Ольга Ружникова (СИ)

Всеслав… Если бы мог и хотел что-то сделать с новой властью — уже бы сделал. Так что и эта надежда — мимо.
Только бы сыновья нашли место отсидеться и выждать! А пока — держаться от спятившей Лютены подальше. Не так уж долго придется ждать — ровно до Эрика с полными обозами. Или сразу драпать… очевидно, в Бьёрнланд. Или в Вольные Города.
Только бы мальчики справились!
Ирония судьбы — можно не волноваться только за пленного Роджера. Поблагодарить, что ли, Всеслава, что так удачно пристроил мальчишку под крыло к Анри Тенмару?
Прекрати истерику, Ревинтер. Или всё пропало. Окончательно.
3
Последний поцелуй Алисы. Довольная ухмылка Лоры. Прощальный взгляд в окно.
Именно что последний. Незабываемый.
Прямо на печатающих шаги солдат. Тоже — последних. Первые уже втянулись в особняк.
Торопись, Ирия. Удирай, спасайся — живее! Еще успеешь.
Нет. Поздно.
Далеко ли мы теперь сбежим? Очень. Если не перехватят по пути. Тут ведь всего-то человек… сотня?
Перехватят. Причем прямо сейчас. Даже в других покоях не затеряешься. Потому как уже в коридоре — шаги. А скрывать и покрывать тебя здесь некому. Даже если Алиса и захочет — тут и без нее предательницы через одну. Если не чаще.
Прыгать в окно? Не валяй дуру. Если не за тобой — выдашь себя. А за тобой — там тебя уже ждут.
Так что готовь кинжал, Ирия. Точнее, стилет.
Дверь распахнулась. Явно от пинка. Увесистого такого. Кто тут еще смеет так пинаться, кроме Эрика? Который далеко. И уж точно не притащит домой полк солдатни.
Что⁈ Да будь тут хоть сто преступниц и все отцеубийцы — это покои принцессы!
Что, змеи возьми…
Солдаты на сей раз — королевские. Не смешно. И даже не страшно. Почему-то. Вот если бы ревинтеровцы. Во главе с ним самим.
А это еще что за… За черно-серой формой королевских гвардейцев мелькнуло нечто грязно-розово-голубое. Мерзко-приторное. Как плесень в сиропе.
Нет, не померещилось. Увы. Потому как уже заполонило коридор.
Черно-серые бодро прошагали — грязными сапогами по бежевому ковру. Трое розово-голубых ввалились следом. Гуговцы.
Прочие остались в коридоре. В коридорах. Сверху донизу и до ворот. Перекрыли отступление.
Дамы и девицы замерли испуганной стайкой. Перепуганной насмерть. Бледнее всех — Лора. Невозмутимее — графиня.
Болтовня о женихах и тряпках смолкла на полуслове.
Где стража?
— Как это понимать, господа? — А вот голос у Алисы дрогнул совсем не вовремя.
«Господа», не отвечая, расступились в стороны. Ирия от души прокляла придворные наряды. И не только потому, что в них толком не подерешься.
Стилет, конечно, при себе — в складках одежды. Как и кольцо с изрядной порцией яда. Но вот изящные туфельки — не сапоги. Любимый полноценный кинжал — герцогский подарок! — в них не спрячешь. Не говоря уже о шпаге.
В освободившийся проход шагнули двое. Один за другим. Племянник и дядя. Сходство налицо. На рожи. Опухшие.
А еще — на цвет одежд. Король Карл тоже облачился в розово-голубое. Только еще и с рюшечками. Хлеще, чем у самых безвкусных Алисиных дам.
Разве что брюхо у короля пока поменьше дядюшкиного. Пока.
Позади принца тащатся два солдафона средних лет. Позади короля — ослепительно красивый юноша-блондин вряд ли старше Ирии. Единственный, кто пока не вызывает отвращения. Пока.
— Это понимать так, что вы арестованы, герцогиня! — тявкнул король. С ухмылочкой. Подленькой, мерзенькой, пьяненькой.
— И в чём моя вина?
— В заговоре против моего Величества! — похабно ухмыльнулся лучший в подзвездном мире племянник лучшего под солнцем дядюшки.
Зимний дворец, летняя жара, осенняя тоска.
Лицо Алисы — белее мела.
Держись, кузина. Эти — куда хуже Всеслава. Тот хоть ни на чью честь не покусится. И приходит трезвым.
— Регентский Совет об этом, конечно же, осведомлен? — услышала Ирия собственный голос.
Королишка злобно уставился уже на нее — снизу вверх. Злобно и ошалело.
Какое ничтожество. Какое же мерзкое ничтожество — причина смерти стольких людей! И ради вот этого Всеслав принял сторону врагов? Из-за этого слизняка Эйда…
  
