Жених по заказу (СИ)
«Видно у неё дела намного хуже, чем я думал, раз она безоговорочно приняла мои условия, — подумал он. — Ха, если бы мне кто-нибудь ещё пару лет назад сказал, что я буду работать на Грейнджер, то я бы просто рассмеялся этому безумцу в лицо. Да уж, Малфой, кажется, ниже падать тебе уже некуда».
Заметив на лице Малфоя некое подобие улыбки, Гермиона оскорблено вздёрнула подбородок, приняв его внезапную весёлость на свой счёт.
— Как я посмотрю, тебя это очень забавляет? — с вызовом спросила она. Сделка сделкой, а вытирать о себя ноги она не позволит. Пускай он чертовски похорошел и возмужал, но в душе он по-прежнему остался всё тем же белобрысым хорьком, прячущимся при малейшей опасности за мантию своего отца, мысленно пыталась убедить себя Гермиона.
— Драко, — тихо, почти ласково, поправил её Малфой.
— Что? — не поняла Гермиона.
Малфой выразительно вздохнул и закатил глаза, поражаясь такому непониманию.
— Чтобы все поверили, что между нами романтические отношения, ты должна называть меня Драко. А ещё лучше будет, если ты будешь добавлять «милый», «дорогой», «любимый», ну или как ты там называла своих мужчин, если они у тебя, конечно, были, — не мог не вставить шпильку он.
— Ах ты… — вскипела Гермиона, пытаясь подобрать ругательство получше. Да как он смеет так с ней говорить? Или оскорбления входят в стоимость услуги?
— Вот только не надо истерик, — жестом остановил Гермиону Малфой. — Да, и прекрати краснеть каждый раз, когда я к тебе приближаюсь. Поверь мне, у меня и в мыслях нет на тебя набрасываться. Ну, а если ты захочешь интима, то это за отдельную плату. Но, я думаю, тебе это будет не по карману.
От слов Малфоя Гермиона покраснела ещё сильнее — ее щёки просто вспыхнули огнём.
— Малфой… То есть, Драко, — быстро поправилась она, заметив, как скривился Малфой. — Я бы не согласилась с тобой спать, даже если б ты был последним мужчиной на земле и мне бы за это ещё и приплатили! — чётко, делая ударение на каждом слове, произнесла она.
— Я рад, что хоть в чём-то наши мнения совпадают, — ухмыльнувшись, произнёс Малфой. — Ну ладно, хватит лирики, — быстро продолжил он, опасаясь, что Гермиона может воспользоваться паузой и опять вставить своё «веское» слово. — Я предлагаю перейти к делу. Ведь все мы здесь деловые люди… — последние слова Малфоя заставили Гермиону скривиться, но она жестом показала, чтобы тот продолжал. — Я, конечно, в общих чертах представляю твою ситуацию, но мне бы хотелось всё услышать от тебя, чтобы мы смогли выработать нужную стратегию.
Гермиона задумалась. Ей вовсе не хотелось посвящать Малфоя в свои личные проблемы, но отступать было уже поздно.
«Так, надо представить, что это вовсе не Малфой, а некий посторонний человек. Тогда мне будет намного легче, — уговаривала себя Гермиона. — Это ведь как на приёме у доктора. Я же не боюсь раздеваться при медицинском осмотре, обнажая своё тело. Сейчас от меня требуется раскрыть свою душу перед этим ухмыляющимся ублюдком. Стоп! О Господи, ну почему мне всегда так нравится всё усложнять?!»
— Я не знаю, что ещё добавить кроме того, что было написано в моей анкете, — немного помедлив, проговорила Гермиона. — Если обрисовывать ситуацию в двух словах, то она сводится к следующему. Есть я, есть мой бывший жених, с которым мы расстались не лучшим образом и которого я не видела уже некоторое время. И тут бац! — без объявления войны меня ставят перед фактом, что я должна быть на свадьбе своих друзей… — Гермиона говорила быстро, в несвойственной ей манере перескакивая с одной мысли на другую. Через несколько минут она уже прекратила думать о том, что перед ней сидит её злейший враг. В тот момент Грейнджер было абсолютно наплевать на это. Она осознала, чего ей так не хватало всё это долгое время.
Выговориться.
Гермиона просто хотела рассказать кому-то без притворства и лицемерия, рассказать всю правду о том, что творится у неё в душе. И, конечно же, то, что человеком, перед которым она вывернула свою душу наизнанку, оказался Малфой, была некая ирония.
