Озаренный Оорсаной. Книга 3. Путь Воина (СИ)

— Ты не думай, все не так страшно. Ну, то есть, теперь уже. Целители вместе с жрецами творят чудеса. Они уверяют, что через пару дней я буду опять в строю, — поймав мой взгляд, успокоил меня Колин.
— Будем надеяться, привык я уже к тебе. Боюсь, без тебя наша компания будет совсем скучной. Так что ты нам нужен! — приободрил я его на прощание.
Выйдя из лазарета, я отправился к нашей палатке, раздумывая о нападении. По слухам, что бродили в лагере, из более чем сотни солдат погибло около тридцати человек. Почти треть! Звери бесшумно вырезали часовых и атаковали спящих. К счастью, сержант быстро сориентировался, собрав возле себя солдат и дав отпор нападающим. Отряд зверей был не особо большим, и они явно не планировали задерживаться надолго. Наскочить, уничтожить как можно больше людей, и отступить. В любую минуту к нам могло подойти подкрепление. Можно сказать, что план зверей удался, и эту проверку боем мы оглушительно провалили.
Да, с одной стороны, нас оправдывает то, что мы до этого не принимали участие в сражениях, солдаты плохо обучены, и никто не ждал нападения в самом тылу войска. Но, на мой взгляд, не стоит недооценивать врага, и, скорее всего, виновато руководство, которое не приняло должных мер по защите. Неужели нельзя сделать хоть какую-то сигнализацию? Если и остальное войско действует так же безграмотно, понятно, почему до сих пор армия не смогла справиться с нападающими. И, как вывод, надо срочно озаботиться своей безопасностью. Амулетов у меня нет, в наличии только пояс, который, конечно, полностью заряжен… вот только пользоваться им я забываю. А ведь, когда я с лейтенантом отбивался от зверя, можно было подать на него энергию, и нас окутал бы защитный щит. Пусть он и держится всего десяток секунд — за это время можно многое успеть.
Я устало сидел у палатки. Командование выдало нам к ужину немного выпивки. По стакану вина. В походе соблюдался сухой закон, но после сражения для успокоения нервов самое то. Я смотрю, во всех мирах этот обычай чтут. Ко мне подошел лейтенант Мортон. От него несло спиртным и, судя по всему, одним стаканом вина он явно не ограничился.
— Пойдем со мной, — то ли приказал, то ли попросил он.
— Куда? — поинтересовался я, поднимаясь.
— Познакомлю тебя со своими друзьями. Я должен отблагодарить тебя за свое спасение. Идем, — и он решительно направился через весь лагерь к дальнему концу поляны, где находились грузовик и палатки старшего командования. Мне не очень хотелось идти с ним, но я понимал, что отказываться нельзя.
Мы подошли к двум большим палаткам, установленным друг напротив друга. Между ними стояли стол и скамейки. «Неплохо они тут устроились!» — усмехнулся я.
— Знакомьтесь, это Рост, — представил меня Мортон, — он маг. Из республики. Сегодня он спас меня в бою. — Сидевшие приветливо покивали, но было видно, что я им безразличен. Только почему-то оказавшийся за столом Виктор окинул меня внимательным взглядом. — Давайте выпьем за рядового, — продолжил лейтенант, — благодаря ему я могу встретить этот вечер с вами и почтить память погибших.
Мне протянули бокал. Под одобрительные возгласы я залпом выпил содержимое и закашлялся. Внутри оказался какой-то крепкий, дурно пахнущий сивухой напиток. Не ожидал, что отнюдь не бедный лейтенант пьет подобную дрянь. Мортон по- товарищески похлопал меня по спине и махнул рукой на стол, заставленный разными яствами:
— Налетай, не стесняйся.
— Спасибо, — прохрипел я в ответ. Пришлось есть и пить с окружающими наравне, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Мортон о чем — то рассказывал, и вообще был душой местной компании. Несмотря на его неожиданное радушие, я старался держать дистанцию. Мне он по-прежнему был неприятен. Знаю я подобных людей: сейчас он весь из себя хороший, а на следующий день решит, что уже рассчитался со мной. К тому же, я был свидетелем его слабости, и, думаю, ему это не понравилось. Кому приятно вспоминать о подобном? Тем не менее, мне удалось немного расслабиться, все-таки, выпитое спиртное давало знать. Только напрягали периодически бросаемые Виктором на меня взгляды.
 
