Опричник (СИ)
— Кирилл, я, конечно, всегда рада столь искренним комплиментам, но сейчас не тот случай, — вновь встряхнула меня Ведьма и резко посерьёзнела. А следом за ней, и я прекратил валять дурака. Заметив это, майор удовлетворённо кивнула, и договорила: — Помнишь наш разговор по поводу интереса ЦС к вашему отряду?
— Появилась какая-то интересная информация? — кивнув в ответ, спросил я.
— Да. Но с Центром она, как мне кажется, не связана, либо они уж совсем какой-то кривой заход затеяли, — медленно проговорила Стенич. — После нашей беседы, я шепнула знакомым, чтобы те огляделись на предмет странных шевелений вокруг Рахова и Апецки. И вот сегодня, один из старых друзей принёс кое-что. «Гремлинами» интересуются пришлые. Небольшая компания, человек шесть-семь. Данные по ним, я тебе скину… что есть. Но самое главное, могу сказать сразу. Это не наши, не Раховские, и даже не воеводские. Из СБТ людишки. На наёмников, кстати, они тоже не очень-то похожи, если только на очень специфических. В общем, лови файл и думай… атаман. Чем смогла — помогла.
Глава 5. Вопрос, который портит всё и всех
— И стоило оно того? — спросил у сидящей напротив женщины, собеседник, похожий на неё как некоторыми чертами лица, так и кое-какими повадками. Сейчас, например, он недовольно щурился, прикусив губу, точно так же, как это делала женщина пару минут назад во время своего разговора по коммуникатору. Но если зрелой красавице с подтянутой фигурой и очень выразительными… глазами, такое выражение лица безумно шло, то брутальную физиономию её нынешнего собеседника, оно почему-то превращало в личико капризного ребёнка, выпрашивающего внеочередную конфету. И это несмотря на трёхдневную щетину, обметавшую его щёки и тяжёлый подбородок! Гримасы природы, не иначе…
— Стоило, дорогой мой старшина. Уверяю, ещё как стоило, — с некоторой задумчивостью в голосе, произнесла женщина, сворачивая экран коммуникатора, после чего подняла взгляд на собеседника и, неожиданно усмехнувшись, договорила: — по уму, было бы хорошо, если бы эту информацию до наших друзей донёс ты… но, боюсь, адресат тебе просто не поверил бы, а в таком деле, тратить время на проверки, значит, просто потерять его без всякой пользы. Так что, увы, но для окончательного примирения с этой компанией, тебе придётся подождать другого удобного случая!
— Тьфу ты! Опять за своё, — скривился молодой человек. — Дались они тебе…
— Не «мне», а «нам». Тебе, отцу, отряду… всем нам, — погрозив ему пальцем, произнесла Илона Стенич наставительным тоном. — Плодить недоброжелателей на собственной территории, значит, делать большую глупость. Потому как недоброжелатели имеют тенденцию превращаться во врагов, с которыми рано или поздно придётся разбираться, а бить горшки в своём доме — не дело.
— Да что они могут?! — легкомысленно отмахнулся её собеседник и… едва успел увернуться от мощной оплеухи, просвистевшей в считанных миллиметрах от его лица.
— Мало тебя отец учил! — прошипела женщина, зло сверкнув глазами и, на миг о чём-то задумавшись, вдруг резко кивнула, словно утверждая пришедшую ей в голову идею. — Нет, определённо, с этой твоей завистью необходимо что-то делать и срочно. Олег, ты же взрослый, вменяемый человек, но как только речь заходит о «Гремлинах» и их атамане, сразу превращаешься в какого-то инфантильного малолетку. И это будущий майор отряда… стыдоба.
— Завистью?! — возмутился тот. — Да откуда бы?! Я просто не понимаю, отчего вы носитесь с этим разбазаривающим наследство мальчишкой, как с писаной торбой! И ладно бы, за ним серьёзные люди стояли, так ведь нет таких.
— Наследство? Сомневаюсь, сынок. Очень сильно сомневаюсь. И тот факт, что боевая часть его отряда состоит сплошь из боярских детишек, рассекающих в ЛТК, запрещённых к использованию на территории России, напомню, конечно, ни о чём не говорит, — покивала Ведьма. — Так?
