Проект «Валькирия»
– Все верно. Последний раз мы использовали орудия три года назад, – подумав, вспомнил боцман. – А потом он все время твердил, что его малютки в полном порядке. После той стрельбы мы в этом и не сомневались.
– Напрасно, – вздохнул Миша, вылезая из ложемента и забираясь под установку. – Вся беда этих орудий в том и заключается, что им требуется регулярное обслуживание и прогонка тестовых программ. Этот мужик вообще в армии служил?
– Нанимаясь в экипаж, предъявил документы канонира третьего класса.
– А на каком корабле? Класс известен? – принялся допытываться Миша, орудуя отверткой и тестером.
– Линкор, если я ничего не путаю.
– Понятно. Всю службу простояли на приколе и раз в три стандартных месяца бегали по учебной тревоге, – фыркнул Миша, гремя железом. – Вот оно что. Уплотнители рассохлись.
– Чего? Какие уплотнители? – переспросил боцман, перегибаясь через ложемент.
– Есть тут парочка, на кожухе контура охлаждения. Сейчас… – Миша вылез из-под установки и, оглядевшись, решительно направился к рундуку, установленному в углу отсека.
Откинув крышку, он быстро перебрал все туда сложенное и с радостным «Нашел» – продемонстрировал удивленному боцману пластиковую коробку.
Ничего не объясняя, он быстро проверил даты на коробке и, кивнув каким-то своим мыслям, снова забрался под установку. Пару минут погромыхав там какими-то железками, он выбрался обратно и, усевшись в ложемент, снова запустил программу. Установка загудела, несколько раз крутанулась из стороны в сторону, потом вернулась в исходное положение, и компьютер, тихо пискнув, выдал несколько столбцов цифр и знаков.
Быстро просмотрев данные, Миша весело потер руки и, повернувшись к боцману, сказал:
– Порядок. Будет работать как новенькая.
– А почему раньше было плохо?
– В системе охлаждения не хватало давления, из-за плохих прокладок. При полной нагрузке охлаждающий гель выдавливало бы прямо под ноги канониру. Поэтому компьютер, чтобы избежать перегрева установки и опасности ее взрыва, отключил бы установку во время боя. Чем это грозит, думаю, сам понимаешь.
– А почему не хватало давления? – не унимался боцман.
– Я же сказал, уплотнители рассохлись, и через них из контура охлаждения сочилась охлаждающая жидкость. Система сбросила давление, перекачав жидкость в резервный бак.
– А зачем она там вообще нужна?
– Ну, ты старина и вопросы задаешь, – растерялся Миша. – Это мне придется тут курс лекций по устройству орудий читать, чтобы все объяснить.
– Так прочти. Ты у нас на один рейс, а без орудий нам в объеме кисло придется, если что, – не сдавался боцман.
– Да я не против, только дело это не быстрое, – смущенно ответил Миша, почесывая в затылке. – Тут ведь не только устройство всей установки знать надо, а еще и компьютерные программы правильно читать. Сумеешь?
– А что, их так много? – насторожился боцман.
– Немало. Тестовые программы по проверке исправности, тестовые программы контроля системы наведения, боевые программы наведения, программы контроля накопителей… В общей сложности на каждую установку два десятка.
– И ты из все помнишь? – растерялся боцман.
– Принцип построения алгоритма этих программ одинаков, различаются только исходные параметры. Так что запоминать приходится только их, – пожал плечами Миша.
– Погоди, хочешь сказать, что можешь разобраться с любым видом корабельного вооружения?
– Именно это я и говорю, – усмехнулся Миша.
– Это что, у вас в империи всех солдат так учат?
– Нет. Только элиту. А русский десант всегда был элитой.
– Самые крутые, значит?
– Нет. Есть и покруче, – усмехнулся Миша. – Но их вообще с самого детства учат.
– Это кто ж такие?!
– «Драконы». Глубинная разведка космоса. Вот уж где действительно – элита элит.
– Слышал я про этих чокнутых, – помолчав, кивнул боцман. – Говорят, каждый их них способен в одиночку целой роте противостоять.
– Ну, если в их тяжелых скафандрах, то да. Могут. Там система автономного жизнеобеспечения такая, что обычным ручным оружием не взять. Настоящие ходячие боевые машины. Нам такое оборудование только снилось.
– Что, рылом не вышли?
