Чужая роза (СИ)

Бьянка вскочила с лавки, но уже спустя секунду выгнулась, упала на пол и забилась в судорогах. Изо рта несчастной хлынула белая пена.
— Святые Аброзио и Винченцо! — воскликнула Козима. — Что вы стоите? Несите ее к лекарю! — напустилась она на работниц. — Да скорее же!
Служанки засуетились, подняли тщедушную Бьянку и понесли ее к выходу, а та выгибалась и громко выкрикивала непонятные обвинения.
— Бедная Бьянка, — вздохнула стоящая рядом со мной Дрина. — Совсем ума от горя решилась. И то, не приведи Создатель, единственное дитя потерять!
Я вздохнула и подумала о Беттине. Святая Лючия, сохрани мою девочку от всякого зла! Если с ней что-то случится…
Взгляд остановился на застывшем посреди кухни помощнике дознавателя. Тот смотрел на печальную процессию, и в его глазах явственно отражалась какая-то мысль. Мне даже показалось, что он думает о том, как использовать откровения Бьянки. Неужели поверил бредням ослепленной горем женщины? Но это же глупо. Мало ли что человек в состоянии аффекта наговорит?
— Алессия, вот ты где, — послышался негромкий голос, и на пороге кухни показалась Альда. Майресса выглядела почти как обычно, разве что была немного бледной, но глаза ее смотрели привычно холодно и въедливо.
— Ньор герцог хочет тебя видеть. Поднимись к нему в кабинет.
Сердце екнуло. Со вчерашнего вечера я больше не виделась с Абьери. Интересно, чего он хочет?
— Поторопись, — строго сказала майресса, и я пошла к двери, пытаясь сообразить, как вести себя с хозяином Навере.
Что, если он жалеет о вчерашнем? Прачка Алерия, с которой я недавно коротала вечер, рассказывала, что Абьери никогда не заводит интрижек со своими работницами. «Уж какие у нас раскрасавицы крутились, а ни на одну не взглянул, — поделилась со мной старая служанка. — Хотя многие и не прочь были, по мужской-то части все в роду Абьери сильны. Папенька ньора герцога очень охоч до женского полу был, да и дед тоже, умели они ньор любить. И про нашего ньора герцога в молодости говорили, что весьма в любовных утехах искусен. Мне давно еще Марита рассказывала, мать Джульетты, бывшей полюбовницы его. Так уж дочка ейная убивалась, когда ньор герцог ее бросил. А чего убиваться? Считай, на всю жизнь обеспечил, дом подарил, замуж выдал — живи, не горюй!»
В душе шевельнулось дурное предчувствие. Вдруг герцог решит меня выгнать? Получается, под влиянием минуты он почти нарушил свои принципы, а такие, как он, не терпят собственной слабости, и ее свидетелей — тоже.
«Леся, делай что хочешь, но не уходи. Тебе еще кольцо искать!» — вмешался внутренний голос, когда я остановилась перед нужной дверью.
Так и есть. Нельзя мне никуда уходить. Если нужно, за свое место я буду держаться зубами.
Решительно вскинув голову, постучала по темному дубовому полотну и, дождавшись ответа, вошла в комнату.
В кабинете герцог оказался не один. Он сидел за столом и листал какой-то древний на вид фолиант, в соседнем кресле развалился Форнезе, а рядом с ним застыл невзрачный худощавый человек в черной форме. Дознаватель? Да, точно, вон и золотая нашивка на груди. Незнакомец зыркнул на меня, когда я вошла, но тут же снова вернулся к тому, чем занимался до этого: его ладонь легла на письменный стол, а губы беззвучно зашевелились, произнося какие-то слова.
Я скользнула взглядом по комнате. Тело Джунио уже убрали, но на полу все еще виднелись засохшие пятна. И в воздухе отчетливо пахло кровью, а шелковая бахрома ковра из золотой стала бурой. По спине пробежал холодок.
— Вы звали меня, ньор герцог?
Я посмотрела на Абьери и почувствовала, как сбилось дыхание и громко застучало сердце. Герцог выглядел уставшим. Высокий лоб пересекала неглубокая морщина, тьма на лице колыхалась, выдавая недовольство, а в глазах застыл такой лютый холод, что им можно было заморозить реку.
— Ты заходила вчера ночью в кабинет? — негромко спросил герцог.
Гумер, разлегшийся рядом с креслом, повернул голову и посмотрел на меня своим невозможным взглядом, в котором застыло предупреждение. Он как бы говорил: — «не вздумай лгать».
 
