Весенний Король (СИ)
А престолонаследником был как раз незнакомый принц Константин Кантизин — сын проклятого Паука. Паучонок. Ее постылый, навязанный жених. Константина Белла ненавидела уже за одно его существование. Если бы не он — Грегори никогда не усомнился бы в ней.
А старуха только что подтвердила, как новому императору не понравится присутствие Арабеллы на его земле. Еще бы!
И ей даже не нужно для этого называть свое имя.
Маршал Анри Тенмар? Орда? Что еще случилось за это время⁈ Пока они все истекали кровью в Мэнде, убившем ее семью?
Одно ясно: раз это Анри Тенмар привел Сильвию и ее родных в Мидантию — значит, и сам был здесь. И выбрался из квиринского плена даже не один, а с посторонними спасенными. Как обычно.
Где он сейчас⁈ Скажут ли это здесь? Больше собрать информацию негде. Пока.
Соображай, быстрее, Арабелла. Ты — последняя, кто здесь еще сохранил свободу.
— Я не из Квирины, — перебила мрачную рыбачку Белла. — Я и мои спутники — эвитанцы. В Мэнде нас держали в плену. Меня зовут Мэри Анабель Тервилль, сестра виконта Витольда Тервилля. Белла — если уменьшительно.
Не слишком ли много она сейчас говорит? Такое всегда подозрительно. Всем.
— Эвитан, Квирина или Мэнд — разница теперь невелика, — усмехается рыбачка. Значит, всё же не знает, кто Арабелла на самом деле. — Я рада, что вы не принесли с собой Мэндскую заразу. Но другим вам еще придется доказывать свою невиновность, девка.
Доказывать? Как в предавшем их Эвитане — убийцам отца? Не хватит ли уже?
Не пора ли отсюда смазать салом пятки, пока их не поджарили? Этак еще ночные разбойники точно предпочтительнее покажутся. Что бы им ни понадобилось — вряд ли отправить столь ценных пленников в подземные пыточные застенки.
С другой стороны… а если кривые когти и ядовитые клыки как раз из мрачного Мэнда сюда и протянулись? Или из Квирины? Как сказала старуха: разницы уже нет. Но — Эвитан?
Кто всё же напал в ночи на прибрежное имение⁈ Именно в ночь, когда причалили Проклятые Галеасы?
— Мы слишком долго плыли. Что сейчас происходит в прочем подзвездном мире?
— Как ты вообще оказалась в Мэнде, девка? — сверлит черным взглядом старуха.
Эта не скажет ничего. Пока хоть что-то не услышит.
— Жену моего брата захотел королевский дядя — принц Гуго Жирный. Нас предала и продала наша семья, и мы оказались в бегах. В Аравинте, у родственников. А когда началась война и туда пришла эвитанская армия — сбежали в Мэнд.
— Почему не в Мидантию?
А что, здесь было намазано медом? И текли молочные реки в кисельных берегах? А вовсе не подозревают каждого первого?
— Чтобы нас не выдали, — не опустила глаза Арабелла. Какую бы историю сейчас ни плел Витольд — он далеко. И слушают их разные люди. Всегда можно заявить, что один из них соврал. Ну… почти всегда. — Опасно иметь во врагах принца королевской крови.
— О да, — вновь усмехнулась старуха. Неужели повезло? Поверила? — Но императора Мидантии — еще опаснее.
Оставаться здесь нельзя точно. Нужно бежать и попытаться самой спасти Витольда.
Нет. Ничего не выйдет. Белла уже пыталась спасти маму и Вика. И потеряла их навсегда.
То же самое повторится вновь. Ведь теперь рядом нет даже Грегори. А сама Арабелла — бесполезна, как лишнее колесо скрипучей телеги. Всё, на что способна — поддерживать сейчас огонь в очаге и подливать воду для роженицы. И ждать, пока схватят и начнут пытать.
Если остаться — солдаты гарнизона доставят их всех к беспощадному императору. А про жестокость Мидантии рассказывают легенды. Рядом с ней меркнут все страны, кроме Мэнда. Но как раз из него беглецы едва вырвались живыми. И не все. Далеко не все.
Если Арабелла сбежит — это сейчас усилит подозрения женщин. Особенно странной рыбачки и «черной ведьмы» Юстинианы. Но ведь ее и Вита и без того подозревают. И всех остальных…
В самом лучшем случае их выдадут обратно в Эвитан. Еле живыми от зверских пыток.
