Исследователь планет (СИ)

Почему-то эта мысль ей жутко не понравилась, и Воланса повела плечами, будто ей вдруг стало холодно. Или ему не все равно? Надо будет его спросить, а то непонятно. Жаль, что он не мут, там и вопросов бы не возникло, — и Воланса опустила подбородок на руку, которой оперлась на колено. И грустно стала смотреть на открытую дверь в коридор.
Впрочем, грустила она недолго — в коридоре дальше возник какой-то шум, и в дверях появился Сергей. Воланса грустно помахала ему второй рукой:
— Привет!
Сергей почему-то замер, окинув ее, сидящую на горшке, каким-то странным взглядом, а потом хмыкнул:
— А тебе идет рыжий цвет. Впрочем… как и черный.
Воланса же с возмущением посмотрела на свои волосы, приобретшие очень черный цвет, а потом отбросила их за спину:
— Надоели! Совсем перестали слушаться!
— Ладно, извини, что помешал — хотел душ принять. Я подожду, — он повернулся и пропал.
Душ? Ну да, он был с голым торсом и явно занимался своей 'зарядкой'! То есть, заряжался. Странно, ей заряжаться не надо. Но, видимо, у Мертвых Мутов все не так — Мать просто так не заряжает, и надо проводить разные ритуалы вроде бега по лесу и прочего непонятного руко– и ного-дрыжества.
Воланса вздохнула — сколько еще неизвестного и непонятного у Мертвых Мутов! Узнает ли она когда-нибудь все их тайны?
Крылья ее носа затрепетали — она почувствовала разгоряченный запах тела Повелителя, который только сейчас до нее дошел с дуновением воздуха из коридора, и на некоторое время замерла, сама не зная почему. Нет, теперь она знала почему! Ей просто очень и очень сильно захотелось почувствовать на языке вкус Сергея.
Девушка еще раз вздохнула и посмотрела на быстро выросшие в районе груди на кохабитанте большие листья. Сорвав их, она встала с кресла, внизу привычно защекотал кохабитант, впитывая с тела остатки выделений.
Все же даже переносная конструкция, которую делает при необходимости кохабитант из веток, удобнее этого стула. Не говоря уже о стационарном в доме мутов. Только кохабитанту все же нужна земля, да и отработанный материал надо под землю прятать, ему для этого не надо тратить много энергии, в отличие от самостоятельной переработки. Но тут полы твердые. Так что и такой стул с отверстием, за неимением привычного, сойдет.
Воланса обернулась на тихий шум за спиной — там в горшке появилось немного воды, она вдруг вспухла пеной, опала и стенки снова засверкали изначальной чистотой, а ее отработанного материала и грязных листьев не осталось.
— Ну, тоже неплохо, — кивнула она и поковыляла туда, где находился Сергей. На ходу она вытерла руки листьями и мысленно дала команду на очистку тела — ей почему-то не понравился собственный запах. Листья, облегающие ее тело поменяли внутреннюю структуру, активно впитали пот и прочие выделения и выпустили один из любимых ею еле заметный запах цветка кандыша. Кохабитант не возражал — на это ему ресурсов вполне хватало.
— Сергей! Мне надо знать, размер моей груди тебе нравится? Или тебе все равно?
Сергей
На удивление, стабилизация состояния Волансы прошла нормально. За двое суток, что она спала или находилась в некоем лечебном трансе, внутренние процессы ее организма пришли в норму и мало отличались от состояния до травмы. А нога стала восстанавливаться вполне заметными темпами. Если все пойдет таким же темпом, где-то за неделю-другую нога полностью отрастет. Очень сильная регенерация у мутов!
Удалось также немного расшифровать принципы работы их организмов, но явно работы еще хоть и початый край, но весьма обширный. Самое интересное, когда кое-что стало понятно, Сергей провел обычный тест на совместимость — такое делалось с любыми расами инопланетян для понимания ситуации. С веганцами, например, у землян была стопроцентная совместимость. С некоторыми другими расами, где удалось провести такие тесты, чуть меньше или вовсе не было. Но там, где было — минимум восемьдесят процентов.
  
Здесь же ситуация была странной. У Сергея были в наличии первые образцы тканей и некоторых жидкостей с ДНК еще когда они только встретились — КИНО (контрольно-измерительное нано-оборудование) сидело в Волансе с самого начала, и оно брало, а иногда и само делало по месту всякие анализы организма. И он не был статичен — со временем менялся, причем довольно быстро. С чем это было связано, Сергей пока не понимал. Вполне возможно, что это естественное поведение организма или же реакция подстройки к новой среде. Также может быть, что в связи с некоей болезнью головы или вот этим 'спящим' состоянием организма, он в новой среде вместо того, чтобы 'проснуться', пошел вразнос. Хотя, может он так себя ведет как раз потому, что девушка 'проснулась'? Сама она почему-то так не считает, в чем Сергею удалось при общении с нею убедиться. Для того, чтобы считать себя 'проснувшейся' Волансе не хватало каких-то маркеров в своем поведении или ощущении. В общем, пока не ясно.
Так вот, вначале совместимость с землянами у нее была крайне низкой — ниже сорока процентов. Даже просто на клеточном уровне, не говоря уже о возможности скрещивания. Сейчас же этот параметр достиг восьмидесяти процентов, что было очень необычным и удивительным. Обычно этот показатель (скрещивание) вообще не менялся от особи к особи — он был теоретически вычисленным на основе массы показателей. Это совместимость на клеточном уровне может варьироваться в больших диапазонах, даже среди землян. Возможности ДНК мутов, конечно, поражали. Особенно то, как, судя по всему, ее организм подстраивался под него. Даже не то, что это происходит, хотя и сам по себе этот факт удивителен, а то, как ее организм понимал, что надо вот именно так измениться, чтобы соответствовать партнеру. Возможно, на это работает то, что она постоянно пытается его облизать? То за ухо схватится и сосет, то просто языком по спине водит, когда они спят. Ничего не скажешь — ему, конечно, приятно, но что это реально ей дает?
Не сказать, что эта ситуация сильно напрягала Сергея как человека. Но и приятной ее с точки зрения Исследователя Планет не назовешь. Так-то мысли в голове мелькали — а что может произойти дальше? Если, допустим, как-то у них срастется, и что дальше? Он не был наивным юношей, которому только дай влюбиться в кого-нибудь, а остальное не важно — типа как-нибудь оно само устроится. А он так не мог. Одно дело, если они так или иначе разойдутся — взаимный интерес угаснет, общих интересов не появится. Он это вероятно переживет спокойно, а вот как оно будет у Волансы? Судя по всему девочка совершенно неопытная, как муты переносят влечение или не дай бог — любовь и привязанность, Сергей пока не представлял или представлял смутно — Воланса хоть и рассказывала много, но почему-то он воспринимал многие ее рассказы скептически. Слишком они были каким-то карамельными или выхолощенными. Ну, как сказки или художественные книги. Может оно, конечно, и так, да вот было какое-то ощущение неправильности.
Ну так вот, если они сойдутся, что дальше? Он не представлял ее в земных условиях, а себя — в условиях ее мира, которого он фактически и не знал. А здесь оставаться хорошо, когда ты один и ничего кроме одиночества тебе не надо, а когда появляется близкий человек, о котором ты должен заботиться, думать о его или ее будущем, то робинзонада уже не выглядит хорошим вариантом. По крайней мере на длительном отрезке времени.