Русич (СИ)

Лекс не стал уходить в другую комнату и разговаривал при ней, пока девушка делала вид, что не слушает и усиленно смотрит только в телевизор.
Это был Евгений.
Судя по тому, как хмурился Лекс и каким тяжелым стал его взгляд, мужчина делился подробностями спасения ее семьи, и Варе было неловко за то, что кто-то пострадал.
Но кого просить о помощи еще, она просто не знала.
В какой-то момент Лекс пробасил, чтобы Женя подождал, и неожиданно вовсе включил громкую связь.
— Говори теперь, чтобы Варюша тоже слышала.
— Ее семью поселили в доме, где жила семья Лизы. Там вся мебель и техника в наличии. Продуктами на первое время тоже обеспечили. Дом посреди нашего квартала, сюда никто не проберется незамеченным, так что можно не бояться мести китайцев.
— Спасибо вам огромное, — с чувством произнесла Варя. — И всем, кто участвовал в спасении моей семьи.
— Не за что, — коротко отозвался Евгений, как всегда, без особых эмоций. — Кстати, Лёш, мы были не одни.
— С парнями Варга?
— Нет. Они оставались на крайний случай. Нам помогли монголы.
Лекс присвистнул, а Женя продолжил:
— Они отделились от китайцев и теперь находятся под их гнетом, потому что территориально квартал один. Их парень хочет встретиться с тобой.
— Не проблема. Буду рад пообщаться. Враг моего врага — мой друг.
— Решим вопрос. Тебе что заказать на сегодня из ресторана?
Лекс улыбнулся настолько широко и даже как-то гордо, что Варя отчего-то покраснела и принялась активно жевать свой пирожок, во все глаза глядя только на телевизор.
— Ничего не надо, Жека. Варюша напекла мне пирожков с капустой и беляшей.
Евгений хмыкнул на другом конце провода, что для него, наверное, было высшим проявлением эмоций, отчего Варя покраснела еще сильнее.
— Понял. Оставь мне парочку. Я завтра заеду, как решу дела.
— Лады, брат! Жду с хорошими новостями.
Когда Лекс закончил разговор и снова повернулся к смущенно жующей девушке, то протянул телефон ей.
— Хочешь позвонить маме? Предупреди ее, что тебя не будет какое-то время, чтобы она не волновалась. Номер у нее новый, и телефон тоже. Номер на экране.
Варя вспыхнула еще сильнее, но приняла телефон с благодарным кивком.
— Да, спасибо, Алексей Алексеевич!
Идея была, прямо скажем, здравая.
За всеми этими переживаниями и нервами Варя сама бы не додумалась до этого.
Но КАК она сможет объяснить маме, почему она должна остаться рядом с Лексом, причем на несколько дней и с ночевкой?
Да, Варя уже давно была взрослой девочкой, и мама лишних вопросов не стала бы задавать, если бы это был один день… но несколько.
Лекс поднялся с дивана, прихватив с собой полупустые тарелки, и кинул ей, скрываясь на кухне:
— Я пока посуду помою и еще чай поставлю.
Подумать только, откуда в нем было столько такта и понимания?
А ведь он мог бы с порога разложить ее на этом диване и отыметь так, чтобы она едва могла ходить.
Мог.
И наверняка хотел.
Поэтому то, как он сдерживался и по-джентельменски вел себя рядом с ней, вызывало в девушке огромную благодарность.
Она совсем не ожидала такого отношения от мужчины, про которого что только не рассказывали.
Маме она, конечно же, позвонила.
И с радостью услышала ее дрожащий, но воодушевленный голос, в котором было столько эмоций, что мама едва не плакала. В этот раз от радости.
— Доча, тут не дом, а целый дворец! Двухэтажный коттедж! И всё-всё есть! Даже постельное белье! Лиса никак не может выбрать, какую комнату заберет себе!
Варя улыбнулась, с облегчением понимая, что ее младшая сестра, которую в семье они называли Лисой за ее необычные глаза, наконец перестала плакать от ужаса и ощутила себя в безопасности на новой территории. В русском квартале.
Об одном только девушка не делилась с мамой и Лисой: она боялась, что в русском квартале Алиску будут воспринимать в штыки из-за того, что она метиска, в свете того, что именно с китайским кварталом была самая большая вражда. И именно китайцы стали убийцами Алексея-старшего, которого все любили и боготворили.
