Проект «Валькирия»

– Давай, – рассмеялся боцман. – Только смотри, чтобы женатым отсюда не уйти.
– Я же гой, – не остался в долгу Миша.
– Ох, молодой человек, как ви не туда думаете, – покачал головой раввин, семеня рядом с ним. – Наши женщины выходят замуж за гоев и с удовольствием рожают от них детей. А самое главное, что эти дети тоже считаются потомками народа Моисея. Ведь род у нас ведется по женской линии. Так что, ежели ви решите взять правоверную девушку, то я сам, лично проведу для вас обряд и скажу: мазлтов.
Судя по тому, что старик то и дело перескакивал с русского на интер, у него давно не было языковой практики, и теперь он с огромным удовольствием восполнял потерю.
– Я плохой зять, – рассмеялся Миша.
– Кто вам сказал этих глупостей?! – возмутился раввин.
– Бродяга, без гроша в кармане, у которого ни кола, ни двора. Какой женщине такой подарок нужен?
– У вас есть голова, образование и руки, а это главное. Поверьте старому раввину.
– Ох, ребе, вашими устами только кошерный мед пить, – не удержался Миша от легкого хулиганства, попытавшись скопировать его говор.
Удивленно глянув на него, раввин громко, от души расхохотался.
* * *
Получив карт-бланш на все действия, профессор Дуглас с головой погрузился в работу. Теперь он выходил из лаборатории только, чтобы поесть, да и то если кто-то из лаборантов не забудет чуть ли не насильно оторвать его от работы. Через месяц такого режима профессор напоминал отдаленную тень самого себя. Не думая ни о чем, кроме решения поставленной задачи, он не сразу обратил внимание, что однажды за его плечом появилась огромная фигура.
Простояв так минут десять, Расти негромко кашлянул, заставив Дугласа вздрогнуть и растерянно оглянуться. Убедившись, что его видят и узнали, гигант улыбнулся уголками губ и, вежливо поздоровавшись, спросил:
– Профессор, вы решили покончить с собой?
– В каком смысле? Почему? – растерялся Дуглас.
– Вы себя последний раз когда в зеркале видели?
– А-э, не помню, – растерялся профессор.
– Мне сообщили, что вы уже потеряли четверть собственного веса. Так нельзя. Вы нужны нам здоровым и способным работать, а не полутрупом, не способным внятно озвучить свои мысли. С завтрашнего дня вы возьмете три дня выходных, а потом будете работать строго по графику. График вам передадут.
– Но мне сказали, что задачу я должен решить как можно быстрее, – попытался выкрутиться Дуглас.
– Умерев, вы ее вообще не решите, – отрезал Расти.
– Но я нормально себя чувствую, – уперся профессор.
– Но находитесь на грани истощения. Как физического, так и морального. Так не годится. И учтите, это приказ мистера Спектера.
– Хорошо, – нехотя сдался Дуглас.
– А теперь, раз уж я здесь, расскажите в двух словах, чем вы сейчас заняты, – кивнув, попросил гигант.
– Ну, если коротко, то я решил пойти по пути наименьшего сопротивления. Взял вытяжку из желез летучих обезьян с планеты Сольюза, она ускоряет заживление костной ткани в четыре раза. И использовали ее еще полторы сотни лет назад, во время пиратских войн. Еще я решил использовать вытяжку из желчи рыбы-луны с планеты Капля. Она регенерирует мышечную ткань и нервные волокна в пять раз быстрее, чем даже применяемые сейчас повсеместно наниты. Можно сказать, что способ работы нанороботов разработан именно на основании этой вытяжки.
– Тогда почему ее не применяют вместо нанитов? – тут же спросил Расти.
– Слишком дорого. Это глубоководная рыба, которая не живет в неволе. На попытку содержать ее в неволе были потрачены огромные деньги, но так ничего и не вышло. Кстати, вытяжка из рыб, содержавшихся в неволе, не работала. Точнее, эффект от ее применения был намного ниже. Но для особо богатых клиентов достать такую вытяжку труда не составляет. Ее поставляют на рынок небольшими партиями. Но проблема не в этом.
– Уже есть проблема? – насторожился гигант.
