Отголоски тишины (ЛП)

К счастью, он усадил меня за маленький столик напротив машины на подъемнике, или как там это называется. Идеальное место для домашнего задания, если только не брать во внимание небольшое количество машинного масла, в котором я запачкалась.
Поначалу у меня не было возможности сосредоточиться на домашнем задании, потому что Килл сдернул с себя футболку, оставшись в майке, демонстрирующей его мускулистое тело. Затем он надел комбинезон и завязал его на талии.
Его темные глаза встретились с моими.
— Смотри в книги, Веснушка, — приказал он хриплым голосом.
Я сглотнула и тут же подчинилась, чтобы не побежать к нему и не наброситься. Мне потребовалось много времени, чтобы действительно увидеть слова на бумаге. С домашним заданием я разделалась быстро. Мы с Киллом работали в обоюдной тишине. Время от времени мимо проходил кто-то из мужчин, здоровался со мной, перекидывался парой слов с Киллом, а затем уходил.
Но в тот момент казалось, мы были одни во всем гараже. Поэтому я начала бренчать и тихонько напевать «Monsters» Кэти Скай.
Я пела ее из-за всего того, что преследовало меня последние несколько недель, но то, как мама Килла обращалась с ним, было хуже всего. Он больше никогда о ней не упоминал, и однажды я попыталась поднять эту тему. Он мягко, но твердо увел нас от нее.
— Я не трачу дыхание на разговоры о ней. И, определенно, не позволю тебе тратить свое, — прорычал он. Затем фактически заставил меня замолчать поцелуем.
Я не пропустила боль в его глазах. Не знала, как это исправить, и из-за этого мне тоже было больно. Поэтому решила прибегнуть к единственному доступному мне способу, который, как я знала, исцелял мою душу. К музыке.
Я потерялась в словах, но не сводила глаз с Килла. Как только он услышал первые строчки куплета, оттолкнулся от капота машины и замер, глядя на меня.
Последние слова песни я спела, надеясь, что они каким-то образом уменьшат боль, скрывающуюся так глубоко в мальчике, которого я любила.
Когда последние аккорды растаяли в воздухе, воцарилась тишина, и единственное, что осталось, — это отголоски смысла песни.
Лицо Киллиана было спокойным. Он оставался неподвижным, но его взгляд обжигал.
— Веснушка, — выдавил он, шагнув вперед.
В гараже раздались аплодисменты.
— Вау! Это было чертовски здорово. Сможешь сыграть «Enter Sandman»? — спросил веселый голос.
Наши с Киллианом взгляды остановились на источнике голоса. В дверях отсека стоял ухмыляющийся Лаки. Рядом с ним был Гейдж, и он не ухмылялся. Его глаза не отрывались от меня. Не думаю, что причиной тому была я, скорее, слова, которые я пропела. У меня создалось ощущение, что они затронули не одну поврежденную душу.
— Она тебе не чертов музыкальный автомат, — буркнул Киллиан, вытирая руки тряпкой.
Улыбка Лаки не померкла.
— Как скажешь, братан. Я согласен на что угодно. У нее великолепный голос, а я на сегодня закончил работу.
Он запрыгнул на багажник машины, болтая ногами, как маленький ребенок, хотя его ни за что нельзя было спутать с ребенком. Не с его татуировками, жилетом и миллионами мускулов. Ладно, может быть, не миллионами.
Я улыбнулась ему и Гейджу, прислонившемуся к дверному проему гаража со скрещенными на груди руками. Он не выглядел так уж жаждущим большего, как Лаки, но и уходить не собирался.
— Лекси, тебе не обязательно играть для этого клоуна, — воскликнул Килл, вставая рядом со мной.
— Осторожнее, малой. Я намного крупнее, не говоря уже о том, что привлекательнее тебя, и тебе нужно согласие всех членов клуба, чтобы тебя в него приняли, — предупредил он, но его тон был легким, как у старшего брата грозящего младшему.
Килл скрестил руки на груди. Мои глаза на мгновение отвлеклись на пульсацию его вен.
— Какое отношение это имеет к твоему голосу за меня?
Лаки ухмыльнулся.
— Никакое, мне просто нужно было убедиться, что все присутствующие здесь знают об этом.
