Чужая роза (СИ)

— Лжешь, — пристально глядя на побледневшего стражника, громко сказал Абьери.
В зале стало шумно. Люди переглядывались, спорили, до Алессандро долетали яростные выкрики и ругательства, но он не отрывал взгляда от Франческо, и тот затрясся, вжал голову в плечи и испуганно попятился.
— Как же ложь, ежели на вас креста нет? — вмешался Монтено, возвращая своего приспешника на место. — Уж это в Навере всем известно.
Ты гляди, какие осведомленные…
Алессандро усмехнулся, медленно поднялся, потянул за цепь, вытаскивая из-под рубашки старый дедовский крест — большой, усыпанный бриллиантами и рубинами — и поцеловал темное серебро.
Хорошо, что заранее подстраховался. Редко он в последнее время крест надевал. Да и молитвами не утруждался, уверившись в том, что Бог от него отвернулся. Но вот вчера что-то потянуло, захотелось самого себя проверить, правда ли тьма завладела его душой целиком, или хоть что-то неповрежденное осталось?
— Тихо! — снова осадил поднявшийся шум молодой судья. — А вы, ньор Абьери, вернитесь на свое место и постарайтесь не вмешиваться в расследование.
— Предлагаете молча слушать возводимую на меня ложь?
Абьери не смог сдержать злой усмешки. Он видел краем глаза, как Сарелли машет руками, пытаясь его урезонить, но не мог и дальше безмолвно наблюдать этот фарс. Он, герцог Абьери, вынужден оправдываться в том, чего не совершал, и терпеть наглое вранье распоясавшихся мерзавцев.
— Тишина! — выкрикнул Гордени и закашлялся.
Худое тело судьи содрогалось, сухой дребезжащий звук разносился по залу скрежетом камней в карьере, и Алессандро отстраненно подумал, что Гордени недолго осталось. Люди, не обладающие магией, слишком быстро стареют.
«Как бы там ни было, но этот старик, возможно, переживет тебя на много лет» — шепнул внутренний голос, и Абьери почувствовал, как вокруг сердца обвилась холодная змея. Нет. Он так просто не сдастся. У этих червей нет никаких доказательств, кроме глупых выдумок и страхов.
— Ньор главный судья, могу я, как представитель обвиняемого, задать вопрос свидетелю? — вкрадчиво спросил Сарелли.
Старик вышел к возвышению и, по-птичьи склонив голову набок, посмотрел на Гордени.
— Задавайте, — с трудом отдышавшись, недовольно ответил Гордени, а Франческо оглянулся на Монтено.
— Значит, ты видел, как ньор герцог ночью разгуливает по двору в сопровождении своего пса? — спросил Сарелли, и Абьери прищурился, гадая, к чему тот ведет. Вчера, когда они обговаривали линию защиты, весь упор был на то, чтобы доказать, что в момент убийства он находился внизу, в окружении большого количества людей. Сарелли собрал подписи у всех, кто его видел, и уверял, что сумеет развалить обвинение.
— Истинно так, — закивал стражник.
На круглом, толстощеком лице застыл испуг.
— И что он в этот момент делал?
— Известно что, ходил.
— Просто ходил?
— Ну да.
— А с чего же ты взял, что ньор герцог сатану призывал?
— Так это… — толстяк смутился, а потом на одном дыхании выпалил: — Вероотступник он. Священника во дворце не держит, к мессе не ходит, молитву Господню не читает. Истинно вам говорю, ньор герцог дьяволом одержим и дьяволу служит. Вот и Джунио от его рук мучения принял, светлой души юноша был, ангельской.
Франческо набожно перекрестился и громко разрыдался, размазывая слезы трясущимися пухлыми руками. В зале снова поднялся шум, раздались выкрики, требующие сжечь приспешника сатаны, и Абьери с силой сжал кулаки. Как же ему хотелось вскочить с места и заткнуть поганые рты восставшей на него черни! Только и могут, что скопом на одного. Смельчаки…
— Сыночек мой! Джунито! — взлетел над общим гулом пронзительный крик Бьянки, и женщина громко разрыдалась, выкрикивая имя сына и угрожая Абьери небесными карами. — Гореть тебе в аду, приспешник дьявола! Люди! Чего вы смотрите, хватайте его! Иначе он и ваших сыновей убьет!
