Этот большой мир. Тайна пятой планеты (СИ)
Дима успел покончить с половиной своей бутылочки (оказывается, он очень хотел пить!), когда дверь без скрипа распахнулась, и на пороге возник Главный Психолог. Он вскочил, едва не опрокинув столик вместе с недопитой бутылкой; И. О. О. же улыбнулся, махнул рукой — «сиди, мол…», снял пиджак, повесил его на спинку кресла (Дима заметил серебристую булавку в форме «Зари», той, из фильма) — и уселся напротив. Инженер же поприветствовал начальство, приветственно помахав зажатой в ладони бутылкой.
— Итак, Дмитрий…э-э-э…
— Дмитрий Олегович. — подсказал Дима.
— Итак, Дмитрий Олегович, у нас к вам предложение. Должен предупредить: то, о чём мы будем говорить, должно оставаться секретом для всех, кроме присутствующих. — он сделал многозначительную паузу. — Вы поняли меня? Для всех, без каких-либо исключений! Добавлю, что предстоящее вам дело крайне опасно, и если вы не готовы пойти на риск — не скрою, очень высокий, возможно, даже смертельный — то лучше скажите сразу. В этом случае мы расстанемся, и вы вернётесь к своим делам. Заверяю так же, что отказ никак не скажется на вашей дальнейшей карьере.
— Я согласен! — Дима торопливо закивал. В самом деле, какие ещё отказы? Геннадий Борисович одобрительно улыбнулся и показал оттопыренный большой палец.
— Хорошо. — кивнул И. О. О. — признаться иного ответам мы и не ожидали. Вы, разумеется, в курсе тех печальных событий, которые творятся сейчас в Японии, а заодно и на земной орбите. К сожалению, по сугубо политическим соображениям правительства стран-участниц Проекта лишены возможности предпринять активные действия — во всяком случае, пока вопрос не решён на уровне Генассамблеи ООН, — однако мы решили, что медлить больше нельзя.
И серьёзно посмотрел на собеседника. Инженер же всё так же сидел на своём подоконнике и покачивал ногой.
— Мы решили принять меры, чтобы покончить с этим безобразием.
— Извините… — нерешительно заговорил Дима. — Вы что же, собираетесь действовать вопреки им… правительствам, ООН?
— А вас это смущает? — улыбнулся в ответ И. О. О.
Это ещё как смущало Диму — пойти против решений властей — это вам не удрать зайцем с орбиты Титана, имея в качестве оправдания временное помутнение рассудка. За такое могут взгреть всерьёз. Ещё и от Внеземелья отстранят, навсегда… Но — промолчал, ограничившись неопределённым пожатием плеч: мол, понимайте, как хотите…
— Да не волнуйся ты так… — заговорил с подоконника инженер. — Формально Проект — самостоятельная организация, подчиняющаяся межправительственной комиссии, а та своего мнения не высказала. И пока этого не произойдёт, руки у нас до некоторой степени развязаны. Собственно, они там вообще не в курсе нашей задумки — и, надеюсь, останутся таковыми, пока всё так или иначе не закончится.
— Понятно… — согласился Дима, хотя по-прежнему чувствовал себя несколько неуютно. — А можно спросить: я-то вам зачем?
— Как я уже упоминал, тут важна, прежде всего, секретность. — заговорил И. О. О. — Вам, Ветров, мы доверяем целиком и полностью. Необходимой подготовкой вы обладаете, в физическом плане полностью восстановились, признаны годным без ограничений. И самое главное — Шарль Д’Иври, которого мы решили привлечь для этой миссии, затребовал в напарники именно вас.
Дима молчал, переваривая новость. Даже не спросил, о какой миссии идёт речь — придёт время, сами расскажут. Ну а Шарль… вот уж не ожидал!..
— Когда мы закончим, вы с Геннадием Борисовичем— продолжил И. О. О., словно не замечая ступора, в который впал собеседник, — отправитесь в Жуковский, на аэродром ЛИИ ВВС. Оттуда военный самолёт доставит вас космодром Плесецк. Сейчас он почти не используется, поскольку «батута» там нет — но сейчас, в силу известных вам обстоятельств, придётся прибегнуть к помощи ракеты-носителя. Её как раз сейчас готовят к старту.
«Ну да, конечно, подумал Дима, раз все, до единого, 'батуты» на планете парализованы — другого способа попасть на околоземную орбиту попросту нет. Но зачем вообще туда попадать? Ведь «звёздный обруч», ставший внезапно источником опасности, находится на Земле…
И. О. О. в очередной раз прочёл его мысли. И как это у него получается?..
— Вижу, у вас возникли вопросы, Дмитрий Олегович. Я могу уделить для них… — он посмотрел на наручные часы, — … не более пяти минут. Остальное вам объяснит ваш спутник по дороге на космодром. И ещё — к сожалению, вы не сможете сообщить о своём отъезде супруге. Поймите нас правильно — наши планы могут сорваться, случись хоть малейшая утечка. К тому же, как бы не повернулось дело, через двое, максимум, трое суток вы вернётесь домой.
