Вы призвали… Кого надо! 3 (СИ)
— А меня, пожалуйста, разбудите, когда все закончится, — попросил он ординарцев. — Только не после бомбардировки, а когда горожане со стражей и армией этот сброд от стен отгонят.
И на этот раз заснул сном обычного человека. Без сновидений и прочих даров божества.
Эпизод семьдесят четвертый: Ущерб, который обернулся пользой
В итоге Влад проспал больше шести часов. Он полностью пропустил этап, когда итанийский флот бомбил всё ещё большую, но уже не способную противостоять атакам с воздуха армию врага. Не видел он — даже в сновидениях — как следом за деморализованной и утратившей все цепочки командования ордой устремились в погоню защитники города.
Он даже проспал тот момент, когда Венора, получившая специальное задание, доставила в темницу под дворцом трёх выживших лордов Совета. Их ведь ещё нужно было судить, а потом казнить перед народом — важный элемент победы и легитимности новой власти.
Его пытались разбудить, та же шпионка. Но безрезультатно. Выложившийся во время защиты города по полной, потративший огромное количество праны призванный герой никак не реагировал ни на осторожные фразы вроде: «Просыпайтесь, господин, мы уже всех победили», ни на щипки и даже пощёчины.
Разбудил его мощный приток праны, случившийся ночью. И призванный герой сразу понял, что жители города — с подачи Комитета Лозы — решили устроить праздник в честь победы. Шумный праздник, на который командующий флотом Литольд Хахлет даже выделил запасы взятого с собой бренди — это тоже откуда-то было известно правителю Итанийской Протектории. Маршал хотел согласовать это решение со своим королем, но так как тот спал, принял его самостоятельно.
Также Влад понял — и это даже не открывая глаз! — что на пирушке здравицы в его честь поднимали свыше восьмидесяти процентов жителей Редоса, вне зависимости от расы, к которой они принадлежали. И делали это искренне и от души. Еще около десяти процентов просто радовались тому, что остались в живых, а вот оставшиеся семь процентов не просто славили призванного героя, а буквально проводили молебны в его честь.
«Хм-м! — подумал он, продолжая лежать. — Праны в меня залили просто невероятное количество. И я, похоже, практически превратился в младшее божество. Еще не стал им, но явно на самом краешке! Иначе, как объяснить этот уровень осведомленности о происходящем, если я даже из комнаты не выходил?»
Мысли об этом не были окрашены ни одной эмоцией, кроме, пожалуй, удовлетворения. Такого сытого, как у кота, объевшегося сметаны и запившего все это дело двадцатипроцентными сливками. А еще Влад отметил, что произошедшие с ним изменения, его больше совсем не пугают.
Более того, появилось желание — почти физическая потребность! — получить еще больше этой энергии. И он даже знал, как это сделать. Достаточно просто, на самом деле. Явиться гигантским ликом в небесах пирующему народу, произнести небольшую речь, поздравить с победой. И, естественно, невзначай упомянуть о том, кого за это стоит благодарить.
Результатом станет скачок благодарных эмоций, которая, преобразуясь в прану, напитает его тело и дух. И этого количества как раз хватит, чтобы окончательно разорвать связь с человеческой природой, переходя на иной уровень бытия. А люди… Люди, в общем-то, и созданы для того, чтобы удовлетворять его потребности в дальнейшем росте.
В этот момент Влад Келлер осознал про себя еще одну важную вещь. Когда (или все-таки если?) он станет богом, то моментально будет зачислен в Пантеон Хаоса. И будет отвечать за такие направления, как честолюбие, амбиции и гордыню. Это, почему-то слегка его царапнуло сожалением, ведь раньше он не без основания считал, что «распределит» его к Пантеону Порядка. Впрочем, Хаос так Хаос…
«К тому же я там уже кое с кем знаком!» — отметил он не без удовлетворения.
В какой-то момент призванный герой уже решил действовать, но тут дверь его покоев тихонько скрипнула, впуская внутрь темную эльфийку. Наряженную для какого-то очень особого случая, но точно не связанного с дворцовыми, дипломатическими или светскими обязанностями.
