Исследователь планет (СИ)

— Тараноклювы обладают усиленными ферментирующими свойствами желудочных соков, что приводит к избыточному выделению газов, — сказала Воланса, заметив, что Черному Муту не понравилось поведение животного. Вблизи он выглядел странно. Сравнивая с известными ей мутами, она никак не могла сложить в глазах своих картинку — у него не было ни движущейся динамики, привычной и почти незаметной для глаза, ни статики, привлекающей внимание, которая отражала бы внутренний мир его или ее и их избранника. Все эти привычные визуальные составляющие незримо расширяли информацию о существе, о нем, о его или ее избраннике, внутреннем мире, сложностях их взаимодействия, степени гармонии и любви. Даже простая изначальная статика, данная муту от рождения, и скорее именно она, не измененная воздействием партнера, чаще говорила о нем больше, чем все его слова и поведение. Здесь же абсолютная чистота, как безоблачное выжженное Глазом Матери небо, будто просила нарисовать на себе какие-то чувства, переживания, устремления.
Впрочем, Воланса для данного вывода явно использовала смысловые конструкции какой-то истории из Почек Памяти, но вспоминать откуда почему-то не хотелось. Она и не стала. Отбросив мысли прочь, мутина втянула в себя воздух. От Черного Мута пахло странно. Не сказать, что неприятно, или приятно — просто странно. И запах тараноклюва тут явно был ни при чем — его она сразу отфильтровала.
Девушка несколько раз втянула в себя воздух, будто принюхиваясь. С учетом того, что некто огромный и вонючий только что тут испортил воздух, выглядело это забавно. Впрочем, воняло изрядно, пришлось даже задействовать фильтры. Было непонятно, что делать дальше, поэтому Сергей решил пока оставить все как есть. Как назло, ничего в голову не приходило. Поэтому он махнул в сторону своего текущего места обитания и сказал:
— Было приятно познакомиться, прекрасная незнакомка, но мне пора идти. Да и темнеть скоро начнет. Обитаю я в том направлении, будет желание — заходи в гости. Жаль, не знаю, как тебя зовут. Я Сергей, — все же он хлопнул себя по груди, обозначив себя и свое имя. И тут же удивился, когда девушка практически мгновенно повторила его жест и сказала нечто вроде: "Вьоулоанссса". Что-то похожее она уже говорила ранее. Затем она ткнула пальцем в него и очень чисто без всякого акцента сказала "Сергей". Честно говоря, ему захотелось почесать себя в затылке. Никогда он не слышал, чтобы кто-то из иностранцев мог произнести его простое имя без акцента. Даже веганцы с их развитыми ментальными и прочими технологиями.
Чтобы не ударить лицом в грязь, пришлось задействовать линг в первом режиме, в основном потому, что он видел, как она внимательно наблюдала за движением его губ.
— Вьоулоанссса, — сказал он, мысленно, правда, повторив "Воланса" в привычной фонетике, и показал на нее пальцем, потом на себя: — Сергей.
Интересно, что тыканье пальцем не означало чего-то нехорошего. Впрочем, она первая начала, так что можно считать, что все в порядке. Тем не менее, время действительно быстро приближалось к вечеру, а среди деревьев темнеет быстро. Еще полчаса, максимум час и на лес опустится темнота. Возвращаться же в темноте, где водятся условные монстры, не хотелось, как и переносить сюда бивак тоже. Девушка все равно никуда не денется, да и сама не маленькая, так что вполне можно ее оставить, не мешать спокойно переночевать, а завтра можно будет продолжить общение. Тем более, что ее он теперь точно не потеряет даже ночью — наниты в ее теле хоть и не излучали ничего и были невидимы и неслышимы, но если дать специальный электромагнитный импульс, то они его переотражали. Слабо, но достаточно, чтобы уловить чувствительными приемниками на небольшом расстоянии. В принципе, это была просто подстраховка, если вдруг она каким-то образом потеряется от взгляда постоянно висящих в воздухе и следующих за Вьоулоансссой, ну, то есть Волансой, если по-русски, дронов.