— Но Нина… моя жена то есть… она же будет волноваться!
— Наш сотрудник её навестит и успокоит. Кроме того, перед стартом вы сможете написать письмо. Только уж извините, — он развёл руками, — перед тем, как отправить, Геннадию Борисовичу придётся его прочесть.
— Секретность, понимаю. — кивнул Дима. — А долго я буду… отсутствовать?
— Суток двое, не больше. — ответил инженер. — Да вы не переживайте так, всё будет хорошо. Вы и не из таких переделок выбирались. Чего стоит только ваш побег из системы Сатурна!
— Вы вообще везучий, Дмитрий. — добавил с улыбкой И. О. О. — А везение — это как раз то, что нужно нам сейчас больше всего.
Тяжёлый военно-транспортный борт оторвался от бетонки и круто полез вверх. На таком же, припомнил Дима, он улетел из Москвы в Севастополь, на аэродром Бельбек, откуда отправился в «Артек». История повторялась — только сейчас пузатый АН-12, набрав предписанную высоту, описал широкую дугу и взял курс не на юг, а на север, где в Архангельской области располагался космодром Плесецк.
О предстоящей миссии Геннадий Борисович начал рассказывать ещё по дороге в Жуковский — детально, обстоятельно, не упуская ни единой сколько-нибудь значимой детали. Дима узнал, что учёные Проекта «Великое Кольцо» разработали аппаратуру, которая могла заблокировать японский «обруч». Создатели устройства (в работе они использовали данные, полученные от одного из сотрудников Гарнье, сохранившего лояльность бывшим коллегам) давали восьмидесятипроцентную гарантию успеха. Однако, имелась и проблема: аппаратуру следовало установить непосредственно на поверхность «обруча», а японские власти и слышать не хотели о том, чтобы допустить к нему конкурентов. А хоть бы и согласились, подумал Дима — приближаться сейчас к «обручу» то же самое, что лезть в кратер действующего вулкана, извергающего потоки раскалённой лавы, плюющегося столбами раскалённого пепла и вулканическими бомбами. Остаётся только удивляться, как подобные нагрузки выдерживают стальные пилоны, на которых он установлен. А может, чёртовы японцы предвидели такое развитие событий и изготовили их из особой жаропрочной стали?
Оставался один-единственный путь — добраться до обруча по воздуху. Если бы Диме всего пару часов назад сказали, что кто-то настолько обезумел, что обсуждает такой вариант — он рассмеялся бы шутнику в лицо. Но, выслушав аргументы Геннадия Борисовича, вынужден был согласиться: да, реально, хотя и рискованно до чрезвычайности. Вероятность успеха составляет процентов тридцать, и то при определённом везении. Не было бы и того — если бы для выполнения задания не решили использовать десантный бот, сконструированный для изучения атмосферы Титана. Дима нисколько не удивился, узнав, что автором идеи был ни кто иной, как Шарль д’Иври — гасконец, бывший «юниор» и его, Димы, подопечный по космической артековской смене. А так же — один из лучших пилотов малых кораблей во всём Внеземелье, бесстрашный исследователь Титана и один из немногих, имеющий опыт полётов в бешеной атмосфере Венеры. Единственную вылазку туда он предпринял полгода назад, в рамках совместной советско-китайской экспедиции к сестре Земли, сумел выбраться невредимым, и вот теперь готов сунуть голову в очередную смертельную ловушку.
Если коротко, то план состоял в следующем. Имеется новенький десантный бот, приготовленный к отправке в систему Сатурна (там как раз стартовала программа зондирования верхних слоёв атмосферы планеты-гиганта) но, в силу известных обстоятельств, застрявший на земной орбите. Сейчас он ждёт у причала орбитальной верфи Китти-Хок; Шарлю с Димой предстоит, отстыковавшись от станции, выполнить спуск в атмосферу и на высоте примерно пятидесяти километров выйти на курс, ведущий к острову Сикоку. Это, разумеется, встревожит японцев, в особенности, их ПВО. Однако, диспетчерская служба Ближнего Внеземелья успокоит их, сообщив, что это следствие аварии — потерявший управление грузовой лихтер решили, пока он не натворил бед, свести с орбиты затопить в Тихом океане. Диспетчер, на которого была возложена эта миссия не в курсе операции — он будет искренне уверен, что дело обстоит именно так и никак иначе. Параметры траектории рукотворного болида так же не должны вызвать опасений — японцам ведь будет невдомёк, что снизившись до тридцати километров, бот на скорости в пять Махов преодолеет зону действия ПВО и, прикрываясь шлейфом вулканического пепла, приблизится к комплексу «Стар Миррор».