– Каждый такой скафандр дороже вашей посудины стоит, – усмехнулся в ответ Миша. – И подгоняется под носителя индивидуально.
– Твою мать! – охнул боцман.
– Вот именно. Ладно. Пошли вторую установку посмотрим, – вздохнул Миша, вылезая из ложемента.
Через час он с матюгами раскручивал вторую установку, чтобы провести ту же операцию, что и с первой. Размышляя над своими похождениями, Миша пришел к выводу, что на узле перехода действовал правильно, а состояние установок оказалось лучше, чем можно было ожидать. Накопители еще живые и готовы выдать заряд плазмы с восьмидесятипроцентной нагрузкой, после ремонта система охлаждения будет работать без ограничений, так что по большому счету рудовоз далеко не беззубая добыча.
А если вспомнить то, чему его учили когда-то, то любому нападающему придется сильно удивиться. Сколотить из экипажа рудовоза настоящую абордажную команду за время перелета не реально, но научить их чему-то полезному будет совсем не лишним. Припомнив, что на борту есть еще и ручное оружие, Миша быстро собрал кожух и, прогнав тестовую программу, удовлетворенно кивнул. Установка работала без проблем. Вытирая руки ветошью, он задумчиво посмотрел на сосредоточенно молчавшего боцмана и, вздохнув, спросил:
– Где у вас ручное оружие?
– Решил и его проверить? – поднялся боцман.
– Раз уж я здесь, сделаю, что можно сделать, – развел руками Миша. – Сам сказал, я сойду, а вам на этой посудине дальше летать. К тому же в случае прямого столкновения штурмовики оружие серьезное.
– Это верно, – подумав, кивнул боцман. – Пошли. Отдельного арсенала у нас нет, поэтому каждый свою пушку у себя в шкафчике держит. И по тревоге выскакивает из кубрика уже с ней.
– Это хорошо. Значит, будет с кого за состояние оружия спросить, – кивнул Миша. – А чем пользуетесь?
– Кто чем, – развел руками боцман. – Экипаж часто меняется, так что стволы себе каждый сам подбирает.
– А вот это очень плохо.
– Почему?
– Нет унитарности и взаимозаменяемости. К примеру, у меня кончился заряд в аккумуляторе, а у тебя их три. Но я не могу перезарядить свою винтовку, потому что твои аккумуляторы не подходят. В итоге получается, что один здоровый боец из боя просто выбыл.
– Умно. Мы не рассматривали это с такой стороны, – подумав, одобрил боцман.
– Значит, пришло время подумать, – улыбнулся Миша, выходя из отсека.
* * *Тот разговор с одним из самых богатых людей обитаемой галактики профессор запомнил надолго. То и дело он мысленно возвращался к нему, поражаясь смелости, с которой этот странный человек признавал собственные проблемы, и ту истовость, с которой он верил в благополучный исход своих планов. Вообще, эта беседа надолго выбила Дугласа из колеи. Согласившись заняться поставленной перед ним задачей, он сам, собственноручно загнал себя в угол. Точнее, в цейтнот.
Куратор правительственного проекта выловил его в коридоре комплекса сразу после разговора со Спектером и, буквально приперев к стене, потребовал отчета о разговоре. Из щекотливой ситуации профессора спас Расти. Выйдя из дверей, откуда только что вышел сам Дуглас, гигант молча вперил пристальный взгляд в куратора, и тот, стушевавшись, тут же испарился с такой скоростью, что у профессора сложилось впечатление, будто данный индивид обладает способностью к телепортации.
Чуть усмехнувшись, Расти подошел к профессору и, аккуратно поправив на нем халат, тихо спросил:
– С вами все в порядке, мистер Дуглас?
– А-а-э-э, да, – откашлявшись, кивнул Дуглас.
– Вы уверены? – уточнил гигант, нависая над ним бетонной глыбой.
– Да. Все в порядке. Спасибо, – собравшись с мыслями, кивнул профессор.
– Не за что. Вот, возьмите. И если кто-то из них еще раз попытается угрожать вам или еще каким-либо образом давить на вас, просто свяжитесь со мной, – сказал Расти, протягивая профессору свою визитку, казавшуюся в его ладони едва заметной. – Вызовите меня по своему коммуникатору, и все проблемы будут решены. Не беспокойтесь. Теперь их власть на базе будет серьезно ограничена.