А здесь сейчас только Сильвия и старуха. Без Юстинианы. Справится ли с бабкой Белла, если та вздумает ее удержать? Книжница Сильвия — не в счет. Как раз с ней Арабелла управится.
Из них двоих — это она выросла при Веселом Дворе Вальданэ.
Стоп. Промелькнула же какая-то важная мысль. Еще бы так не мутилось в голове…
Здесь была какая-то странная «орда» Анри Тенмара. Куда она девалась? Где сам Анри?
Если бы удалось вырваться сейчас — можно направиться к нему. Анри Тенмару можно доверять — он однажды их уже спас. И мама его любила. Вик злился и бесился, а Арабелла в глубине души даже радовалась, что бедной маме теперь легче.
Правда, Белла узнала обо всём много позже слишком горячего Виктора. Когда уже дикая боль от потери любимого отца когтила и рвала душу не так яростно.
— Арабелла…
Это еще что? Она уже обезумела окончательно, раз слышит голоса ниоткуда?
— Арабелла, это я, другая Белла. Которая еще и Иза. Прошу тебя, срочно выйди на берег моря. В тихую бухту у селения, куда причалили наши Галеасы. Тебе нельзя оставаться там, где ты сейчас. Или тебя схватят. Я помогу тебе спасти наших, пока не явилась императорская стража. Только поспеши. Времени нет.
— Нам нужна еще вода, — стараясь следить за лицом, изрекла Белла. — Сейчас принесу.
Подозрительная старуха глянула черным взглядом. Но не остановила. Не Сильвию же туда посылать. Не с ее слабыми ручками. А про тягость Арабеллы здесь не знает еще никто.
Как и о том, каким именно способом переговаривались две идущие рядом Проклятые Галеры.
Белла чуть тогда не сошла с ума, когда на какой-то по счету день пути (или то была ночь?) поняла, что может слышать Изабеллу. Но не может — родного деда и Грегори. Может, потому что их унесло штормом слишком далеко. А может, почему-то еще.
Девушка прихватила ведро и выступила в черную мидантийскую ночь. Чем-то напоминает Аравинт и Вальданэ, только не дом.
И хорошо, что на небе узкий серп луны — вот-вот взлетит над чьей-нибудь головой. Но при этом осветит путь.
Вперед, на тихий плеск вольных морских волн. Однажды он уже принес свободу и спасение.
Глава 3
Глава третья.
Мидантия, Западное побережье.
1
Изабелла ждала ее за огромным валуном. Застыла по щиколотку в темной воде. И даже выше — когда накатывают легкие волны.
Мужские штаны закатаны до колена, стройные ноги белеют в лунном свете. Сапоги остались на песчаном берегу — вон темнеют. За другим валуном. Соседним, на сухом месте.
Арабелла тоже скинула туфли. Подобрала юбки и шагнула в темную воду. Теплую, как молоко. И ноги у нее тоже красивые. А даже если бы и нет — кто здесь увидит, кроме Изабеллы?
Хозяева гостеприимной виллы гостье выдали женское платье, а оно на редкость неудобно в бегах. И вообще — в опасности.
А вот кое-кто другой уже успел переодеться. И даже переобуться. Где-то и когда-то.
— Белла, тебе удалось ускользнуть? — бывшая фальшивая принцесса будто сама в это не верит.
— Да. И меня вот-вот хватятся. Я же пошла за водой. Правда, предполагается, что не за морской.
— Да уж. Принцессы теперь бегают по воду.
— Остальные со мной — тоже не простолюдинки… — Арабелла осеклась. Но, может, поздновато.
Не много ли она говорит? На чьей стороне Изабелла на самом деле? И стоит ли ей верить?
Легкая рябь бежит по темной воде, исчезает в ночи. Лунная дорожка — слишком узка. А природа не наградила Арабеллу ночным зрением. Она ведь не Дитя Ночи. И не столь же бессмертный… не-живущий матрос с Проклятой Галеры. Галеаса.
— Я тоже сбежала от похитителей.
И это явно было трудней, чем от двух женщин.
Изабелла чуть дрогнула — от ночного холода, страха или волнения. Темная длинная тень колыхнулась по темной воде, так же исчезая во тьме. За гранью лунных бликов.
— Кто эти люди, Иза? Чего они хотят? Тебе удалось узнать?
— Да, они говорили при мне. Нормальные люди — на самом-то деле. И ничего плохого нам не хотят. Только помочь.