На дроу было длинное в пол кремовое платье, оттеняющее серость ее кожи. Которое вроде бы и многое скрывало, но делало это так умело, что видно было решительно все. И тяжелую грудь Цалиш с крупными торчащими сосками, и каждый изгиб ее зрелого тела. Даже манящий треугольник внизу живота женщины отлично просматривался под тканью, точнее сказать — портному даже как-то удалось сделать на нем явный акцент.
— Наш спаситель! — глубоким бархатным голосом произнесла темная эльфийка. — Вы позволите принести вам нашу благодарность?
Говоря это, союзница, не спеша, шла к кровати, на которой все еще лежал призванный герой. Попутно оглаживая узкими ладонями то грудь, до бедро. Перед самым ложем платье волшебным образом скользнуло вниз кремовым водопадом, хотя Цалиш не сделала для этого ничего. Просто будто вышла из него.
И хотя нагота темной эльфийка была ему хорошо знакома, но благодаря обстановке, настроению и какому-то едва уловимому запаху, витающему по помещению, сейчас она словно бы ослепила мужчину.
«Да черт с ним! — подумал тогда он. — Стану богом чуть позже! Даже лучше, что так. Неизвестно, как у небожителей с близостью, так что пусть это будет прощальный дар этой смертной!»
Больше между этими двумя не было сказано ни одного слова. Темные губы коснулись розовых, белая ладонь легла на серую грудь, и дальше в королевских покоях слышны были лишь вздохи и стоны.
Уже приближаясь к финалу, Влад отстраненно подумал о том, что вкус губ Цалиш в этот раз какой-то странный. Незнакомый. Словно бы они напоминали корицу, о существовании которой в мире Геней попаданец не знал, и легкого привкуса миндального молока. Да и тело любовницы имело схожий запах.
«Непривычно, но приятно!» — подумал он.
— Прости! — под конец, выгибаясь от удовольствия, простонала дроу. После чего обмякла и даже, кажется, перестала дышать.
— Мне стоило быть нежнее! — довольно произнес призванный герой, отводя пальцем прядь мокрых волос со лба женщины.
И в этот момент понимая, что «перестала дышать» было совсем не фигурой речи.
— Цалиш? — позвал он, уже зная, что секунду назад его любовница и союзница испустила последний вздох. — Зачем?
Ответ он тоже уже знал. Состав помады, духов и притираний для тела, был насыщен редким и смертельным ядом — сильнейшим из существовавших в этом мире. Он явно был приготовлен при помощи магии, а значит, в отличие от большинства безвредных для тела иномирца, мог нанести ему ущерб. И даже убить.
Мог бы, если бы он не был полон праной под завязку.
Одним лишь мысленным усилием, Влад собрал уже подбирающуюся к сердцу отраву и исторг ее из организма вместе с остатками последней трапезы. После чего сразу же занялся реанимацией любовницы. Отравительница не должна была уйти на перерождение так легко. Не после подобного вероломства!
Гнев душил призванного героя, но он держал его под контролем. Потом, все потом! Сперва он оживит эту предательницу, выскажет ей все, что о ней думает, и лишь после — жестоко покарает! Так, что у любого, кто в будущем осмелится покушаться на бога, от одного воспоминания о страшной казни тряслись бы поджилки!
Однако, то ли тело темной эльфийки было пропитано отравой сильнее, то ли сама она была слабее мужчины, с первого раза оживить ее не получилось. Владу пришлось напрячься и потратить довольно много божественной энергии, чтобы дроу, наконец, закашлялась и задышала.
Одновременно с этим расход энергии что-то изменил и в самом попаданце. Невидимый, но вполне осязаемы обруч, сжимающий его голову с момента пробуждения, словно бы спал, и к мужчине вернулась прежняя способность мыслить. Не окрашенная презрением к человеческому роду, высокомерием и заносчивостью. Обычное рациональное мышление хорошо организованного разума.
Которое сразу же отбросило в сторону желание примерно наказать изменницу, да еще, к тому же, напомнило, что становиться божеством он совсем недавно желанием не горел. И изменил свое мнение лишь под давлением огромного объема поступившей одномоментно праны.