Я покосилась на Форнезе и успела заметить мелькнувшее в его глазах подозрение, а человек в черном подался в мою сторону и впился в лицо в ожидании ответа. Похоже, Гумер не зря меня предупредил. Видимо, эти маги умеют распознавать ложь.
— Да, я заходила вчера вечером в кабинет. Мне показалось, тут кто-то есть, — выдала я версию, приближенную к правде.
— Во сколько? — подобрался Форнезе, и шрам на его щеке заметно дернулся.
— Не знаю. Наверное, когда внизу был пожар.
Я заметила, как мужчины переглянулись. Видимо, мои слова подтвердили их предположения.
— Ты кого-то видела?
Голос Абьери звучал бесстрастно, как будто между нами и не было вчерашнего безумия.
— Нет. Никого. Я даже подошла к столу и зажгла лампу, чтобы убедиться.
Форнезе бросил взгляд на человека в черном, и тот едва заметно кивнул.
— И что было дальше?
— Ничего. Я огляделась, потушила лампу и ушла.
— А в коридоре ты никого не видела?
— Нет.
В комнате стало тихо. Абьери сидел за столом и молчал, уставившись в раскрытую книгу. Форнезе задумчиво постукивал пером по ногтю большого пальца, и этот звук казался ужасно громким в окружающей тишине. А дознаватель беспокойно переводил взгляд с одного аристократа на другого, странно вытягивая худую шею.
— Я вам еще нужна, ньор герцог?
Я посмотрела на Абьери, а тот поднял голову, и в его глазах мелькнуло отражение вчерашнего, правда, герцог тут же взял себя в руки.
— Нет, можешь идти, — покачал он головой, но тут подал голос Форнезе.
— Думаю, здесь нужно навести порядок, — лениво растягивая гласные, произнес граф. — Ротт, ты же уже закончил? — с намеком посмотрел он на «черного».
— Да, ньор Форнезе, — кивнул дознаватель.
— Сандро, вели своей служанке все убрать.
Форнезе говорил легко, так, будто не придавал значения сказанному, но я видела, как настороженно, даже хищно, следил он за Абьери.
— Алессия, передай Альде, чтобы прислала Мартину и Бьянку, — негромко приказал герцог, и в глазах его друга загорелось подозрение. Казалось, своими словами Абьери подтвердил какие-то его предположения.
— Они мне помогут?
— Нет, ты здесь не нужна, иди в свою комнату.
Голос герцога звучал недовольно. Выходит, Абьери все-таки жалеет, что вчера поддался порыву? Не хочет меня видеть? Или даже решил уволить?
Я стиснула кулаки, пытаясь сдержать эмоции. Ну уж нет, свое место я так легко не отдам.
— Я могу убрать сама, ньор герцог. Не нужно никого звать.
В синих глазах полыхнуло пламя. В комнате ощутимо похолодало.
— Я сделаю все быстро и аккуратно.
Я подалась вперед и уставилась в грозную темноту закрывшей большую часть лица маски, пытаясь взглядом убедить герцога отменить свое решение. Это моя работа, она мне нужна, и я не собираюсь терять ее из-за минутной слабости.
Абьери поморщился и неохотно кивнул.
— Что ж, хорошо.
В кабинете стало холоднее. Казалось, еще немного, и стены покроются изморозью.
— Марко, идем в библиотеку, — поднимаясь из-за стола, сказал Абьери. — Ротт, а ты пока узнай, что там у магов.
Герцог, не глядя, прошел мимо, за ним потянулись Форнезе с «черным», а я осталась стоять, не поднимая головы и упорно глядя на пятна крови.
— Не думай, что тебе удалось меня обмануть, — поравнявшись со мной, тихо, на грани слышимости, сказал Форнезе. — И помни, теперь я не выпущу тебя из виду.
Дверь с характерным щелчком закрылась за мужчинами, а я осталась стоять на месте, не в силах сдвинуться с места.
 
Что нужно этому магу? В чем он меня подозревает? Неужели понял, кто я?
Внутри плеснулась паника. Вот знала же, что нельзя высовываться! И старуха Лючия предупреждала, чтобы я вела себя тихо и не лезла на глаза знатным и богатым. Так нет же, женского счастья захотелось. Романтики, чтоб ее!
Я с отчаянием обвела взглядом кабинет, вспоминая слова мага. Этот не отступит. Если сказал, что не выпустит из виду, так и будет. И как теперь камень искать?