Олег – диктатор Рима? (СИ)

— Возможно, вы переоцениваете мои способности.
— Я слышал твою речь на похоронах, Сулла. Люди рыдали, да и мне на миг показалось, что я потерял самого близкого человека. А наш сегодняшний разговор окончательно убедил в правильности моего решения. Так что скажешь? Ты со мной, Сулла?
— С вами Гай Марий. Давайте изменим историю!
— Хорошо сказал. Приходи на следующей неделе в мой дом. Обсудим детали…
* * *
Нумидийский принц Массива был раздражён. Он провёл половину дня в Магистрате так и не добившись переноса слушания в Сенате на более раннюю дату. Потом ему пришлось ходить по домам патрициев и снова убеждать всех в своей верности. Долгий день был утомителен, а ещё он опять обожрался. С тех пор как начал жить в Риме, принц набрал больше двадцати килограмм. Ему советовали выблёвывать пищу, как делали другие, но Массива считал подобное отвратительным. Меньше есть пока не удавалось, — у римлян торжественные обеды шли постоянно, а он обязан был посещать многие…Вот и сегодня Массива чувствовал себя потяжелевшим. Вкусно, но последствия для нумидийца неприятные. Родичи уже смотрят с некоторым осуждением! Проклятье! Когда же он, наконец, получит свой трон и уберётся из Рима!
С тяжёлыми мыслями Массива достаёт судно из-под кровати. Перед сном он должен как следует облегчиться, а иначе сна ему долго не видать. Принц машинально открывает крышку и не глядя садится на горшок. В следующий миг он вскрикивает от жуткой боли. Из судна выползает разозлённая змея. Вбежавшая на крик охрана видит крайне неприятную картину: корчащийся от боли на полу и уже частично обосранный голожопый нумидиец, а ещё какая-то змея. Принца спасти не удалось…Срочно прибывшее начальство собрало во дворе всех рабов, но отыскать того самого, с дерзкой ухмылкой не получилось…
  
Глава 12
 
Иду домой и размышляю о выполненном заказе. Трюк со змеёй был придуман от безысходности. Просто не понимал, как подойти к этому Массиве. Его охраняли не какие-то уголовники, а преторианцы. Они специализируются на защите высших должностных лиц и подавлении вооружённых бунтов. Одна когорта преторианцев могла «дать жару» целому легиону простых солдат. А в легионе на минутку насчитывалось до 10 когорт. В этой ситуации прорываться к цели в лоб выглядело делом совершенно безнадёжным. Несколько дней пришлось наблюдать за нумидийцем и вычислять его обычный график дня. Сразу выяснилось, что охрана держит всех на расстоянии от принца не менее 2 метров. Осознание данного факта погрузило меня в печаль. Не зная, как поступить, я начал вспоминать все игры, которые проходил в прошлой жизни. Как никак мои навыки, возможно, оттуда. По крайней мере, другого объяснения пока не нашёл. В памяти всплыла игра «Hitman» про наёмного убийцу. Было время, я проходил все части и попытался понять, можно ли что-то оттуда вытащить. Сначала разозлился, так как вспомнил, что там пользовался обычно пистолет с глушителем. Дьявол! Какой здесь пистолет⁈ Какой глушитель⁈ Но успокоившись, подумал ещё немного и «эврика» — я ведь не только стрелял! Хитман этот переодевался, устраивал всякие несчастные случаи, ломал оборудование. Надо делать то же самое и здесь…
Поиск ядовитой змеи и одежды раба были делом техники. Всё становится проще, когда имеешь чёткий план. Немного прокололся на посту охраны. Оказывается, надо не просто переодеваться в раба, а ещё вживаться в его роль! В игре этого не было!!! А ведь раб бы не стал так нагло ухмыляться. Теперь лучше понимаю актёров с их системой Станиславского. Чтобы тебе поверили, надо вживаться в персонажа, быть им. Будет мне уроком!
Уже рядом с виллой Секунды начинаю нервничать. У входа стоят легионеры. «Проклятье! Меня вычислили? Как так? Неужели из-за тупой улыбки преторианцам?» — эти мысли промчались в моей голове буквально за минуту. Не зная зачем, упорно иду домой.
— Ты кто? — останавливает меня легионер у ворот.
— Я здесь живу. Меня зовут Сулла Корнеллий. Секунда — моя мачеха.
  
— Понятно. Проходи в дом.
— А что случилось?
— Иди давай. Квестор тебе всё объяснит.
Застаю внутри непонятную картину. Выстроенные в ряд рабы по очереди едят и пьют.
— А что тут происходит? — пытаюсь я выяснить.
— Ты кто? — спрашивает меня какой-то чиновник.
— Сулла Корнеллий — пасынок госпожи Секунды.
— Как раз вовремя явился. Я — квестор Марк Минуций. Расследую смерть хозяйки дома.
— Секунда мертва? Но как?
— Выясняем. Она была в гостях у патриция Гая Юлия Цезаря и неожиданным образом там скончалась. Есть подозрение на отравление.
— Ужас какой! А что тогда вы делаете здесь?
— У сенатора мы уже были. Он уважаемый член общества, и у него нет никакого мотива отравлять соседку, пришедшую с обычным дружеским визитом.
— И поэтому вы решили пойти к ней домой…
— Если госпожу Секунду отравили, то это могло произойти у неё в особняке. Яд может не сразу подействовать.
— Теперь понятно.
— Где вы были весь день Сулла Корнеллий?
— Сначала мы ходили вместе с Секундой в Магистрат на церемонию моего совершеннолетия, потом обедали дома. Затем я пошёл в терму.
— Кто может подтвердить ваше присутствие в бане?
— Служащие, — это была Центральная баня. Меня видели и другие посетители. Я долго разговаривал с Гаем Марием.
— Центральная? Смотрю, вы не ограничены в своих расходах, молодой человек.
— Так ведь совершеннолетие. В такой день могу себе позволить.
— Ну да, наверное, можете.
— Скажите, а что будет дальше? Если честно, то я в полной растерянности.
— Пока ничего. Нам надо ещё проверить некоторые детали. В доме мы уже закончили, — рабы приняли пищу и остались живы. Все подтвердили, что вы ели и пили с хозяйкой одно и то же. Возложенной на меня властью приказываю вам оставаться в Риме до окончания следствия.
— Я могу жить в этом доме?
— Не можете. По закону вы не являетесь собственником этой виллы!
— Но я ведь её пасынок.
— Ваш отец заключил брак в форме sine manu. Вы не имеете прямого отношения к имуществу погибшей, если вас только нет в завещании. Насчёт последнего станет известно примерно через пару недель. Магистрат предоставит необходимые сведения после выяснения обстоятельств смерти госпожи Секунды.
— Понятно. А где мне жить?
— Где хотите, но оставайтесь в городе до окончания следствия. Каждые три дня вы должны отмечаться в Магистрате.
— Меня в чём-то подозревают?
— Пока нет, но такой порядок.
— Хорошо. Я вас понял, квестор.
— Рад слышать. И примите мои соболезнования, Сулла Корнеллий. Мы постараемся выяснить, что случилось с вашей мачехой.
— Спасибо, господин Марк Минуций…
* * *
Гай Юлий Цезарь был зол. В его особняке умерла подруга жены Секунда. Он был дома, когда всё случилось…Казалось, это дурной сон, — соседка умирала в агонии. Её судороги и рвота кровью вызвали настоящий переполох в особняке политика. Увидев, как она умирает, Цезарь напрягся ещё больше. Налицо были все симптомы отравления одним из любимых и используемых им лично ядов. Отдав незаметный приказ спрятать посуду и еду пострадавшей, он отослал человека за «карманным» следователем. Разумеется, прибывший квестор опросил всех формально и без должного усердия. Затем чиновник сразу же отправился в дом жертвы для поиска «настоящего виновника» возможного преступления.
Гай Юлий в это же самое время провёл собственное расследование и довольно быстро выяснил «откуда растут ноги». Сейчас перед ним стояла старшая дочь Юлилла и, как выяснилось, ни чуть не страдала от содеянного.
— Да, я отравила эту старуху! Вы меня поймали, — радуйтесь!
— Зачем ты это сделала?
— Она меня страшно оскорбила.
— И что же такое она могла тебе сказать, чтобы ты с ней так поступила?
— Не сказала! Хуже! Делала!
— Так что же?
— Она спала с моим любимым.
— Чего?
— Да. Ты верно слышишь, отец. Она спала с моим парнем!