Чужая роза (СИ)

***
Когда я вернулась на кухню, Ноэлья была не одна. Она разговаривала с Винченцо. Вернее, супруги о чем-то спорили, но стоило мне появиться, как они тут же замолчали. Удивительно, куда ни взглянешь, всюду сплошные тайны.
— Отнесла? — посмотрела на меня Ноэлья, но я видела, что думает она совсем о другом.
— Да, ньора.
— Что ж, хорошо, — с отсутствующим видом кивнула старушка, а через минуту неожиданно спросила: — А что, Алессия, нравится тебе у нас?
— Да, ньора.
— Вот и я говорю, куда там этим столицам! В провинции и воздух свежее, и свобода слаще, да и работы немного, не то, что во дворце, верно?
Сейчас во взгляде Ноэльи не было ни капли былой отрешенности. В нем горел яркий огонь. Щеки старушки разрумянились, руки перебирали лаковые четки, и с каждой секундой сухой стук бусин звучал все беспокойнее.
— Да, ньора.
Я присмотрелась к майрессе, пытаясь понять, куда она клонит. Не нравились мне неожиданно ласковый тон и странная нервозность Ноэльи.
— А хочешь здесь остаться? Я бы тебя на свое место подготовила.
На сморщенном лице ньоры появилась многообещающая улыбка.
— Простите, ньора Ноэлья, но мне надо вернуться в Навере.
— Подумай, как следует, Алессия, — не отставала Ноэлья, — со временем ты могла бы стать майрессой. Да и дочке твоей здесь понравится — у нас и молока вдосталь, и воздух чистый, и еда самая лучшая. Что еще ребенку нужно? Мы своих сыновей тут подняли, ни в чем они отказа не знали, и ты свою вырастишь.
Черные глаза уставились в мои с непонятной настойчивостью.
— Что скажешь?
Что тут сказать? Очень заманчивое предложение для человека в моем положении. Вот только я не могу его принять.
— Простите, ньора Ноэлья.
Я отрицательно качнула головой.
— Отстань от девушки, Нонни, видишь, не хочет она здесь оставаться, — вмешался Винченцо.
— Да помолчи уже, старый, — махнула на него старушка. — А ты, Алессия, иди в свою комнату и подумай. Как следует подумай. Если решишься, я с хозяином поговорю, он мне не откажет, — повернулась она ко мне.
— Нет, ньора Ноэлья. Не уговаривайте.
Как ни хотелось мне огорчать майресссу, но остаться в Адуе значило отказаться от шанса вернуться домой. На это я пойти не могла.
— Ты не отвечай сразу. Иди к себе, отдохни, подумай, — продолжала уговаривать меня Ноэлья. — Не торопись, время еще есть.
Она подтолкнула меня к выходу.
— А помочь с уборкой?
— Не нужно, я сама все сделаю, — ласково улыбнулась старушка, и я решила пока не спорить. Шагнула за порог кухни, но не ушла, а остановилась, прижавшись ухом к закрывшейся двери.
— Что ты на девушку насела, Нонни? — донесся из-за нее сердитый голос Винченцо. — Сама подумай, чего такая красавица в нашей глуши забыла?
— Глупый ты старик, Винченцо! — фыркнула Ноэлья. — Ты видел, как хозяин на нее смотрит?
— И что?
— Да на моей памяти ньор Алессандро ни на кого так не смотрел. Даже на Беату.
— А нам что с того?
— Вот ты мне скажи, часто мы нашего хозяина видим?
— Раз в год. Только девушка-то тут при чем?
— А ты подумай. Если она в Томалли останется, так и ньор Алессандро тут почаще бывать будет. И снова у нас настоящая жизнь начнется, и гости, и праздники, как раньше, при прежнем хозяине. Помнишь, как хорошо мы при ньоре Томазо жили? А сколько слуг было? Жизнь кипела, не то, что сейчас.
В голосе Ноэльи послышалось сожаление.
— Глупости говоришь, Нонни, — хмыкнул Винченцо.
— А вот и нет. Сам подумай — ты хоть раз хозяина таким видел? Да он же с этой служанки глаз не сводит. И пес его спокойным стал. А что, если…
Дослушать я не успела. Двери гостиной открылись, послышались голоса Абьери и его гостя, и я поторопилась нырнуть в боковой коридор, ведущий к моей комнате.
И уже позже, сидя на узкой кровати, попыталась обдумать все, что узнала. Выходит, я не ошиблась, и герцог действительно взял меня с собой не просто так. Что-то ему нужно. Вот только что? Если он хотел сделать меня своей любовницей, ему достаточно было бы просто приказать. Мужчинам, облеченным властью, не отказывают. Уж в этом-то я успела убедиться. Но герцог, несмотря на явный интерес, не стал меня ни к чему принуждать. А ведь я чувствовала, как потяжелело его дыхание, видела, каким желанием пылали глаза, ощущала, каким жаром горела накрывшая мою руку ладонь. Так почему же он не воспользовался своей силой? Очень странно.
 
