Исследователь планет (СИ)

— Гипотеза о том, что живые организмы фактически являются своего рода биологическими компьютерами, находит дополнительное подтверждение, — вторя размышлениям Сергея, сказал Джин. Землянин не считал нужным скрывать свои мысли от своего механического помощника и даже местами друга, так как давно заметил, что такое взаимодействие очень сильно способствует повышению производительности таких странных отношений. Проще говоря — так выгоднее во всех планах. — Причем, именно — компьютерами, высокого уровня вычислителями, так как приспособляемость идет не хаотично, не методом перебора, хотя и это встречается, но путем анализа и получения результата. Все наши эксперименты об этом говорят. А для эффективности подобного механизма обязателен обмен данными между различными его узлами, то есть в нашем случае — животными и растениями. Получается своего рода разветвленная вычислительная сеть, которая находится как бы над всеми организмами. Ну или внизу, как основа. — Джин замолчал.
Сергей стоял у внешней прозрачной стены трака в своей комнате и не отрывал взгляда от кроны дерева, находящегося напротив, сквозь просветы ветвей которого проникали последние лучи светила. И как только они исчезли, вокруг трака и беседки разгорелся слабый, не яркий, но приятный глазу свет, обозначая площадку, на которой жили два существа — землянин и мутина, то есть мут женского пола. А все вместе они — муты.
Он перевел взгляд на Волансу, которая сидела на ступеньках беседки и грустно смотрела на трак. Казалось дневное оживление ее покинуло, и с наступлением темноты она все больше и больше превращалась в ту Волансу, которой была еще совсем недавно — в безэмоциональную статую. Хотя, если бы это действительно было так, то вот этот налет грусти у нее бы явно отсутствовал.
Помолчав, Джин добавил:
— У Волансы тоже наблюдается непонятная перестройка организма. Все-таки, вряд ли этот механизм задействован постоянно, скорее в новых условиях. И сейчас она к чему-то приспосабливается.
— Или к кому-то, — тихо сказал Сергей, не отводя взгляда с девушки.
А Воланса вдруг подняла голову, вскочила и стала оглядываться. Сергей, заинтересованный ее поведением, бросил мимолетный взгляд на объемную карту ближайшей местности, где отмечалась практически вся информация с той или иной степенью детализации, но не увидел ничего угрожающего. Воланса же, отбежав к растущим поблизости кустам, наломала там немного тонких веточек и снова усевшись на ступеньках, воодушевленно начала что-то из них плести.
Сергей стоял, наклонив голову, заинтересованно наблюдая за Воленсой. Видно было, что с плетением у неё что-то не получалось. Она явно Занималась этим в первый раз. Замирала, хмурилась, расплетала получившееся и начинала заново. Через полчаса у нее получилось-таки то, что она хотела. По крайней мере, скептически осмотрев результат своей работы, она кивнула. В руках у девушки Сергей увидел нечто. Как обозвать это он не знал, но на первый взгляд было очень похоже на шар-не шар, но близкий к нему многогранник из веточек, внутри которого тоже находилась какая-то структура. Тем временем девушка дотронулась пальцем до каждого угла, и от ее прикосновения там практически мгновенно появлялись маленькие почки, которые почти сразу же раскрывались в разноцветные мелкие цветочки. Внутри этой конструкции расцвел цветок побольше. Получилось на удивление красиво.
Воланса, полюбовавшись на лежащий на ее ладонях цветистый многогранник, вдруг посмотрела на трак, в котором находился Сергей. Он заинтересованно поднял бровь. А девушка подошла к транспорту и прилепила конструкцию прямо напротив того места, где стоял Сергей. Затем отошла к беседке, снова уселась на ступеньках и замерла, не отрывая взгляда от двери иски.
  
— Как неудобно-то, — пробормотал Сергей, закрыл глаза и помотал головой. — Не хватало еще, чтобы мне девушки дарили цветы.
От Джина донесся какой-то неидентифицируемый звук.
Постояв немного с закрытыми глазами, Сергей решительно повернулся.
— Ладно! Раз так, то пусть будет так.
Как только он это сказал, на его УНИК тут же пришло уведомление от СУНИКА на имя начальника экспедиции о повышении вероятности близкого контакта седьмой степени, что является недопустимым в текущих обстоятельствах. Возможный контактер — он и инопланетянин предположительно женского рода.
Криво усмехнувшись, Сергей завизировал получение докладной. Ничего особенного — обычная бюрократия. Больше всего его позабавила фраза 'предположительно женского рода'. Уж чего-чего, а женского там было в избытке!
Тем не менее, докладная не изменила его намерений, да и не собирался он контактировать в седьмой степени — все-таки было тут много неясностей, а их, особенно в таких деликатных вопросах, он не любил. Поэтому, вздохнув, Сергей задал поиск в базе психопрограммирования нужной ему информации. Ему не очень нравились такие вещи, хотя он признавал их полезность и сам пользовался с детства, но только по необходимости. Вот сейчас такая необходимость возникла.
Спустя пару мгновений нужная информация была найдена. Прочитав сопроводиловку, Сергей хмыкнул. Оказывается восприятие красоты не статично, а постоянно меняется под влиянием опыта и внешних данных. Сюда относится и восприятие противоположного пола. Ну, это он и так знал, но само научное обоснование на пару страниц он прочитал с интересом. Но в любом случае, вся эта сложная система фильтрации внешней информации сквозь призму восприятия 'нравится-не нравится' приходила к конечному 'выключателю' в мозге. А соответственно, им можно было управлять. Конечно, не все так просто, там целая шкала воздействия, но в целом, есть довольно несложная методика, которая позволяет сигнал на конечном этапе слегка исказить, переводя излишний интерес к объекту в плоскость спокойного созерцания и безэмоционального восприятия или по выбору — в сторону интеллектуального наслаждения. В принципе, ничего особо не меняется, разве что не запускаются разного рода физиологические изменения в организме от этой информации, да восприятие очищается от лишней хаотичной эмоциональной шелухи.
Особенно внимательно Сергей прочитал побочные эффекты. Как оказалось — ничего страшного. Если не пользоваться слишком часто, то не возникнет устойчивых изменений и привыкания. Тем более, что после запуска техника работает у всех по-разному, но в целом около часа. Хотя, конечно, можно и вручную самому снять этот эффект. В любом случае, это лучше, чем вмешиваться в следствие, а именно, подавлять выработку гормонов в железах. В принципе, и этим Сергей старался не часто пользоваться, но в современном мире, где самопсихопрограммирование распространено довольно широко, а УНИКи чуть ли не у каждого первого, от этого никуда не деться. Ну и вот обстоятельства такие интересные сложились…
Приняв пакет информации, Сергей минут пять ее анализировал и примерял на себя, ловил нужные состояния, привязывал психические якоря, ставил точки возврата на всякий негативный случай, фиксировал текущие важные параметры, благо УНИКи позволяли такое вытворять, что и не снилось йогам прошлого. И когда все было готово, запустил программу. Ощущением ее работы стала легкая свежесть, прокатившаяся внутри головы от темечка до уровня затылка. Оно специально было запрограммировано в технике, чтобы понимать, что она начала работать. А вот когда она выключается, такого эффекта не возникает, так что к этому времени себя надо контролировать, осознавать, чтобы не пропустить момент. Конечно, когда это необходимо. Вот только сколько эта техника будет работать у Сергея, вычислить не удалось. Неприятно, но иногда такое случается. В любом случае, команда отмены, даже когда техника не работает, ничему не повредит.