Отголоски тишины (ЛП)

Он замолчал и снова коснулся губами моих губ.
— Я ошибался. Если ты позволишь мне называть тебя своей, это будет самым драгоценным подарком, который я когда-либо получал. Моим подарком.
Мне не верилось, что все это происходит прямо сейчас. В моем животе смешались бабочки, радость и огонь.
— Нам нужно поговорить о том, что случилось сегодня после уроков, — пробормотал он, все еще крепко обнимая меня.
При напоминании об этом, о словах Стейси, я напряглась.
Киллиан этого не упустил. Он ничего не упускал. По-прежнему не размыкая объятий, он чуть отстранился, коснулся моего подбородка рукой и приподнял его, заглядывая мне в глаза в тусклом лунном свете.
— Веснушка, — позвал он.
Я моргнула, глядя на его темный силуэт.
— Ничего не случилось. Это пустяки, — ответила я, надеясь, вообще, уклониться от этой темы.
— Ты была расстроена. Так что это не пустяки. И никогда ими не будут, — возразил Киллиан.
Я вздохнула, одновременно ощущая тепло и холод. Его слова и чувства, стоящие за ними, согрели мое сердце, но отголоски слов Стейси препятствовали этому теплу.
Отпустив мой подбородок, Киллиан потер мои руки, чтобы согреть их, будто чувствовал, как в моей голове происходит сражение. И в сердце тоже. Он терпеливо ждал, пока я подберу слова, словно у него было все время мира.
— Просто Стейси сказала кое-что о том… что ты хочешь от меня. И как ты бросал других девушек после того, как получал от них желаемое, а затем забывал о них, — мои слова вырывались в спешке. Я надеялась, что если скажу их достаточно быстро, они не повиснут в воздухе свинцовой тяжестью.
Я принимала желаемое за действительное.
Киллиан весь напрягся, и я ясно почувствовала перемену в его эмоциях, настолько осязаемой была его ярость.
— Она так сказала? — прорычал он.
Я медленно кивнула.
— Ну, не конкретно такими словами, но суть я уловила, — прошептала я.
Киллиан отпустил мои руки, обхватив ладонями мое лицо, касаясь носом моего носа и овевая дыханием мои губы.
— Такому ядовитому и пустому человеку никогда не понять, чего я хочу от тебя, — прошептал он одновременно твердым и нежным голосом. — Что я не хочу у тебя брать. А только давать. Весь гребаный мир.
Он остановился, тяжело дыша. Я, к примеру, не дышала, потому что его слова были моим кислородом.
— Ничто. Ничто не заставит меня забыть тебя, Веснушка, — яростно пообещал он.
Мы долго молчали, прильнув лбами друг другу, пока его слова разгоняли отголоски сомнений в моей голове.
— Обещай, что никогда не позволишь ничьим уродливым словам забыть об этом, — прошептал Киллиан.
— Обещаю, — прошептала я в ответ.
Киллиан запечатлел легкий поцелуй на моих губах, наэлектризовав этим все мое тело.
— Нам есть о чем поговорить, — продолжил Киллиан так просто, будто его слова не потрясли меня до глубины души. — Но не посреди ночи, когда на тебе нет свитера.
Он снова потер мои руки.
— Мне не холодно, — возразила я. Мне было жарко. Его руки были лучше любого свитера.
— И все же я не хочу, чтобы моя девушка простудилась. Кроме того, я не хочу, чтобы мы встречались крадучись по ночам. Ты должна быть на свету, Веснушка.
— Значит, я твоя девушка? — тихо спросила я.
Киллиан убрал волосы с моего лба.
— Нет, пока я не приглашу тебя на настоящее свидание, о котором будет знать твоя мама, — ответил он, глядя мне в глаза.
Я закусила губу.
— Значит, мы не можем быть парнем и девушкой, пока ты официально не спросишь об этом мою маму? — ошеломленно спросила я.
— Веснушка, я уже считаю тебя своей девушкой. С того самого момента, как увидел тебя. Но я хочу пригласить тебя на настоящее свидание, чтобы твоя мама и весь мир узнал, что ты моя. Только моя.
Я стояла в объятиях Киллиана, и при этих словах мое сердце сильно заколотилось. Я, черт возьми, была его девушкой.
Он склонил голову и еще раз нежно поцеловал меня. Я мгновенно растворилась в нем. Но он отступил, слишком скоро.
