Проект «Валькирия»
– Какого черта тут вообще происходит? Куда все подевались?
Вопросы, обращенные в пустоту, ответов не принесли, но стало немножко легче. Покосившись на трупы, профессор икнул и, быстро отвернувшись, с трудом удержал взбунтовавшийся желудок. После учиненного им безобразия запах в лаборатории стоял, как на скотобойне. Медный запах крови Дуглас ощущал во рту и, понимая, что долго так не продержится, кинулся к двери. В себя он пришел, когда рукой, сжимавшей игольник, попытался ухватиться за ручку двери.
Пистолет лязгнул, заодно прищемив ему палец. Неожиданная боль немного отрезвила профессора, и он, буквально вывалившись в коридор, медленно сполз по захлопнувшейся двери на пол. Ноги не слушались, предательски подгибаясь и отказываясь нести его дальше. Дыша так, словно пробежал марафонскую дистанцию, Дуглас растерянно смотрел на оружие в своей руке, судорожно вспоминая, откуда оно взялось. Только теперь он вдруг вспомнил, что точно такой же игольник лежит у него в кармане брюк.
Получив его от Айвена, профессор с головой ушел в работу, совершенно забыв об оружии. Не вспомнил он об оружии, даже когда его били. И вот теперь, сидя на полу у двери в лабораторию, достав из кармана пистолет, профессор, всегда считавший своим оружием мозг, почувствовал, что готов убить любого, кто посмеет еще раз поднять на него руку. Отдышавшись и немного успокоившись, Дуглас кряхтя поднялся на ноги и, подумав, отправился искать кого-нибудь, кто сумеет дать ему трезвый и однозначный ответ на простой и животрепещущий вопрос. Что происходит и куда все делись?
Добравшись до жилого сектора, профессор неожиданно понял, что в коридорах, где обычно было шумно и сновали люди, никого нет. Удивленно оглядевшись, профессор развернулся и заплетающейся походкой направился в сторону узла наблюдения. Логично рассудив, что обо всех проблемах на базе, прежде всего, должна знать охрана, он отправился туда, где охрана точно должна быть. Уходя в глубь базы, Дуглас начинал все больше нервничать. Складывалось впечатление, что все обитатели покинули этот забытый богом кусок железа, а он, в очередной раз увлекшись своими изысканиями, пропустил все, начиная от сигнала тревоги и заканчивая срочной эвакуацией.
Ко всем прочим бедам начала болеть голова, по которой ему несколько раз попали ногами. Ныли ушибленные ребра, спина в районе почек, саднили избитые предплечья и челюсть, куда пришелся первый удар, но он продолжал идти, упрямо двигаясь туда, где мог бы получить хоть какую-то информацию. Попав на лифте в служебный коридор и услышав яростный мат кого-то из охранников, Дуглас облегченно перевел дух, и в этот момент базу основательно тряхнуло.
Взвыла сирена, оповещавшая об опасности разгерметизации, и профессор принялся испуганно оглядываться. Но минута сменяла минуту, а разрежения не ощущалось. Взяв себя в руки, Дуглас поднялся и, опираясь рукой о стену, медленно двинулся в сторону узла наблюдения. Добравшись до нужной точки, он осторожно заглянул в приоткрытую дверь и, увидев нового начальника охраны, облегченно перевел дух. Несмотря на шапочное знакомство и несколько случайных встреч, этот человек внушал профессору уважение и чувство уверенности.
Возня Дугласа у дверей привлекла внимание начальника охраны. Профессор не успел даже охнуть, как штурмовой пистолет бойца выпрыгнул ему в руку и моментально уставился дулом профессору в лоб.
– Что вам здесь нужно? Почему вы с оружием? – последовал жесткий вопрос.
Вздрогнув, Дуглас замер с открытым ртом, боясь пошевелиться. Только теперь он вспомнил, что продолжает сжимать в руках игольники.
– Повторяю вопрос. Что вы здесь делаете, профессор? – еще жестче прорычал начальник охраны, ловко смещаясь в сторону.
– Я… мне… на меня напали, – сумел выдавить из себя Дуглас, глядя в ствол штурмовика словно завороженный.
– Положите оружие на пол. Медленно, – скомандовал начальник охраны.
Дуглас быстро бросил оба игольника на палубу, ощущая себя едва ли не спасенным от смерти.
– А теперь расскажите все по порядку, – приказал начальник охраны, быстро убирая свой штурмовик и ловко подбирая с пола оружие.
