Калибр Личности 4 (СИ)

— Погоди, — я повернулся к Охотнику. — Каладрис, поздоровайся со своим старым знакомым. А то он мне походу не верит.
Хмурый Охотник подошёл к фонтану. Двухмерный глянул на Каладриса.
( ؕؔʘ̥̥̥̥ ه ؔؕʘ̥̥̥̥ )?
Тот на него…
O_O
Пребывая в лёгком шоке, Каладрис отшатнулся от фонтана.
— Убедились? — обращаюсь к столь же удивлённому Двухмерному. — Мистер Колохари… Тут рядом находится средоточие Ткача Судеб, которое сумел запечатать ваш Орден. Последние двести лет оно хранилось в зоне отдыха Корректора, закреплённого за миром Земля. Каладрис за ним присматривал всё это время. Сейчас мир проходит повторную колонизацию. Ткач шлёт Первопроходцам миллиарды сообщений со своими координатами. В общем, средоточие Ткача вот-вот найдут и созданную для него тюрьму раскроют.
(∿°○°)∿ ︵
Колохари от навалившихся новостей находился в лёгком шоке. Пришлось коротко пояснить, как я вообще тут оказался. Следом поведать план по избавлению от куба-тюрьмы Ткача.
План строился на всё тех же Летающих Островах, привязанных к миру Земля. Сами острова летают над экватором, будучи накрытыми барьером Грани с односторонней проницаемостью.
Если попытаться проникнуть извне в любую из таких аномалий, тебя выкинет в стартовую зону Корректора, где появляется монстр-привратник. Собственно, так я сам и попал в Корректор, а потом и в зону отдыха мира Земля.
Дело в том, что ВСЕ аномалии, летающие над экватором — это свёрнутые пространства, в которых Корректор выращивает монстров-привратников. Выйти из них наружу может ТОЛЬКО этот монстр. И ТОЛЬКО если появится подходящий кандидат того же ранга.
Проще говоря, если куб-тюрьму Ткача запихнуть в одну из этих летающих аномалий, её уже никто не сможет достать. Из неё есть только выход, но не вход.
В памяти ещё свежи воспоминания о том, как вселившийся в меня Колохари проходил сквозь материальные объекты. Потому я был уверен, что если кому-то и по силам переместить Ткача в нужное место, то это Колохари.
[Довлатов, мне срочно нужно взять твоё тело под временный контроль!] — появился текст на водной глади. — [В этот раз я буду честен до конца. Учитывая твой текущий ранг и сложность задачи… ты, возможно, не переживёшь этой процедуры. Вес темницы около десяти миллионов тонн. Но если выживешь… Я замолвлю за тебя словечко Матери Чудовищ.]
— Мистер… Как-то мелковато, — с возмущением смотрю на экран связи, раскинувшийся поверх воды в фонтане. — Вас послушать, так я вообще ничего не получаю. Скорее, даже рискую жизнью за чужие интересы. А если и выживу, то последствия будут о-го-го какие.
Несколько секунд ничего не происходило. Затем на экране появился текст с ответом.
[Одну сущность! Я смогу вытащить из ловушки времени в Унии ещё одну сущность… Адепта высокого ранга, если говорить словами смертных. Это максимум. Древние вмешаются, если я начну помогать фракции Земли открыто. Даже такой фокус мне придётся обыграть, как похищение в личных интересах. Имени не знаю… Вы для меня все одинаковые.]
Выбор без выбора, проще говоря. Просить Великую Сущность оббегать всю ловушку времени в поисках Нереи будет… неосмотрительно. Рискую потерять вообще всё, заодно разорвав отношения с Колохари.
— Договорились, — произнёс я, ощущая, как в груди разгорается огонь. — Ох! Чувствую, в этот раз тоже будет больно.
* * *
Зона отдыха Корректора, мир Земля
В отличие от Довлатова, главный Охотник прекрасно понимал, насколько сильно рискует Колохари. Вселение в незнакомый ему аватар… Это риск травмировать свою душу. Риск утраивается, ибо призыв проходит не в храме, а в совершенно незнакомом ему месте. Риск становится в десять раз больше из-за отсутствия рядом других сторонников ордена Колохари.
Почти все известные случаи убийств Великих Сущностей случались аккурат в моменты их вселения в апостолов [9]. Сейчас Охотник видел то, чего двести лет назад не мог себе представить.
Аура Довлатова сгустилась, Власть, казалось, готова разорвать саму ткань пространства. Руан Колохари «Владыка Измерений» спустился в мир Земля.
  
— Рад тебя видеть, Каладрис… Воочию, если угодно, — произнесла голосом Довлатова могущественная Сущность. — Значит… Ты выжил в той бойне за средоточие Ткача?
— Выжил, — Каладрис нервно дёрнул щекой, не сводя глаз с подселенца. — Надеюсь, жертва Леди была не напрасной.
— К чему эта грубость? — давя Властью, Колохари вскинул бровь. — Ты же часть ордена…
— Нет! Леди входила в ваш орден, но не я, — Охотник напряг все свои силы, противостоя давлению. — Закончим с этим. Спрячьте или уничтожьте средоточие Ткача! Да хоть в междумирье сбросьте… Надеюсь, после этого наши с вами пути больше никогда не пересекутся.
Колохари улыбнулся, внимательно смотря на «живой доспех.»
— Строптив, как и всегда, — гость повернулся к ловушке для Ткача. — Я тянул время, проверяя, не приготовил ли ты мне ловушку… Вроде нет. Довлатов привык действовать открыто, в отличие от тебя. Присмотри за ним… Пожалуйста. Кстати, прими мою похвалу. План с аномалией Летающих Островов в Диком поясе, весьма оригинальное решение.
В ответ Охотник хмыкнул, не став объяснять, что план не его. Довлатов… Он во-о-о-о-обще не понимает, кого в себя впустил! Прозвище «Владыка Измерений» Колохари получил давным давно за достижения на поле боя.
Руан временно меняет вес предметов, их размерность относительно всего остального мира. Легко сжимает и расширяет пространство… Ходили слухи, что Хронос как-то раз пытался убить Колохари, но тот пропустил поток сжатого времени сквозь себя… Сократив тысячу лет до одной секунды.
Сила Руана — это «Измерения», ещё более редкий подвид родства с пространством, чем «Время» или «Гравитация». Не факт, что в Унии сейчас вообще есть второй такой адепт.
Довлатов сделал шаг и вдруг очутился прямо у темницы Ткача — массивного куба из металла с длиной ребра в полкилометра. Эта махина последние двести лет занимает чуть ли не половину всей зоны отдыха Корректора.
Стоило Колохари коснуться поверхности куба, как само пространство задрожало.
— Чёртово чудовище, — прошептал Каладрис, глядя, как металлический куб начал быстро сжиматься. — Сколько раз такое видел, а всё равно дрожь берёт.
Владыка Измерений делал ровно то, за что и получил своё прозвище — управлял измерениями внутри темницы, меняя на ходу её размерность. Поверхность сжималась… Четыреста метров… Триста… Пятьдесят.
Не прошло и минуты, как Довлатов-Колохари вертел на кончике пальца металлический куб размером с футбольный мяч. Каладрис нервно усмехнулся, видя, с какой лёгкостью Великая Сущность избавляется от, казалось бы, нерешаемых проблем.
— Вы именно, что чудовище, — произнёс Охотник, смотря на гостя. — Каким я вас всегда считал…
— Сочту за комплимент, — Довлатов-Колохари кивнул, глядя в пустоту перед собой. — Будь добр, мальчик… Не отвлекай меня. Этот телесный сосуд и так трещит по швам, а мне ещё надо вычислить координаты нужной аномалии. Из-за дефицита маны я не смогу перекинуть средоточие далеко… Ткач сейчас шлёт чуть ли не открытые призывы всем и каждому… В войне за мир Земля возникла неразбериха… О, нашёл!
Довлатов сделал шаг и исчез, переместившись в другой набор измерений. В тот же миг Каладрис ощутил, как ткань пространства в зоне отдыха резко исказилась. Металлический куб весом в десять миллионов тонн исчез, оставив после себя лишь вмятину в земле.
Спустя минуту Довлатов снова появился в зоне отдыха. Без вспышек телепортации и прочих спецэффектов. Колохари применил свой фирменный «Шаг сквозь сжатое пространство», очутившись в нескольких метрах от ожидающего Охотника.
Каладрис дёрнулся, тихо ругнулся про себя.
— Дело сделано, — Довлатов повернулся, смотря куда-то. — Теперь Ткач заперт там, где его никто, кроме меня, не сможет отыскать.
Гость начал светиться изнутри. Тело старшего магистра [5], коим и является Довлатов, больше не могло сдерживать мощь Великой Сущности.