— Пойду я, боюсь, сержант Пфальц не обрадуется, увидев меня в таком виде, — заявил я лейтенанту и постарался незаметно покинуть застолье, но не тут-то было.
— Господа, я хотел бы сделать подарок тому, кто спас мне жизнь, — заплетающимся языком произнес Мортон и, поднявшись, отстегнул от своего пояса ножны с кортиком, — это фамильный артефакт. Он очень ценен для меня, но свою жизнь я ценю дороже! — красуясь, произнес он, и протянул мне ножны.
— Благодарю! — слегка поклонившись, я принял подарок и, пока Мортон отвлекся, наливая себе очередной бокал мутной дряни, выскользнул из-за стола.
Зайдя за грузовик, я увидел несколько ведер с водой и, не раздумывая, вылил одно их них на себя. Сразу полегчало, но голова по-прежнему кружилась, и никак не удавалось собрать мысли воедино.
— Плохо тебе? — услышал я голос за спиной и обернулся. Рядом со мной стоял Виктор и со смешинкой в глазах качал головой.
— Да уж. Ну и фигню пьют эти лейтенанты, — медленно произнес я.
— Это, между прочем, весьма дорогой напиток, который делают из редких растений, растущих в южных пустынях, — он подошел ко мне совсем близко, — ладно, сейчас помогу. — Виктор положил руку мне на лоб и применил исцеляющее заклинание.
— Круто, — я потряс головой, которая уже практически не кружилась, — отлично прочистило мозги! Спасибо! — я кивнул Виктору и осторожно попытался уйти.
— Подожди, — остановил он меня и, заглянув в глаза, добавил, — Семи!
— Как догадался? — спокойно поинтересовался я. Не было смысла скрывать свое истинное имя. И так понятно, что Виктор практически не сомневается в том, кто я такой на самом деле.
— Сопоставил некоторые факты, плюс твоя манера речи. Ты, хоть внешне и изменился, говоришь все так же, — ответил он, разглядывая меня, будто ища во мне прежнего Семи.
— Молодец, — все так же безразлично произнес я, — теперь я могу идти?
— Постой! Я хотел с тобой поговорить. Не переживай, я не собираюсь выдавать тебя, и у меня нет никаких планов, как использовать нашу встречу. Я знаю, что ты общался с Нокс, думаю, благодаря тебе она так изменилась, и нам удалось наладить с ней диалог, — быстро и убедительно заговорил Виктор, — просто поговорить, и все. Пусть мы не были друзьями, но приятелями точно были.
— Хорошо, давай поговорим. Мне не очень нравится то, что ты используешь мое имя, как знамя для своих целей, — я сразу ринулся в атаку. Мне хотелось прояснить этот вопрос для себя, чтобы понять, как относиться к Виктору, — мне не нравится, что Лучезарная и жрецы используют меня. Сейчас мне больше всего хочется, чтобы все оставили меня в покое, и позволили жить самому. Так, как я захочу. И не втягивали меня в свои игры!
— Давай отойдем, и я все объясню, — Виктор взял меня за рукав и потянул за собой с таким видом, будто боялся, что я внезапно исчезну. Мы отошли к краю поляны.
— День был тяжелый, — немного смягчившись, пояснил я свои резкие высказывания.
— Понимаю. Но ты задал правильные вопросы. Мне хотелось бы тебе все объяснить, — мы сели на поваленный ствол дерева, — я очень рад, что ты жив. Ты для меня был учителем, и помог мне иначе взглянуть на настоящее положение вещей. Мне было трудно признаться себе в том, что мальчишка, а ты для меня именно им и был, мыслит куда как правильнее, и твоя оценка жречества, и всего того, что происходит в княжестве, сначала была для меня дикой. Но главное — я задумался. Действительно, многое было именно так, как ты говорил, — он покачал головой и умолк.
 
Я вспомнил наши редкие беседы. В те времена меня интересовало все, связанное со жрецами. Мне была непонятна их пассивная позиция. Даже в моем родном мире церковь изначально не отстранялась от политики и жизни людей. Да, у некоторых священнослужителей была цель — зарабатывать деньги. Но хватало и тех, кто искренне заботился о людях.
В этом же мире жречество просто варилось в своем собственном котле. Служители Лучезарной представлялись мне неким клубом избранных, главной целью которых было просто сохранить этот клуб в целости и неприкосновенности. И все…