– Как всегда, в науке, – пожал плечами Дуглас. – Два эти компонента никак не могут быть применены одновременно. Их составляющие вступают в жесточайший конфликт, превращаясь в яд и попутно уничтожая все живые клетки вокруг. Вот над разрешением именно этого конфликта я и вынужден работать.
  
– Интересно, – задумчиво кивнул Расти. – Знаете, профессор, я никогда не слышал об этих вытяжках. И уж тем более о результатах их применения.
– Об этом вообще мало кто помнит. Только специалисты в области медицины, – вздохнул Дуглас.
– А применять их последовательно разве нельзя?
– И как вы себе это представляете? – иронично усмехнулся профессор. – Вытяжка вводится инъекционно. Укол рядом с местом перелома. Еще лучше, если прямо в место. Потом жесткая фиксация конечности или места перелома, на несколько часов.
– Заживление в течение нескольких часов?! – растерянно переспросил Расти.
– Именно. Действие вытяжки даже пришлось ослабить, а дозу старательно рассчитывать, чтобы не вызвать неконтролируемый рост тканей.
– И вы планируете использовать чистый материал?
– Пока не знаю, – честно признался профессор. – Это будет зависеть от очень многих факторов.
– Например?
– Прежде всего, состояния тела донора. Чем свежее будет тело, тем лучше. В идеале оно должно войти в операционную самостоятельно.
– Профессор, что вас так настораживает? Точнее, пугает, – неожиданно спросил гигант.
– С чего вы взяли? – попытался уйти в защиту Дуглас.
– Вижу. Точнее, чувствую, что вас пугает сама задача или ее этическая составляющая?
– Последнее, – нехотя признался профессор, подавленный такой проницательностью.
– И что же именно вас не устраивает? – продолжал наседать Расти.
– Вы хоть понимаете, что именно собираетесь делать и какие бездны откроются после этой операции?! – чуть не завопил профессор, начиная расхаживать по лаборатории. – А главное, где вы собираетесь взять донора? Кто, в здравом уме, решится отдать собственное тело? Практически убить самого себя?
– Но ведь вы не возражали, когда правительство решило применить ваш препарат на преступниках, – жестко усмехнулся Расти.
– На преступниках. Приговоренных к смерти. На тех, кому, так или иначе, суждено умереть, – буркнул Дуглас тоном ниже.
– Именно этим способом мы и решили воспользоваться, – помолчав, тихо сказал гигант. – Похищать людей на улице никто не станет. К тому же нам нужно не просто здоровое тело, а донор, у которого окажется наибольшее количество совпадений по генетическим признакам. Как, например, при пересадке органов. А выяснить это проще всего в тюрьмах. Выкупить смертника не так дорого, как может показаться на первый взгляд. Эта практика имеет достаточно широкое применение.
– Сегодня это сделаете вы, завтра еще кто-то, а потом это дело встанет на поток. И во всем буду виноват я, – еле слышно проговорил Дуглас.
– Не волнуйтесь. Хозяин не собирается делать это достоянием общественности. О нем ходит много слухов, но вживую его видели единицы. Все свои дела он ведет при помощи компьютера, а для контроля и наведения порядка есть я и моя команда. О его увечьях никому не известно. Даже медицинские карты сразу изымаются и хранятся в его личном сейфе.
– Почему? – растерялся Дуглас.
– В мире по-настоящему больших денег болезнь – это слабость, которую можно использовать против болеющего. Это не просто банка с пауками. Это настоящий заповедник для крокодилов. Так что можете забыть о своих страхах. Никто ничего не узнает. Это я вам гарантирую.
– Вы говорите так, словно способны влиять на своего шефа, – не поверил Дуглас. – Не имейте привычки говорить за других. Можно крепко вляпаться.
– Я знаю, о чем говорю, – рыкнул в ответ Расти.
– У меня нет причин не верить вам, но признаюсь откровенно, мне страшно, – еле слышно прошептал профессор.
– Чего именно вы боитесь? – уточнил гигант.
– Если хоть одно слово просочится в прессу, меня распнут. Я стану самым гонимым человеком во всей обитаемой галактике. Меня просто уничтожат.