Этот большой мир. Тайна пятой планеты (СИ)

Она немало была наслышана об этой загадочной личности и от Юльки с Олей Молодых, и от Лёши Монахова. И, конечно, от Юрки-Кащея, с которым они с некоторых пор подумывали переехать в Королёв, где Юрке выделили в жилом городке Центра Подготовки двухкомнатную квартиру.
— Знаешь… — Дима чуть помедлил. — Ты только ребятам не говори, хорошо? Я постоянно вспоминаю нашу «космическую» смену в Артеке. У меня ведь неплохо тогда получалось, вот я и подумал: может, это и есть моё призвание? Дело-то ничуть не менее важное, чем сваривать в вакууме очередную станцию или таскать туда-сюда контейнеры. Хотя я и с этим справлялся…
— Вот теперь и пригодится, будешь учить ребят. — голос Миры потеплел — 3атея с подростковой станцией ей явно понравилась. — Я поговорю, может, и мы после японских гастролей дадим у вас концерт? Как думаешь, вашим ребятам понравится скрипичная классика?
— Понравится, конечно! — обрадовался Дима — Отличная мысль, прилетайте!
— Сам ещё не устроился, а уже зовёшь гостей! — улыбнулась Нина. — Нет, правда, Мира, хорошая идея, так и нужно сделать!
— Кстати… — припомнила скрипачка. Я на «Гагарине» встретила Шарля, он передаёт тебе привет.
— Наш гасконец?.. — удивился Дима. — А я думал, он ещё на «Гюйгенсе»…
— Вернулся неделю назад. Мы встретились на батутодроме, в Королёве — он снова собирался на «Гагарин», передавал привет нашим.
— Жаль, не знал, что Шарль был на Земле. — посетовал Дима. — Обязательно нашёл бы время встретиться. Сколько мы с ним не виделись — полгода, больше?
Он встал, развёл локти и потянулся, хрустнув суставами. Посетители кафе недоумённо косились на него — что за физкультурные упражнения в общественном месте?
— Схожу ещё за мороженым. Заодно и кофе прихвачу, этих официанток, пожалуй, дождёшься…
— Не та здесь кухня стала, совсем не та. — Шарль небрежно бросил на скатерть книжку меню — нарядную, сафьяновой кожи, с позолоченными уголками и замысловатым фирменным вензелем — Шика много, но с тех пор, как их шеф оставил своё место, и посмотреть не на что. Стандартный набор, типовой. Как говорят наши советские друзья — дежурные блюда.
— Точно. — поддакнул Стивен. — Даже картошку фри, и ту толком готовить не умеют. А уж гамбургеры — сплошное недоразумение! Вот у нас дома, на Парк-Авеню есть забегаловка — держит её Хэнк Барлоу, а его жена стряпает гамбургеры на углях, на живом огне. А какие у неё стейки — объедение!..
Шарль посмотрел на собеседника с плохо скрываемой жалостью. Ну конечно, американец есть американец — такой и в парижском ресторане и в орбитальном отеле спросит колу с хот- догом, и будет вполне доволен.
Но говорить не стал, конечно. Зачем обижать старинного приятеля?
— Откуда тут уголья? Сам знаешь, на станции — никакого открытого огня, строжайший запрет. А их шеф, которая ушла — знаешь, кто?
— Откуда? — Стивен пожал плечами. — Я на «Джемини-Хилтон» всего три дня, а в ресторан вообще первый раз заглянул.
— Помнишь Дмитрия Ветрова? Так это его жена. Она тут больше года работала, а потом, когда он сгинул вместе с «Лагранжем» — перевелась на «Гагарин».
— Дима? — удивился канзасец. — наш артековский вожатый?
— Он самый. Он потом ещё куратором нашей группы — да ты же его застал, должен помнить!
Помню, конечно. — согласился Стив. — Он что, тоже работает во Внеземелье?
— А где ж ещё ему работать? — удивился француз. — Ты разве не знал — Дима был на станции «Лагранж» и вместе с ней угодил в систему Сатурна. Потом вернулся, долго лечился, восстанавливался. Сейчас собирается вернуться к прежней работе.
— Ясно… — Стивен вздохнул. — Эх, не сломай я тогда ногу…
Шарль сочувственно покивал. Действительно, история вышла дурацкая: Стивен О’Хара отобранный после Артека в «юниорскую» программу проекта вылетел оттуда после того, как двое их однокашников подрались в общаге из-за местной первой красавицы и признанной секс-бомбы Влады Штарёвой, и Стив, кинувшийся их разнимать, загремел с лестницы и заработал в добавок к тяжёлому сотрясению мозга сложный перелом голени. И на этом бы завершилась его так и не начавшаяся космическая карьера — если бы не твёрдый характер американца, и железная хватка, сделавшая бы честь пионерам Дикого Запада. Залечив ногу, Стивен поступил в «космический» колледж, недавно созданный в Хьюстоне, где и выучился на орбитального монтажника и пилота малых космических аппаратов. С Шарлем они встретились случайно, когда француз решил в ожидании челнока, который должен был доставить его в систему Сатурна, провести пару дней в знаменитом по всему Внеземелью орбитальном отеле «Джемини-Хилтон».
  
— А ты сейчас куда? — продолжал расспрашивать канзасец. — Снова на «Гюйгенс»?
— Туда. Я теперь возглавляю десантную группу «Титан». В перспективе и другие спутники планет-гигантов, на которых есть атмосфера. Ну а дальше…
— Венера. — понимающе ухмыльнулся Стив. — Планета Бурь, как в том фильме…
— Он, кстати, снят по книге, одного русского фантаста, имя не припомню[1]. — заметил Шарль. — До Венеры дело ещё не скоро дойдёт, больно уж орешек крепкий. Но — я не теряю надежды…
— Ясно… — Стивен покачал головой. — Могли ли мы подумать тогда, в Артеке, что будем сидеть в орбитальном отеле и обсуждать планы высадки на Венеру?
— Ну, пока о высадке говорить рано. Есть планы вылазок в верхние слои атмосферы, может, в слой кислотных облаков…
Канзасец усмехнулся.
— Всё с тобой ясно, дружище. А я-то хотел предложить тебе совместный бизнес!
— Даже не буду спрашивать, в чём он заключается. — торопливо сказал Шарль. — Мне туда надо, какой уж бизнес…
И ткнул пальцем в составленный из прозрачных пластин потолок ресторанного зала.
— Так что не обижайся, но это мимо. Но у меня к тебе тоже есть деловое предложение — только расскажи сперва, что ты сам- то затеял? Глядишь, и найдутся пересечения…
Стив немного замялся.
— Да ничего особенно рассказывать. Собираюсь катать туристов вокруг станции в «омарах» — купил вот по случаю три двухместных, учебных. Разрешение я уже получил. Можно и в скафандрах, на грузовых решётках — но это уже дороже. Ещё хочу договориться, чтобы возле неиспользуемых грузовых пирсов пристроили несколько строительных секций, чтобы клиенты могли поразвлекаться как на тренажёре манипулятором за тросы хвататься, за трубы какие-нибудь…
— А что, может и пойти! — оценил затею приятеля Шарль. — Обед в ресторане с видом на Землю или кувырки в зале нулевой гравитации — это уже всем приелось, а тут возможность почувствовать себя настоящим космонавтом!
— Вот и я так подумал. Лицензию я получил, осталось решить вопросы с разрешениями на выход за пределы станции в скафандре. Ну, тут мне Марк Лерой обещал помочь. Помнишь его?
— А как же! Правда, я его после Королёва не видел. Он где сейчас работает, у отца?
— Да, в космической программе «Боинга». Они ведут дела с корпорацией, владеющей «Джемини-Хилтоном», и он обещал свести меня с тем, кто может решить вопрос.
— Раз обещал, значит сведёт. — уверенно заявил Шарль. — Марк парень свой, надёжный. Но я вот о чём хотел поговорить…
Он извлёк из кармана сложенную вчетверо газету, с шуршанием развернул.
— «Таймс», вчерашний номер. Передовица посвящена недавнему скандалу в ООН из-за англо-японской программы исследования «звёздных обручей». Ты в курсе?
Стивен помотал головой.
— Не очень… честно признаться, вообще без понятия. У меня дела попроще, некогда следить за большой наукой. А что они там не поделили?
— Вот эти самые «звёздные обручи» и не поделили. Англичане сейчас ищут один в Антарктиде, чтобы вместе с японцами запустить на его основе исследовательскую программу. Руководство Проекта протестовало, но ничего не добилось — в ООН им заявили, что раз «обруч» находится в антарктическом секторе Австралии, то британцы имеют право делать там всё, что им заблагорассудится, если, конечно, австралийцы разрешат. А тут ещё и «обруч» в точке Лагранжа англичане заявили, что поскольку тот висит в межпланетном пространстве, то любая страны, способные туда добраться, имеют на его равные права. Так до сих пор и спорят, до Совбеза ООН дошло…