали пальцами, бежали следом, но особого ажиотажа среди взрослых, одетых по-простому, но хорошо, я не заметила — те провожали нас хоть и любопытными, но достаточно доброжелательными взглядами.
Шаман ждал нас внутри дома, куда мы попали сразу же, как только мужчины помогли нам спешиться. Две стоящие неподалеку женщины неодобрительно высказались по поводу нашей одежды, но я предпочла их проигнорировать. Уж простите! В степи переодеться негде!
Комната, куда нас привел Ырген, была круглой и без мебели. Крупный широкоплечий и совсем капельку седой мужчина лет пятидесяти, одетый в мешковатый серо-зеленый халат, сидел прямо на земляном полу и вдумчиво курил трубку, изредка выпуская идеальные колечки ароматного дыма.
Ырген, подтолкнув нас обеих в нужном направлении, вышел, плотно закрыв дверь, и мы остались один на один с орочьим шаманом. Я крепко прижимала к груди глазастую книгу, а Полинка с любопытством осматривалась, словно пришла не на вынесение приговора, а в этнографический музей. В принципе посмотреть было на что: кроме задумчивого шамана в комнате находилась уйма занятных вещиц: и разрисованный вручную огромный бубен с кисточками из меха и чьих-то косточек, и высокие барабаны, похожие на африканские, и вытянутые лица деревянных масок, и чьи-то жуткие черепа, выбеленные временем, и перья неведомых птиц, вплетенные в многочисленные тонкие косицы шамана, и много чего еще.
Ну и конечно же сам шаман, выпустивший очередную серию дымных колец.
Молчание затягивалось, я вообще не была уверена, что мы интересны орку, который прикрыл глаза и ушел глубоко в свои мысли, так что слегка прокашлялась и сделала попытку завязать разговор:
— Доброе утро.
Шаман меня проигнорировал.
— Здравствуйте, — попробовала я снова чуть громче.
Шаман хорошенько затянулся, стоически продолжая нас игнорировать.
Мы с Полиной переглянулись, и если подруга неуверенно пожала плечами, то я недовольно прищурилась и сделала шаг вперед.
— Не спеши, — глухо пророкотал шаман, так и не открыв глаз. — Дитя человека, насмешка судьбы и каприз Хаоса… Не спеши.
Мой пульс мигом участился, ведь все его слова были именно обо мне, так что я настороженно замерла и немного нервно сглотнула. А чего ждать-то?! Сомневаюсь, что чьей-то милости. Скорее очередной гадости! Уж этому-то я точно не удивлюсь!
Прошло минут двадцать, не меньше, я уже устала стоять, а Полинка успела рассмотреть все стены и явно сосчитать все кисточки на бубне, как шаман наконец открыл свои мутные глаза и, растягивая слова, произнес:
— Душа дракона сильна, желания демона вероломны, порывы Хаоса безрассудны, но куда сильнее власть разума. Коварное сочетание… Но верное. Пусть все так и остается. Иди своей дорогой, дитя, не слушай никого. Судьба не властна над тем, кто сам ее творец. Да пребудет с тобой благословение предков.