— Да ну… — неподдельно изумился Олег. — А я думал, это он себе боевой гарем набрал.
Шарах! Награда нашла-таки своего героя, отчего тот чуть не врезался лбом в столешницу.
— Идиот, — прошипела нынешний майор «Пардусов», тряхнув ладонью. Била она со всей материнской любовью, да и голова сына оказалась на диво твёрдой, а потому руку этим подзатыльником Ведьма себе отсушила знатно. — Не вздумай ляпнуть такое прилюдно. Любая из тех девиц, кроме самых младших, разве что, в поединке разделает тебя как бог черепаху. Видела я пару раз их работу и, поверь, сынок, тебе до умений этих девчонок в стихиях ещё грести и грести. Может быть, в стрелковке и тактике ты их превосходишь, но в прямом столкновении один на один против опытных воев и гридней… знаешь, сынок, за прошедшие четверть века, я как-то привыкла считать, что у меня есть два сына, и возраст уже не тот, чтобы легко отказываться от своих привычек. Намёк ясен?
— Ясен, — буркнул сын, отводя взгляд. Спорить с матерью и непосредственным начальником ему резко расхотелось. Илона же, глянув на него, только вздохнула. Ну, как? Как в одном человеке может уживаться завистливый ребёнок и взрослый самостоятельный мужчина, а? Морок какой-то, право слово! Хоть к психотерапевту его тащи… если не сразу к психиатру.
* * *
Разговор с Ведьмой заставил меня вынырнуть из того ленивого состояния, в которое я окунулся, вернувшись в свой московский дом. Удивительно, но, несмотря на количество вложенных денег и сил в базу на Апецке, настоящим домом я считаю именно старый конный клуб в Сокольниках. Здесь я себя чувствую так же спокойно, как в построенном своими руками «детинце» в прошлом мире. И это несмотря на все злоключения, больше года преследовавшие это владение, пережившее добрых полдюжины визитов совершенно незваных гостей. Ага, тех самых, что хуже татарина. Вон, на подоконнике и кухонной стене до сих пор красуются отметки от стрел, а в холле и вовсе пришлось заново штукатурить стены. Взрыв гранаты для них бесследно не прошёл.
Отвлёкшись от не вовремя накативших мыслей не о том, я поспешил связаться с Гдовицким. Поделившись с моментально вставшим в охотничью стойку начальником СБ отряда, полученными от Ведьмы новостями, я хотел было завершить разговор, но Самурай явно решил иначе.
— Людей мы найдём, Кирилл. Это не проблема, — усмехнулся Гдовицкой. — А дальше-то, что с ними делать прикажешь?
— Владимир Александрович, вы же у нас начальник службы безопасности, так? — подпустив в голос льстивых ноток, проговорил я, а когда тот, скорчив удивлённую физиономию, кивнул, тут же сменил тон, и договорил уже без всяких ужимок: — так, кто кому должен объяснять, что нужно делать с людьми, проявляющими странный интерес к находящемуся на вашем попечении объекту?
— Уел, атаман, — хмыкнул Гдовицкой, и так же моментально посерьёзнел. — Тогда, так. Предлагаю не пороть горячку и не брать любопытных гостей сходу. Последим за ними, послушаем, присмотримся, по возможности вычислим контакты, а уж потом… если возникнет такая надобность, попробуем с ними поговорить на своей территории, так сказать.
— Не возражаю, — кивнул я. — От меня что-то требуется? Спецсредства, деньги, люди?
— Ничего, — покачал головой Гдовицкой. — Аппаратура у нас имеется, ты же сам мой список утверждал, забыл? Люди? Если ты имеешь в виду филеров, то нет, не нужны. Местных подберу, бюджет имеется. А в помощь Марии, операторами на технику слежения посажу пару человек из команды Толстого, у нас есть с ним договорённость на подобные случаи.
— Думаете, справятся? — уточнил я.
— Если они с полевым СЭПом справляются, то уж с обычными фиксаторами-бегунками и подавно разберутся. Всё не сложнее управления квадрокоптером… — фыркнул в ответ Гдовицкой. — Но, вообще, на будущее, надо расширять моё подразделение. Как раз для таких случаев, как сейчас, чтобы не собирать народ с бору по сосенке, при каждом аврале.