Озаренный Оорсаной. Книга 3. Путь Воина (СИ)
Глава 9
Нокс была недовольна. Сегодня они прибыли в Атну. Три отряда жрецов, призванных остановить войну, благословленных самой Лучезарной. И где же их поселили? На самой окраине, в убогом многоэтажном доме, где на десять человек приходится всего одна ванная комната.
— Я покажу мэру этого города! Он будет ползать на коленях, вымаливая у меня прощение, — с чувством произнесла она, обращаясь к Виктору после осмотра предоставленного им жилья. — Кажется, он спутал нас с солдатами или, того хуже, с бродягами, которые будут рады любой крыше над головой! — ее губы были сжаты в тонкую линию. Решительным шагом Нокс вышла на улицу.
— Эй, ты! — позвала она распорядителя от мэрии. Тот быстрым шагом приблизился к молодой девушке и поклонился.
— Что вам будет угодно? — в его голосе звучал испуг: он был наслышан о молодой жрице.
— Это что за халупа? Так у вас встречают жрецов? Приведи ко мне мэра или барона, я не намерена жить в таких условиях! — Ее голос мог заморозить воду.
— Но, госпожа, сейчас в город стянуты войска, и мест для размещения почти не осталось.
— Я всю дорогу терпела вонючие гостиницы и мечтала добраться до города, чтобы хоть пару дней пожить в нормальных условиях, и что? — Нокс с холодной яростью посмотрела на своего собеседника.
— Я прошу прощения, сегодня вечером прием в мэрии, там вы сможете выразить свое недовольство барону и мэру города. Я же ничем не могу помочь, — он пожал плечами и, развернувшись, ушел со двора, каждую секунду ожидая окрика в спину.
— Виктор, отправь пару ребят, пусть найдут мне хороший номер в гостинице. Я должна подготовиться к приему, мне надо нормально выглядеть. А в этом клоповнике я даже в ванную боюсь заходить!
— Сделаем! — Виктор недовольно покачал головой. И когда она успела стать такой?
Он помнил Нокс еще обычной девочкой, которая не желала идти по пути деда. Но все обернулось так, как и предрекала Лучезарная. Теперь Нокс — главная настоятельница изначального храма в мире богини. Когда Виктор увидел ее полгода назад, вернувшись в храм, он удивился произошедшим переменам. Ее взгляд стал жестким, она научилась принимать решения, брать на себя ответственность за судьбы людей. Нокс через многое пришлось пройти. Он на всю жизнь запомнил момент, когда отправился с ней на посвящение послушников к водам Аагры. В тот день погибло двое учеников. Ему, тридцатилетнему мужику, было больно смотреть на мертвые тела, которые еще недавно были обычными веселыми ребятами, верившими в богиню и в Нокс. Даже страшно представить, что ощущала в такие моменты девушка. Еще раз вздохнув, он отправился выполнять указания настоятельницы.
Удивительно, но последние дни прошли совершенно спокойно. Утром мы тренировались под присмотром Пфальца, вечером я с Колином занимался у магистра. Тот ни словом не обмолвился о своем предложении, я тоже делал вид, что ничего не произошло, и наслаждался последними днями спокойной жизни.
Сегодня нас собрал сержант и добродушно заявил, что тренировки не будет, а через час после завтрака приедет автобус, который отвезет нас в Атну. Жрецы уже несколько дней, как прибыли в столицу, и скоро намечается наш первый военный поход. Также он порадовал нас новостью, что после того, как мы поселимся в Атне, нам выделяется выходной день. Можно навестить друзей и родственников, но утром, после завтрака, все должны быть в казарме.
Колин очень обрадовался таким новостям:
— Ну, наконец-то! Не думал, что буду так скучать по дому, да и не мешало бы узнать свежие новости.
— Да из тебя и так новости хлещут без остановки, — пробурчал Горт, — наверное, тоже схожу домой. Хоть детей повидаю.
— А ты пойдешь к своим? — поинтересовался у меня Колин.