  
— Нам даже продукты привезли, доча! А как тот парень, которого ранили? С ним всё в порядке? Я очень переживаю за него!
— Не знаю, мамуль. Но думаю, что если бы что-то случилось, то Алексей Алексеевич был бы в очень плохом настроении, — как можно более осторожнее проговорила Варя, потому что понимала, что на кухне ее всё равно будет слышно.
Она в принципе не знала, что может говорить, а что нет. Мало ли.
— Ты с ним, доча?
Варя покраснела и поспешно ответила:
— Да, мамуль. Меня не теряй, я на территории русского квартала, но есть некоторые вопросы, которые еще нужно решить…
Господи, бред какой!
У Вари задрожали руки, пока она пыталась придумать что-то правдоподобное, и понимала, что ничего у нее не получается.
— Доча, всё в порядке? — мама, конечно же, слышала, что Варя не может говорить, и тут же напряглась.
— В порядке, мамуль. Не переживай.
В этот момент в комнате появился с пирожком в зубах высоченный Лекс, который вдруг пробасил так, что не услышать его даже по телефону на другой линии было просто невозможно:
— Наталья Михайловна, ваша дочь прекрасно готовит! А мне на некоторое время нужен повар! Вы не будете против, если Варя поработает у меня? Правда, придется оставаться с ночевкой, потому что у меня режим!
— Конечно-конечно! — тут же спохватилась мама, а Варя едва сдержала облегченный вдох.
Ну, отчасти это было даже правдой.
Варя действительно могла готовить для Лекса.
А про всё остальное маме знать было совсем не нужно.
— Поцелуй от меня Лису. И ни о чем не переживайте.
— Хорошо, родная. Звони, когда сможешь.
— Да, мамуль. Целую.
Девушка аккуратно положила телефон Лекса на стол, пробормотав ему:
— Спасибо за помощь. Сама бы я так не придумала.
— Так и я не придумывал, Варюш, — пробасил мужчина, протягивая ей баночку с мороженым и ложку. — Пока перекуси, я сейчас еще позвоню кое-кому, и будем ложиться спать.
К счастью, он вышел из комнаты раньше, чем заметил, как Варя тяжело сглотнула, уставившись на мороженое невидящим взглядом.
Какая простая и пугающая фраза.
Будем ложиться спать.
В этот раз Лекс говорил на английском, но с кем и о чем, Варе было не до того.
Как и не до мороженого.
Сердце снова загромыхало, хоть она и говорила правду о том, что не боится его.
Дело было не в страхе.
Просто до этого у нее был только один мужчина. Его запах, вкус и привычки в постели были ей знакомы и стали ее привычкой тоже.
Лекс же был чужой.
Да, привлекательный.
Да, не грубый.
Но сейчас это не слишком помогало успокоиться.
Она убеждала себя в том, что справится.
Что в этом нет ничего сложного.
Но внутри было тошно.
Варя не смогла бы сказать, сколько именно говорил Лекс на кухне, но, когда он вошел и посмотрел на нее, девушка вздрогнула.
— Спальня там, — махнул он рукой вперед, где, оказывается, была еще одна комната.
Лекс смотрел пронзительно и оценивающе, явно пытаясь понять ее реакцию на свои слова, и Варя собралась и максимально спокойно кивнула:
— Хорошо.
Только стоило ей зашевелиться на диване и поставить ступни на пол, как Лекс оказался рядом и легко подхватил ее на руки, чтобы отнести в спальню самому.
Варя стойко молчала и держала руки у собственной груди, потому что ни за что не решилась бы в этой ситуации прикоснуться к Лексу. Тем более обнять за шею.
И без того казалось, что он слишком напряжен.
Она то и дело чувствовала его взгляды на собственном лице и надеялась, что выглядит вполне спокойной и сдержанной.
Варя старалась дышать глубоко и размеренно, когда он положил ее на кровать и тут же навис сверху, упираясь руками в матрас по обе стороны от ее плеч.
— Кое-кто проиграл мне взрослый серьезный поцелуй, — пробасил Лекс приглушенно, обдав теплым терпким дыханием ее лицо, на что Варя попыталась даже улыбнуться и дернула бровкой: