Олег – диктатор Рима? (СИ)

— Господин Тит Сервий, возвращаясь к нашей беседе… Так уж вышло, что у меня не получилось обучаться в школе, а из-за работы я не могу посещать её регулярно. Хотелось бы пока купить несколько пособий для обучения латыни. А позже подойти к вам за индивидуальными занятиями.
— Хм. Это можно. Книги дорого стоят. Меньше чем за 1 денарий не отдам.
— Согласен. Знание, как говорится, сила.
— Интересное высказывание. А кто его автор?
— Не помню уже. Из головы вылетело.
— Хочу сказать, молодой человек. Если бы вы прямо так не поведали о своей проблеме с грамотностью, то я бы никогда о вас так и не подумал. Речь очень взвешенная, такое ощущение, что разговариваешь не с мальчиком, а со взрослым человеком.
— Благодарю, учитель. Признаться, наблюдать за вашей работой было огромным удовольствием. Я даже кое-чему немного научился.
— И чему же это?
— Тому, что в римском алфавите 23 буквы. Буквы называются своим звучанием, а в случае согласных — с добавлением гласных для произносимости. Пишут слева направо.
— Это ты за один урок понял?
— Да. Вы же там всё поэтапно же проходили.
— Просто удивительно. Мои ученики годами не могут это вызубрить.
— У меня хорошая память.
— Такой талант не должен пропадать. Я вам даже скидку сделаю на учебники по латыни. Уступлю 1 асс. Итого теперь будет 15 ассов (1 денарий был равен 4 сестерциям или 16 ассам).
— Большое спасибо, господин Тит Сервий.
— Вот держи, Сулла. Рад тебе помочь. Обязательно приходи, когда освободишься.
Шёл я домой уже вечером и размышлял о римской школе. «Хрень какая! Не пойду я к нему больше», — в голове сидела лишь эта мысль. Методика обучения никакая. Я в детском садике за 3 недели научился читать, а тут годами не могут. Трата времени. Уроки длятся часами, детей бьют, а толку никакого. Нет, оставлю на крайний случай. Буду самостоятельно учить, — ладно хоть денег на книги хватило. Всякие извращенцы, пока их обслуживал за столом, за неделю целый денарий мне накидали. Чёртова таверна!
Вечерний Рим опасен и одновременно скучен. Поразительное сочетание, на мой взгляд. Никакого уличного освещения нет, а улицы города заполнили сотни телег — днём поставки были невозможны, узкие улочки были перегружены. Народ же выходил из дома в поисках удовольствий, а бандиты на свой обычный промысел…
Придя домой, натолкнулся на целую делегацию. К сестре пришёл свататься некий господин.
— А, ты явился. Вот познакомься Сулла, это будущий муж нашей Корнеллии Публий Квинт, а вот его друзья Спурий Маний и Луций Тиберий, — познакомил меня отец.
— Добрый вечер господа! Рад познакомиться.
— У тебя уже взрослый сын, Луций Корнеллий, а мы о нём почти ничего не знаем. А что у тебя в руках Сулла?
— Это учебники.
— Что за учебники? — удивлённо спросил на этот раз сам отец.
— Учебники по латыни. Я собираюсь обучиться грамоте.
Отец от этих слов прямо впал в ступор, а Публий Квинт продолжил:
— Похвально, молодой человек. Сейчас больше половины римского населения неграмотны, а ведь именно образование даёт доступ ко многим должностям.
Отойдя от шока, папенька меня отослал к себе в комнату, сказав, что тут деловой разговор. Зайдя за угол, я, конечно же, решил подслушать. Через некоторое время картина стала ясна: Публий Квинт платит отцу 2000 денариев и получает руку дочери, а заодно улучшает свою родословную. Наш род Корнеллиев хоть был сейчас беден, но зато отличался древностью, что крайне ценилось при назначении на государственные должности. Сам жених был уже лет пятидесяти, плешив и довольно толст, а моей красивой темноволосой сестре с зелёными глазами было всего четырнадцать, но данный момент, судя по всему, никого особо не интересовал.
Решив поговорить с сестрой, я постучался в дверь её комнаты. Не факт, что она будет отвечать, но всё же долг брата обязывал…
— Привет Корнеллия!
— Привет, Сулла, — неохотно ответила сестра.
— Ты уже знаешь, зачем к нам пришли гости?
— Конечно. Публий Квинт к нам не раз заходил.
— И что ты думаешь об этом?
— Наконец, я уйду из этого дома. Вот что, думаю об этом!
  
— Но твой жених, Корнеллия. Он уже немолод. Ты можешь отказаться.
— Что за бред, Сулла! Дети не могут нарушить волю отца! Только я начала думать, что ты поумнел, а нет, — остался прежним. Такой же слабоумный!
Подобный выпад я решил оставить без внимания.
— Тем не менее, сестра. Можно было бы попросить у отца рассмотреть и другие варианты.
— Варианты? Да слава богу, что он хотя бы этот нашёл в перерыве между своими запоями. А насчёт возраста жениха, — да и ладно, быстрее сдохнет.
— А тебе не будет неприятно? Это же какое-то насилие.
— Насилие⁈ А что по-твоему делает со мной отец по ночам? Уж пусть хоть так. Там будет другая жизнь. А теперь, уходи. Уже поздно.
Услышанное меня потрясло. Как же я был слеп и глух. От Луция Корнеллия страдал не только его сын, но и дочь. Пьяный тиран творил то, что хотел. Он даже жалел тратить деньги на проституток, которые стоили буквально гроши, а вместо этого пользовался дочерью.
Я лежал у себя на кровати и не мог заснуть. «Что за дикость? Что за грязь⁈ »– эти мысли прожигали меня насквозь.
Утром проснулся невыспавшимся. Всю ночь я прислушивался к звукам, — не насилует ли отец мою маленькую сестру? В итоге, с трудом приведя себя в порядок и даже не позавтракав, я отправился на работу.
Хотелось бы сказать, что там день прошёл спокойно, но это была бы откровенная ложь. Я поругался со своим напарником невысоким и смуглым Фриксом из-за того, чья очередь была выносить мусор. В итоге к нам подошёл Тирон и обоим надавал подзатыльников. Потом в трактире подрались посетители и кому-то сломали нос. Всю смену мне пришлось слушать тупые анекдоты Авла по поводу испорченности патрициев. После ко мне под всеобщий хохот стали приставать проститутки с грязными предложениями. Поганый день!
Под конец рабочего дня сидим с Фриксом на крыльце. Пьем разбавленное вино и смотрим на улицу…
— Дурацкая смена.
— Да брось ты, Сулла. Ну, посмеялись над тобой шлюхи. И что такого? Радоваться должен. Все говорят, что вон какой красавчик у нас работает.
— Дело не в шлюхах, Фрикс. Скажи, у тебя есть цель?
— Ха…ха…Чудно рассуждаешь, Сулла. Прямо как взрослый. По секрету тебе скажу, для хозяина наш трактир — это всего лишь прикрытие. На него много парней работают по городу. Там большие деньги крутятся. Вот мы себя покажем и нас тоже возьмут на дело. И тогда…тогда начнётся настоящая жизнь. Сниму себе отдельную квартиру в инсулле (многоэтажный жилой дом с квартирами и комнатами, предназначенными для сдачи в наём) и буду жить как хочу.
— А сейчас ты где живёшь?
— Пока с родителями в инсулле Арачели. Достали они меня, — вот так скажу. Отец хочет, чтобы я стал, как и он зеленщиком (человек, который владеет или управляет магазином, торгующим преимущественно фруктами и овощами).
— Вроде бы неплохо.
— Для него да, но у меня к этому не лежит душа. Целый день стоять за прилавком, как проклятый. К тому же с тебя дерут деньги все кому не лень: власти, бандиты, всякие прохвосты. Отец кроме прилавка на Овощном рынке, жизни никакой не видит.
— А как он тебе разрешил здесь работать?
— Шутишь? Отец даже не знает об этом. Думает, что я хожу учиться. Старый дурак! Сидеть в этой школе целый день и терпеть постоянные избиения надзирателя!
— А как же грамота?
— А что грамота? И без неё люди живут. Она нужна только для занятия должностей. Всё равно, если надо будет купить жильё или ещё что-то крупное, то надо обращаться к юристу для составления документа. А должности? На них одни патриции сидят, а я из плебеев (человек из низших классов свободного населения). Вон Авл Туллий над тобой поэтому и издевается. Вроде как он тебя на должность посадил. Даже патрициям для службы нужен капитал. Так что глупость это. Большая часть населения Рима не знает грамоты и живет нормально. Запомни, Сулла, главное — деньги!