А еще мне хотелось бы узнать, что сумел разглядеть его друг, Марко Форнезе. Что его так удивило? И почему Абьери поторопился выпроводить меня из гостиной. И что имела в виду Ноэлья, когда сказала, что Гумер стал спокойнее?
Столько вопросов… Мало мне было старых загадок, так к ним еще и новые добавились.
Я вздохнула и потушила свечу. Знать бы, как там Беттина... Как же я по ней скучала! И как мне хотелось поскорее найти проклятый камень, забрать мою девочку и вернуться домой, забыв этот мир как страшный сон.
— У меня все получится, — прошептала вслух свою постоянную мантру. — Я справлюсь. Надо только настроиться и как следует подумать.
Именно этим я и занималась почти до самого рассвета. А с первыми его лучами поднялась с постели с твердым намерением обыскать комнату герцога и порыться в его личных вещах. Вдруг Абьери носит камень с собой?
Да, знаю, это было бы слишком невероятно, но я должна была использовать подвернувшиеся возможности. Джунио здесь нет, Ноэлья собиралась на ярмарку, а сам Абьери вряд ли будет целый день сидеть в доме. Так что у меня есть шанс использовать эту поездку с пользой.
***
Удача оказалась на моей стороне. Ранним утром, даже не позавтракав, Абьери и Форнезе вскочили на лошадей и умчались, словно за ними черти гнались, а Ноэлья с Винченцо отправились в соседний город, оставив меня «на хозяйстве».
Я быстро навела порядок в комнатах гостя и поспешила в покои герцога. В просторной спальне царила полутьма. Все вещи лежали на своих местах в строгом порядке. Я уже успела заметить, что Абьери очень аккуратен, даже педантичен. Щетка для волос, флакон с ароматическим маслом, магический хронометр — все эти мелочи были разложены на комоде в том порядке, в котором их удобнее было брать.
Я открыла верхний ящик и проверила его содержимое. Чистое белье, шейные платки — ничего интересного. Потянула ручку следующего. Пусто. В нижнем ящике — тоже. Пришлось перейти к небольшому секретеру. В нем оказались письменные принадлежности и чистая бумага с герцогскими вензелями.
Я обыскала всю комнату, заглянула в каждый уголок, но ничего, даже отдаленно похожего на камень перемен, не нашла.
Что ж, глупо было надеяться, что Абьери возит его с собой. Герцог вообще мог не знать о существовании портала. Ветто так и сказал, что пророчества Лючии не следует понимать буквально, и камень перемен на самом деле может быть чем угодно.
Я обвела взглядом расписанные темными розами стены. Плотные, почти полностью закрытые бутоны и нежные лепестки распустившихся цветов, зелень листьев и темная густота стеблей — все они были выписаны так искусно, что казались почти настоящими, а в переплетении гибких ветвей мне виделся определенный порядок. Я присмотрелась внимательнее. Точно, так и есть. Три пышно цветущих розы чередовались с полураскрытыми бутонами, а ветви клонились то в одну сторону, то в другую. И между ними все отчетливее проявлялся прямоугольник, похожий на дверь. Он притягивал взгляд, манил к себе, мне даже показалось, что я слышу почти неразличимый тихий шепот.
Не сдержав любопытства, подошла ближе и коснулась одного из цветков. И в ту же секунду нарисованные ветви раздвинулись, и передо мной открылся узкий проход.
 
Раздумывать было некогда. По лицу прошелся прохладный ветерок, я шагнула вперед и оказалась в потайной комнатке с узким окном, пропускающим тусклый свет, и странным сооружением у дальней стены, напоминающим то ли алтарь, то ли жертвенник. Почерневший плоский камень, на стенах рядом с ним — мозаика из битого стекла, по двум сторонам застыли подсвечники с оплывшими воском свечами, а в центре камня виднелось небольшое углубление. И вот именно к этому углублению меня и потянуло с неимоверной силой.