Я слегка хихикнула и начала перебирать струны. Позволила нотам песни, которую просил Лаки, наполнить воздух, заглушить спор. Сыграв еще пару песен, я, к моему удивлению, собрала небольшую аудиторию. Казалось, я должна чувствовать себя неловко из-за того, что столько суровых байкеров уделяют мне такое пристальное внимание. Но нет. Это было легко. Нормально. Я не знала, произошло ли это во многом из-за присутствия Киллиана, или потому, что я считала этих мужчин своей семьей.
  
***
— Ты потрясающая, — пробормотал Килл, когда мы подъехали к моему дому.
Я повернулась к нему.
— Да, я знаю. Что послужило причиной данного признания? — спросила я с усмешкой.
Килл не улыбнулся.
— Я серьезно, Веснушка, — заявил он, глядя на меня. — Та песня…
Он замолчал, словно на мгновение потерявшись в своих мыслях.
— От твоего пения у меня перехватило дыхание, Лекси, — пробормотал он. — Ты играешь для моих братьев так просто, будто делаешь это каждый день, это было потрясающе. Я всегда горд называть тебя своей девушкой. Но в тот момент думал, что лопну от этого чувства. От гордости.
Я посмотрела на него и почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Он не закончил.
— Лекси, я знаю, почему ты спела ту песню. Что она означала. Это очень важно для меня, детка.
Я знала, что большего мне не добиться. Килл не уклонялся от того, чтобы поделиться своим мнением обо мне, хотя еще не услышала тех самых трех слов. Но по поводу других вещей он не делился со мной чувствами. Мы стояли бок о бок на похоронах убитого мужчины, а Килл почти все время держался бесстрастно и молчаливо. Когда позже я попыталась поговорить с ним, он отмахнулся от меня, причем не жестоко.
— Дело сделано, Веснушка. Его нет. Предан земле, — вот и все, что он сказал.
Так что, его откровенность в данный момент значила очень многое.
Наклонившись, я положила руки ему на грудь и легко поцеловала в губы. Ну, сначала легко. Как и большинство наших поцелуев в последнее время, этот быстро перешел на новый уровень. Килл запустил пальцы в мои волосы, слегка потянув за них. С гортанным звуком он прижался лбом к моему лбу.
— Иди в дом, Веснушка, — приказал он хриплым голосом.
Я немного отстранилась, чтобы видеть его лицо полностью.
— Ты не зайдешь на ужин? Единственный мамин кулинарный талант — это разогретая лазанья, которую я приготовила заранее. Даже она не сможет ее испортить, — поддразнила я.
— Не сегодня. — В его голосе звучало извинение. — Клубные дела, — загадочно продолжил он.
Я подняла бровь.
— Клубные дела? — повторила я. — А поподробнее?
Килл вздохнул.
— Хотел бы я сказать, но не могу. Прости, Лекси. Это дела клуба.
Я прищурилась.
— Но формально ты еще даже не член. Ты не сможешь вступить в клуб, пока тебе не исполнится восемнадцать.
— Я родился членом клуба, — возразил Килл. — Нашивка — это формальность. Я Сын по крови и не останусь в стороне от того, что произошло на выходных. Что подвергло тебя опасности. Стег это знает.
Сын по крови. Внутри меня все опустилось.
— Это дело, оно ведь не подвергнет тебя опасности? — забеспокоилась я.
Килл стиснул мою шею.
— Не волнуйся, детка. Со мной все будет в порядке, — пообещал он. Затем крепко поцеловал. — Увидимся завтра.
Думаю, таков был способ Килла сказать мне, чтобы я уходила. Меня это раздражало.
— Ага, — выдавила я.
И прежде чем он успел притянуть меня к себе, схватила сумку и гитару и вылезла из машины, удерживаясь от того, чтобы не топать по подъездной дорожке. Потребовалось больше выдержки, чтобы не оглянуться на машину, стоявшую на тротуаре. Я сделала это, захлопнув за собой входную дверь.
Бросив вещи к ногам, я издала тихое раздраженное рычание.
— Ой-ой, звучит как рассерженный подросток, — заявила мама, выходя из гостиной и опираясь на дверной косяк. — Ад замерз, и ты, наконец, превращаешься в подростка-монстра?