— Конечно, — ответил я и задумался. Наверное, стоит навестить Риму с Яной. Тем более, там остались мои вещи. Если скоро в поход, лучше собраться. Сейчас хоть и начало лета, но в этом году оно явно не задалось. Постоянный дождь донимал нас последние пять дней. По утрам туман, вечером — холодный ветер. Хоть я и выучил бытовые заклинания, но привычку еще не выработал. Мне по-прежнему в такую погоду хотелось укутаться в теплый плащ, а не магичить. Нет того комфорта при магическом заклинании обогрева. Мне это напоминало детские понты, когда ребята ходят по улице даже в мороз без шапки, а особо крутые — в распахнутой куртке. Так и маги — сделают согревающую руну, и идут по улице, невзирая на мороз, демонстрируя всем окружающим свою крутизну. Нет, лучше теплого плаща еще никто ничего не придумал!
Собравшись, мы дружно загрузились в поджидающий нас автобус. С нами отправился и сержант. Внутри автобуса стоял многоголосый гул, у ребят было приподнятое настроение. Все разговоры были о скорой встрече с родственниками, друзьями. Кто-то собирался вечером завалиться в кабак. Уже через пару часов мы въезжали в ворота Атны. Автобус выгрузил наш отряд на окраине, у небольшого здания.
— Не расходиться. Сейчас вас благословит жрец! — прикрикнул Пфальц на ребят, которые уже рвались заселяться.
— Круто! — проговорил Колин, — говорят, благословение прибавляет сил. К тому же, — он слегка понизил голос, — это еще и проверка. Слышали новости о том, что в княжестве появились слуги Нургала? Они маскируются под обычных людей, предатели!
— Какие еще слуги? — Горт удивлено посмотрел на Колина, — ты говори, да не заговаривайся. Придумал тоже.
— Ты что, не знаешь, что зверями управляют люди? Рабы Нургала? — Колин с удивлением уставился на Горта, тот в ответ помотал головой.
— Первый раз об этом слышу, — недовольно глянув на мага, ответил Горт.
— У нас в армии все об этом знают, — Колин смотрел на парня, как будто первый раз его видел.
— А почему простые люди об этом даже не слышали? — спросил я, внутренне напрягшись и не очень внимательно прислушиваясь к их беседе. Меня больше интересовало грядущее благословение. Как мой организм отреагирует на магию богини? На данный момент энергии Нургала во мне совсем немного и, по идее, ничего не случится. Но, тем не менее, информация о том, что ищут слуг Нургала, заставляет напрячься.
— Простым людям не стоит знать о предателях рода человеческого. В княжестве служат практически все мужчины, вот там-то им об этом и рассказывают. А зачем детям и женщинам это нужно?
— Странная логика, — недовольно пробурчал Горт. Я уже привык к его манере разговора. Он напоминал мне вечно ворчащего старика, который, даже если нет повода, всегда его найдет.
— По-моему, вполне понятная, — пожал плечами Колин, — звери не так страшны, как люди.
К нашей группе подошел сержант. Рядом с ним, высоко подняв голову, шел молодой жрец. Он был одет в белую рубаху с жреческой вышивкой. Со скучающим лицом, ни на кого не глядя, жрец простер руку и пропел славу Лучезарной. Нас накрыло облаком магии богини. Я отступил на шаг за спины ребят, и меня оно только слегка коснулось, тем не менее, ощущения были не самые приятные. Как будто стадо муравьев пробежало по моему телу. К счастью, я достаточно стойко перенес данную процедуру. Жрец, окинув нас снисходительным взглядом, кивнул сержанту и, ни слова не промолвив, ушел к следующей группе солдат. Он выглядел усталым и скучающим. Похоже, наша группа у него не первая — и отнюдь не последняя.
— Обалдеть! — восторженно проговорил Колин, — такое впечатление, что я помолодел. Энергия так и переполняет. Сколько же у него сил! — он с завистью посмотрел в сторону жреца.
— Угу, — мрачно проговорил Горт, — прям тебе теперь не двадцать, а восемнадцать. Не люблю я жрецов.
— Почему? — Колин удивленно посмотрел на приятеля.
— Потому, — отрезал тот и, помолчав, добавил, — вот именно поэтому. Слишком много сил. У нас в республике есть храмы Лучезарной. Меня в детстве отец водил. Я помню, как они свысока с ним общались. А отец им кланялся. Я первый раз тогда видел, чтобы отец кому-то кланялся. Это было неправильно. Он меня всю жизнь учил никому не кланяться. Мы — независимые люди, которые сбросили иго дворян.