— Ты — единственная красотка среди этих куриц. И только потому тебе не вырвут язык, — милостиво изрек Карл. — Он пригодится тебе для другого. Мы желаем видеть ее нашей фавориткой.
«Мы» — это он один или вместе с дядей?
— Схватить девку и доставить во дворец. — Бледная жирноватая королевская длань небрежно махнула в сторону Ирии.
Сейчас еще прибавит: «И привязать к кровати».
Похоже, насчет возможности добровольного согласия дамы он уже осведомлен. Научен предыдущим опытом.
— А остальных — в тюрьму! — продолжило младшее розово-голубое ничтожество. С претензией на величавость. — В темницу, на солому, к крысам!
— Погоди, Карл, — вмешалось ничтожество старшее. — Дай сначала и мне выбрать фаворитку-другую.
Счастливицы сбились в плотную кучку. Вокруг Алисы. Но всех сразу за ней не спрячешь.
— Из этих уродин? Ладно, выбирай! — племянник смачно хлопнул дядю по жирному плечу. Похабно заржав.
В унисон с дядей. И с его гвардией.
Будем надеяться, хоть тем фавориток выбрать не разрешат. В общее пользование.
Пять минут назад Ирия считала, что никогда не пожалеет Лору. Камилла, не выходи из беседки. Может, еще и уцелеешь.
Надо было вместо нее довести до слез Стефани.
  
Глава 10
 
Глава десятая.
Эвитан, Лютена.
1
Разжиревший, но многочисленный конвой, розово-голубая карета. За окном пьяно орут «добрые жители Лютены». Коронованных скотов им не перекрыть, но в ушах уже звенит, шумит и грохочет.
На улице опять раздают дешевое вино. Бочками. Сладко-прокисшая дрянь льется на грязные камни. Кислая плесень в сиропе.
— Да здравствует наш добрый король Карл! Да здравствует принц Гуго! Долой Регентов!
Один из которых, кстати, сам Гуго.
Впрочем, с последней фразой Ирия согласна. Но вот в сочетании с первыми — нет уж, спасибо. Теперь понятно, куда делись Мальзери и Ревинтер. В кошмаре бы не приснилось пожалеть о Регентах, но сегодня день сюрпризов. Потому как при Ревинтере было лучше хотя бы для большинства.
Впрочем, если большинство — это «добрые жители»…
Или нет. Вдруг все нормальные дома сидят? За семью запорами? Лиар грабить тоже шли не все подряд.
Не связали и не заковали, но жирный эскорт — человек в тридцать. Побег исключен, если за углом не ждет засада из спасителей. Желательно — многочисленная. Верные друзья с верными клинками. А еще лучше — с пистолетами. По паре штук на друга.
В окно Ирия всё же высунулась. Показаться добрым жителям. Прямо из Карловой кареты. Раз уж его тут нет. Присоединится во дворце.
И лучше не задумываться, где и почему он задержался.
— Везут шлюху нашего доброго короля! — заорал кто-то.
Этак когда сметут Карла — еще и ее прикончат. Доказывай потом, что преступница, заговорщица, дочь мятежника и всё такое прочее.
Ладно, вроде, опознать не успели. Кто ее из простолюдинов прежде видел-то?
Здравствуй, дворец. Тот, что королевский. Век бы в тебя не попадать.
Что за… Ах да — дворец теперь тоже охраняют люди принца Гуго. Тем лучше для тех, кто придет его штурмовать, но где же они? Куда змеи унесли Всеслава Словеонского? И где предыдущая дворцовая охрана? Там же, где теперь и Алисина?
Бред какой-то! Ирию что, на самом деле тащат не в тюрьму? Потому как в тюрьму — вовсе не ее. А осужденную преступницу — во дворец, в постель коронованного идиота? Это уже даже не страшно — потому как дико смешно. И глупо.
Так не устраивают переворотов — так в них играют. Глупые дети — пока не пришел воспитатель с розгой.
Только вот головы отрывают не куклам.
Удастся ли удрать при нынешнем раскладе? Маловероятно. Стилет — всё еще при Ирии, но что с ним делать? Прирезать в постели короля? А потом — себя, потому что к побегу это не приблизит. Вот к смерти — да.