— Тебе нужно вернуться в дом, — пробормотал он мне в губы, потирая мои руки. — Завтра поговорим о сегодняшнем дне, обо всем, что ты мне сказала. И я по-настоящему извинюсь перед тобой за субботу, все объясню, — пообещал он.
  
— Тебе не обязательно извиняться, — быстро сказала я.
Он мог бы сжечь мой дом, и я бы его простила, поцелуй он меня после этого. Это была опасная мысль.
Киллиан сжал мои руки.
— Я извинюсь перед тобой. Ты этого достойна. Ты не заслуживаешь моего дерьмового поведения, — непреклонно заявил он.
Киллиан поцеловал меня в лоб.
— В дом, Веснушка, — приказал он.
На мгновение я замерла, вглядываясь в его темную фигуру.
— Спасибо, — прошептала я.
— За что?
— За самый драгоценный подарок: самый идеальный первый поцелуй в истории первых поцелуев.
И прежде чем почувствовать себя уязвимой, высказав ему свои мысли, я развернулась и умчалась в дом.
Я рисковала пуститься вскачь, но вспомнила о ничего не подозревающей маме, спящей наверху. По крайней мере, я думала, что она наверху. Но когда, тихо пританцовывая по своей темной комнате, я выглянула на улицу, то увидела маму, выходящую из дома Зейна и перебегающую через улицу.
Я замерла, а затем быстро задернула штору.
— Обалдеть, — прошептала я себе под нос.
Мама. Выходит из дома Зейна посреди ночи. В ночной рубашке.
Я ухмыльнулась.
Это полный улет.
И с улыбкой на лице я отправилась спать.
Глава 9
В столовую я вошла, нервничая сильнее, чем в любой другой день своей жизни. В голове крутилось воспоминание о прикосновении губ Киллиана, а мои губы все еще покалывало от его поцелуя. Мне очень хотелось его увидеть. Другая часть меня не хотела его видеть. О чем бы мы сегодня ни заговорили, это не будет соответствовать тем фантазиям, которые я выстроила в своей голове.
— Лекси! — поприветствовал меня мужской голос, но не тот, который я ожидала.
Я повернулась.
— Привет, Джордан, — поздоровалась я, надеясь, не выдать своего разочарования.
Он тепло улыбнулся мне, вертя в руках футбольный мяч, который, казалось, всегда был при нем. Абсолютно не клише, нет.
— Итак, когда бы ты хотела, чтобы я приступил к обязанностям твоего верного слуги? — спросил он.
Я засмеялась.
— Твоя служба совершенно не обязательна. Я была рада помочь.
Он нахмурился.
— Но я не могу позволить тебе жертвовать своим временем, не дав ничего взамен. Как насчет того, чтобы я угостил тебя ужином, а затем мы могли бы обсудить наши регулярные встречи? В обмен на еженедельную пиццу? — спросил он с блеском надежды в глазах.
Я на миг замолчала. Против компании Джордана я не особо возражала. Хотя он был не из тех людей, с кем бы я предпочла тусоваться. Разговоры с ним всегда носили поверхностный характер, что-то вроде социальной жевательной резинки. Все этапы пройдены, но итог нулевой. Также я не возражала помочь ему с домашним заданием. Но я не была круглой дурой, когда дело касалось мальчиков. Я поняла его скрытый мотив при первой же встрече. Я была новенькой, диковинкой для мальчиков из маленького городка. Их не интересовала моя личность, по крайней мере, не Джордана. Киллиана... ну, каждой частичкой себя я надеялась, что с ним все по-другому.
— Если тебе нужен репетитор, предлагаю посмотреть объявления, — ответил за меня грохочущий голос, гораздо менее дипломатично, чем попыталась бы я.
Помяни дьявола.
Улыбка Джордана сникла, когда ко мне подошел Киллиан и демонстративно обнял за талию.
— Привет, Веснушка, — пробормотал он, потянув меня за локон.
— Привет, — выдохнула я, на долю секунды встретившись с ним взглядом, после чего в его глазах блеснула сталь, и они обратились к Джордану, неотрывно смотревшему на руку Киллиана.
Он не единственный, кто зациклился на этой великолепной конечности. Мой разум гудел от его небрежных прикосновений, проявления привязанности и, если я не ошибаюсь, заявления на меня прав. Поцелуй прошлой ночью ознаменовал решающий сдвиг в наших отношениях.