Гермиона говорила и говорила. Ей показалось, что она рассказывает уже около часа, но, посмотрев на часы, Гермиона поняла, что прошло только десять минут. Малфой же всё это время так и продолжал сидеть на своём месте, внимательно слушая её и не перебивая.
-…А потом моя секретарша посоветовала обратиться в вашу фирму. Поверь, я бы никогда так раньше не поступила, но вся та ситуация, в которой я оказалась… Мерлин, если я приду туда одна, то вся эта куча матрон набросится на меня как собаки на кость. Тот факт, что «бедняжка-Гермиона» по-прежнему одинока, в сто крат затмит сам повод, из-за которого все там и соберутся! — прокричала последние слова Гермиона.
Закончив, она с облегчением глубоко вздохнула. Её пульс участился, а дыхание сбилось, как после быстрого бега. Но несмотря на это, Гермиона почувствовала такую лёгкость, которую уже давно не ощущала. Она поняла: что бы сейчас ни сказал Малфой, её это совершенно не заденет.
— Хорошо, — после нескольких секунд молчания проговорил Малфой. — Я понял твою проблему… Гермиона…
От звука своего имени, произнесённого Малфоем, по спине Гермионы побежали мурашки. Это было так странно — слышать от него что-то кроме холодного «Грейнджер» или с презрением выплюнутого «грязнокровка». Сейчас же Гермиона не чувствовала в голосе Малфоя ни неприязни, ни отвращения. Наоборот, то, как он произнёс это «Гермиона», заставило ее сердце биться быстрее, рисуя в её мозге картины с полуобнаженным Малфоем, которые она тут же постаралась прогнать прочь.
«Что ни говори, а он действительно профессиональный обольститель, раз уж и тебя зацепило!» — опять дал о себе знать внутренний голос Гермионы.
— …Гермиона, ты вообще меня слушаешь? Или я сам себе тут всё рассказываю? — заметив ее невнимание, произнёс Малфой.
— Что? — встрепенулась Гермиона и часто заморгала, пытаясь прогнать до сих пор стоявшее перед глазами видение. — Прости, я немного задумалась. Ты что-то сказал?
Драко устало вздохнул. Сейчас ему больше всего на свете хотелось съязвить и сказать Грейнджер, что она явно поглупела за прошедшие годы. Но Драко прекрасно понимал, что если он опять начнёт эти «бои местного значения», то их шаткому миру наступит конец.
— Да, я рассказывал тебе, как я вижу развитие всей этой ситуации. Если тебе это ещё интересно, то я, так уж и быть, повторю! Только будь любезна, не отвлекайся. Если у тебя появятся вопросы, то дождись, пока я закончу, и не перебивай!
— Ладно, — согласилась Гермиона и повернулась к Малфою в пол-оборота, чтобы лучше видеть его лицо.
— Для начала нам надо придумать легенду о том, как мы познакомились. Я не имею в виду Хогвартс — это было в прошлой жизни. Нам нужно оговорить тот момент, как мы с тобой начали встречаться. Самый простой вариант — это какое-либо светское мероприятие. Симфонический концерт, опера, театр. Ты же ходишь в театр? — с некой надеждой спросил он, опасаясь в глубине души, что она скажет: «Нет».
— Ну конечно же, я хожу в театр! — опять вспылила Гермиона. — Я же не в каменном веке живу! А ещё я знаю, что такое кино, и ноги я тоже брею!
— Ну, про ноги — это очень ценная информация, обязательно ею воспользуюсь, — не удержался, чтобы не съязвить, Малфой. — Значит, остановимся на версии, что мы случайно встретились в театре, разговорились, вспомнили школьные годы и между нами внезапно вспыхнула нешуточная страсть…
Гермиона не смогла сдержаться и громко засмеялась. Такой нелепицы она уже давно не слышала.
— Ты что, издеваешься?! Какая ещё «внезапная страсть»?! Да в это ни один человек не поверит, включая меня саму!
— Знаешь что, да я сам в это не верю! Даже если бы у меня год не было женщины и ты бы оказалась первой особью женского пола, встретившийся на моём пути, то у меня бы и тогда ничего не вспыхнуло!
— Аналогично! — прокричала Гермиона, впившись в Малфоя взглядом, метавшим гром и молнии. Ну почему ему надо постоянно её оскорблять?