— Тишина!
Молодой судья громко стукнул по столу ладонью.
— Выведите несчастную мать, — велел он стражникам, и те принялись расталкивать людей, вытаскивая рыдающую Бьянку из зала.
 
Алессандро сцепил руки за спиной, пытаясь сохранить хладнокровие.
— Ньор главный судья, раз уж свидетель не смог представить никаких доказательств, кроме собственных нелепых фантазий, позвольте ознакомить уважаемый суд со свидетельствами очевидцев, подтверждающих, что ньор Абьери, в момент совершения преступления, находился внизу, в обществе своих гостей, и никак не мог сделать того, что ему приписывают.
Джованни Сарелли положил на стол судьи стопку бумаг.
— Прошу заметить, здесь свидетельства уважаемых людей, — с намеком добавил Сарелли.
— Суд примет ваши свидетельства во внимание, — кивнул Гордени, и Алессандро почувствовал, как разжалась сжимающая сердце невидимая холодная рука.
— Для дачи показаний вызываются маги Папиа и Скони, — продолжил главный судья, и Абьери увидел, как вперед протиснулись двое — крупный лохматый мужчина и тщедушный, худощавый, похожий на кузнечика своими острыми локтями и коленями ньор.
Значит, это и есть те, кто представит доказательства его вины? Кажется, они были во дворце. Да, точно, как раз через пару дней после убийства.
Абьери напряженно вглядывался в лица магов, пытаясь понять, чего ожидать.
— Расскажите суду о том, что нашли на месте преступления, — велел Гордени.
— Мы провели расследование и сумели определить, что Джунио Скала убила темная сущность, ньор главный судья, — ответил крупный маг.
По залу пронесся общий испуганный вздох.
— Вы можете сказать, кому принадлежала эта сущность?
— Учитывая темный дар ньора Абьери, мы сразу заподозрили, что он может быть причастен, а когда провели несколько опытов, они подтвердили, что тьма ньора герцога и тьма, убившая Джунио Скала — суть одна и та же тьма, — с готовностью дополнил товарища худой.
— Это невозможно! — вмешался Сарелли. — Маги не имели права проводить опыты без согласия ньора герцога! Это нарушение всех норм и древнего магического права! Как вы могли взять слепок магии ньора Абьери, не поставив его в известность?
— В особых случаях допускается изъятие слепка без ведома подозреваемого, — пробасил крупный маг.
Абьери выругался, а старик возмущенно поднял руки и громко заявил:
— Как представитель ньора герцога, я требую от суда не принимать во внимание свидетельства, полученные с помощью обмана.
— Ваш протест отклоняется, ньор Сарелли, — проскрипел Гордени и обратился к магам: — Вы согласны с тем, что убийство Джунио Скала было ритуальным?
— Да, ньор главный судья.
— Что ж, тогда суду все ясно.
Гордени обвел взглядом остальных судей, и колокол, который было замолчал, снова зазвучал в напряженной тишине зала. Один удар, второй, третий. Все громче. Все безнадежнее. Низкие ноты врывались в душу тревожным набатом, и Абьери сжал кулаки, пытаясь унять накатывающее вместе с волнами траурных звуков волнение.
— Ньор главный судья, — попытался вмешаться Сарелли, — позвольте мне объяснить суду…
— Нет. Не позволю, — оборвал старика Гордени и громко добавил: — Суд принял решение провести освидетельствование ньора Алессандро Абьери, герцога Навере, незамедлительно, согласно korpius deteus и уложению об особо опасных магических преступлениях. Для проведения освидетельствования вызываются маги Скони и Папиа, а также фра Джакомо Сонтени.
Абьери беззвучно выругался. Ты гляди, как торопятся! Даже ждать церковных разбирательств не стали, подвели все под deteus, старинное уложение, которое уже много лет не используется в судопроизводстве.
Алессандро посмотрел на магов и перевел взгляд на фра Джакомо. Он знал Сонтени еще со времен учебы в столице. Честный священник, искренне верующий и неподвластный сребролюбию и лести. Правда, толку от этого немного. Если маги подтвердят — а они подтвердят, — что в нем живет тьма, то никакие оправдания ему не помогут. Проклятье! Надо ж было так все вывернуть.