  
Сергей дал команду через УНИК и высокотехнологичное боло, тихо свистнув, слетело с ног спящего животного, благо, когда оно лежало на боку, его ноги не придавливали сильно ленту к земле, и две половинки снаряда соединились вместе, вернув изделие в первоначальную сферическую форму. Получившийся шарик Сергей поместил в приемный короб за спиной.
Слегка улыбнувшись, и понадеявшись, что эта мимическая конструкция не будет воспринята девушкой как угроза, он повернулся и спокойно пошел в сторону своего временного дома. Чуть дальше он планировал воспользоваться летками и быстро долететь до стоянки. Каково же было его удивление, когда он обнаружил рядом с собой шагающую в том же направлении, что и он, Волансу!
Останавливаться он не стал, только хмыкнул и сказал негромко, слегка повернув голову в ее сторону:
— К сожалению, идти долго, пару километров, а скоро стемнеет. И ночью тут опасно. Я понимаю, что у тебя могут быть возможности безопасного проживания, но лучше бы ты сейчас нашла место для ночевки.
— Мне надо за тобой следить, чтобы ты не навредил мне, — поддержала разговор Воланса. Она не боялась говорить о своих намерениях вслух, так как понимала, что он ничего не понимает. Но, как говорилось в обучающих Почках, это правильно, когда разговор надо поддерживать — это сближает. Может тогда Черный Мут передумает наносить ей вред?
Сергей хмыкнул и просто пошел дальше. Там, примерно через километр будет в земле глубокий разлом шириной метров в двести, где он спокойно его перейдет. Честно говоря, он не представлял, что делать, а то, что она к нему буквально прилипла, ему не нравилось. Внешний вид бывает обманчив, а долго находиться в полубоевом состоянии психики, ожидая в любой момент негативного развития событий, было несколько напряжно. Да, в принципе он мог поддерживать этот режим несколько дней подряд, но это не значит, что ему нравилось такое. Выматывает в конце концов. А вообще, что ни говори, а такой режим особенно хорош вот в таких ситуациях — когда рядом есть кто-то, кто может неожиданно на тебя напасть. Даже если ты находишься к нему спиной, успеешь среагировать. Но на психику все же давит.
Девушка молча шла рядом, не особо оглядываясь по сторонам. Похоже, ее не сильно волновало, что или кто прячется по кустам. Сергей мысленно осуждающе покачал головой. Зато шаг у нее был исключительно мягким, ему даже показалось, что трава сама расступается перед тем, как ее нога наступит на нее. И если за Сергеем виднелась цепочка чуть примятой травы, то за ней такого просто не наблюдалось. Шла она легко, на чуть согнутых ногах, не шагая, а перетекая из одного положения в другое. Руками не размахивала, головой не вертела. Только иногда краем глаза цепляла исследователя, чтобы скорректировать свое передвижение, и эти моменты он остро чувствовал как равнодушный взгляд со стороны.
Именно это его больше всего удивляло. Вроде бы обычная земная девушка, если не принимать во внимание непонятности с краской на ее лице, волосах и руках. А вот ментально как землянку он ее не чувствовал. Да еще практически полное отсутствие эмоций наводило на странные мысли, что это может быть что-то вроде биоробота. Почему нет? Даже на Земле это вполне возможно, но по этическим причинам, неотличимые от людей роботы практически не создаются. Разве что в системе эротических развлечений, но в целом это не особо выпячивалось. Правда, та информация, что успели передать нанороботы в ее крови не подтверждала эту версию, но биороботом в принципе можно считать и вполне себе обычнорожденного человека, но с промытыми мозгами или клона какого-нибудь. На самом деле именно психика и интеллект определяют ту грань, зайдя за которую можно превратиться из человека в биоробота или наоборот. Так что, Сергей пока просто предпочел плыть по течению, наблюдать за происходящим и за поведением инопланетянки, прежде чем делать какие-то выводы или вырабатывать сложные планы в ее отношении.