Опустившись прямо на палубу у входа, Дуглас со стоном потрогал пострадавшую челюсть и, оперевшись спиной о стену, тихо ответил:
– Я был в лаборатории, когда туда ворвались трое в масках и с ходу принялись меня избивать. Потом они начали спрашивать, чем я занимаюсь, но сослался на то, что мне дают только узконаправленные задания, и конечной цели работы я не знаю. Пришлось даже сослаться на вас. Сказал, что это ваше распоряжение. Они начали спорить. Про меня забыли, и я смог добраться до шланга, которым подавали жидкий азот для экспериментов. Облил их азотом, а потом начал бить стулом. Потом взял оружие и пошел искать хоть кого-то, кто мог бы мне объяснить, что происходит и почему на базе никого нет.
– Весело, – мрачно хмыкнул начальник охраны. – И вы хотите сказать, что не слышали команды о том, чтобы все проживающие на базе в срочном порядке отправлялись к свои комнаты?
– Нет, – устало покачал головой профессор. – У меня так бывает, когда увлекусь. Особенно если эксперимент идет так, как надо, и вот-вот должен появиться нужный результат.
– И кто находился рядом с вами в лаборатории?
– Когда на меня напали, никого не было.
– Черт! Где вы вообще находились? – неожиданно спросил начальник охраны.
– В малой лаборатории. Я получил распоряжение подготовить нужный состав для одного особого опыта. Какого, я не могу вам сказать.
– Кажется, я знаю, для какого именно, – помолчав, тихо вздохнул начальник охраны. – Тела все еще в лаборатории?
– Вообще-то без головы ходить еще никто не научился, – попытался пошутить Дуглас.
– Немного зная достижения современной науки, я ничему не удивлюсь, – усмехнулся боец и, повернувшись к сидевшим у пультов охранникам, скомандовал: – Парни, мне надо разобраться с одним делом. Что делать, вы знаете. Держите меня в курсе всех событий.
– Думаю, после нашего гостинца им еще долго придется в себя приходить, – усмехнулся один из бойцов, и Дуглас вдруг понял, что его усмешка больше напоминает хищный оскал.
– Пойдемте, профессор. Посмотрим, кто посмел вас так отделать, – сказал начальник охраны, подавая Дугласу руку и помогая подняться.
– А можно я не буду входить в лабораторию, пока там все не уберут? – неожиданно попросил Дуглас. – Снова любоваться на то зрелище, слишком сильное испытание для моих нервов.
– Хорошо. Останетесь у дверей, – решительно кивнул начальник охраны.
Неожиданно база снова вздрогнула, и освещение погасло. Спустя несколько секунд вспыхнул дежурный свет. Запросив пульт наблюдения, охранник выслушал ответ и, мрачно кивнув, зашагал дальше.
– Майкл, что происходит? – решившись, спросил профессор.
– Я Михаил, профессор. Можно Миша. Но не Майкл, не Майк и никто больше, – жестко ответил мужик.
– Простите, – быстро извинился Дуглас. – И все-таки. Что происходит?
– Нападение пиратов, – коротко поведал Миша.
– Нас атакуют? – испуганно воскликнул Дуглас.
– Не совсем так. Мы успели нанести удар первыми. Именно поэтому и было приказано всем вернуться в свои комнаты. Если вы не знали, жилой сектор был спроектирован так, чтобы в случае аварии его можно было отстыковать от базы, предварительно отстрелив грузовой терминал, и в этом случае он превратится в один большой спасательный модуль, где есть своя система регенерации воздуха и автономный маяк. По моей команде эта система была полностью восстановлена и приведена в рабочее состояние. Благо мистер Спектер оказался человеком порядочным и на спасательных средствах экономить не стал.
– Я этого не знал, – растерянно проворчал Дуглас.
– Вы и не должны были об этом знать. Вашей работы это не касается, – пожал плечами Михаил.
Обратный путь до лаборатории занял у них десять минут. Толкнув не запертую дверь, начальник охраны бесшумно скользнул в помещение, одновременно с этим плавно выхватывая из кобуры штурмовик. Сообразив, что в лаборатории могут оказаться подельники нападавших, Дуглас опасливо отодвинулся подальше от проема. Но минута сменялась минутой, а из лаборатории не доносилось ни звука. Потом, когда профессор уже потерял счет времени, в дверях все так же бесшумно появился Михаил и, удивленно покосившись на бледного и основательно побитого Дугласа, тихо проворчал: