Отголоски тишины (ЛП)

Я взглянула на океан, освещенный лунным светом. Шум волн успокаивал и умиротворял.
— Хотелось бы мне остаться здесь навсегда, — прошептала я. — Построить здесь дом и прожить в нем всю жизнь.
Килл съежился от моих слов и надолго замолчал.
— Тебе не суждено оставаться на одном месте, Веснушка, — заявил он наконец. — Ты будешь ездить повсюду.
Его голос звучал странно, почти отстраненно.
Я схватила его за руку.
— Мы будем ездить повсюду, — поправила я. — Без тебя я никуда не поеду.
Килл не ответил. Он поцеловал меня в голову и наклонился, чтобы забрать покрывало.
Я последовала за ним к машине, не особо задумываясь об этом моменте. А мне следовало бы. Возможно, позднее это спасло бы мое сердце.
А, возможно, и нет.
Глава 24
Следующим днем, бросив сумку в гостиной, я улеглась на диван. Сегодня был один из тех редких дней, когда группа не репетировала. Я попросила Килла отвезти нас с Джиной в кафе, чтобы мы вместе позанимались. Все это время Джина молчала. Вне сомнения, Килл пугал ее до чертиков. Не потому, что вел себя грубо, напротив, он изо всех сил старался быть с ней милым, а потому, что она вела себя так с большинством мальчиков. Опыта у нее было еще меньше, чем у меня. И в книжный мир она тоже погрузилась глубже, чем я. Даже ходила по коридорам, уткнувшись носом в книгу. Как-то раз я попыталась оторвать ее от чтения, чтобы она посидела с нами за обедом, но Джина все время краснела и не сводила глаз с подноса. Я заметила, как ее взгляд метнулся к Сэму, когда тот не смотрел, и поняла, что означал этот взгляд. Она была влюблена в него. Поскольку он был невежественным идиотом, хотя и милым, он этого не замечал. А поскольку он был подростком, то не ценил естественную красоту Джины.
В кафе я спросила ее об этом, и она покраснела так же, как и всегда.
— Тебе следует поговорить с ним, — настаивала я. — Или я могу сделать это за тебя, подтолкнуть его немного в правильном направлении.
Пусть Сэм и встречался с поверхностными девушками, но я знала, что он глубже, чем кажется на первый взгляд. Джина подошла бы ему.
Она в ужасе уставилась на меня.
— Нет, не надо, — воскликнула она. — Просто… не надо. Такой, как Сэм, никогда не посмотрит на такую, как я, — пробормотала она, опуская взгляд. — Я это знаю.
Протянув руку через столик, я сжала ее руку.
— На такую, как ты? Ты имеешь в виду красавицу с потрясающим чувством стиля и добрым сердцем?
Джина посмотрела на меня и улыбнулась.
— Ты милая, Лекси. Милее, чем я ожидала от девушки, похожей на... тебя с таким парнем, как Киллиан Дечезаре. Никакого сравнения со Стейси и ее подругами, — пробормотала она, отводя глаза.
Я проглотила гнев, вызванный ее невысказанными словами. Противная Стейси жестоко относилась к самой доброй девушке, которую я встречала.
— В общем, я знаю, что ты от чистого сердца приглашаешь меня сесть с вами, пытаешься свести меня с парнем, который настолько не в моей лиге, что это даже не смешно, но, пожалуйста, не надо, — любезно попросила она. — Не хочу показаться неблагодарной. Я рада, что ты моя подруга... если мы, конечно...
Я сжала ее руку.
— Конечно, мы подруги.
Она снова улыбнулась.
— Но мои книги устраивают меня. И мое одиночество. Обеды наедине с собой. Я чувствую себя некомфортно, находясь среди толпы и мальчиков, особенно тех, кто похож на твоих друзей. Они тоже все очень дружелюбные, но я просто не могу.
Я кивнула, испытывая вину за то, что заставляла девушку делать то, что вызывало у нее чувство неловкости.
— Это совершенно нормально. Я понимаю. В любом случае, книги — гораздо лучшая компания, чем такие прохвосты, как Сэм. — Я подмигнула. — Значит, мы с тобой просто будем встречаться за чашкой кофе?
Джина расслабилась, и я отпустила ее руку.
— Спасибо.
Я просияла, но в глубине души грустила, не понимая причин ее низкой самооценки.
— Но предложение всегда в силе, знай это, хорошо? Если книги тебе когда-нибудь наскучат, знаю, это ужасающая перспектива, но если такое случится, тебе всегда рады за нашим столом, — пообещала я.
  
Джина снова кивнула, и я больше ничего не добавила по этому поводу. Я планировала убедиться, что вмешаюсь, если когда-нибудь снова увижу Стейси рядом с ней. Возможно, в последнее время она и сторонилась нас с Киллом, но я не дам ей вредить моим друзьям.
Один кофе сменился тортом, который превратился в еще больше кофе. Домой я вернулась позже, чем ожидала, но Килл написал, что ему придется задержаться в клубе допоздна, поэтому я планировала потеряться в «Медном всаднике», перечитывая его в миллионный раз.
— Привет, куколка, — прозвенел голос надо мной.
Я подпрыгнула достаточно высоко, удивленная, что не ударилась о потолок. Потертая и потрепанная книга вылетела у меня из рук.
— Боже, мама. Ты пытаешься довести меня до инфаркта? — обвинила я.
Она со смешком обогнула диван.
— Если тебе грозит инфаркт в шестнадцать, нам лучше узнать, что не так с твоим сердцем, — сказала она, садясь на диван рядом со мной.
Я пристально посмотрела на нее, подняв свою книгу, чтобы убедиться, что та не пострадала. Обрадовавшись, что книга выдержит еще хотя бы несколько перечитываний, я перевела взгляд на маму.
— Почему ты дома так рано?
Мама была очень занята в гостинице. «Она постоянно находила себе дело», — подумала я. Теперь, когда Килл забирал меня и отвозил в школу, к моменту как я, спотыкаясь, вставала с кровати, она, вероятнее всего, уже собиралась уходить. Времени хватало лишь на быстрый поцелуй в мою голову. Домой она возвращалась позже обычного, ужинала, смотрела фильм со мной и Килом, если мы были дома, и время от времени приходила на концерты. По выходным мы по-прежнему тусовались вместе, но она поставила перед собой задачу всегда быть при деле. Я знала, почему. Причина была в Зейне. Мама не хотела останавливаться, потому что тогда ей пришлось бы признать его отсутствие, заметить, что ее сердце разбито. Мне было больно видеть ее такой.
С ее лица исчезла притворная улыбка, и она стала серьезной.
— Мне нужно кое-что тебе сказать. На самом деле, пару вещей.
У меня защемило сердце. Когда я вчера вечером вернулась домой, мама уже спала. Она давно перестала дожидаться меня, чтобы убедиться, что Килл соблюдает комендантский час; она доверяла ему. С того ужасного происшествия в клубе она во многом ему доверяла. Мне хотелось разбудить ее и спросить, как прошло свидание, но в то же время я не хотела об этом знать. Боялась услышать, что все прошло хорошо. Я бы не стала мешать ее счастью, никогда. Но мама принадлежала Зейну.
— Хорошо, — осторожно сказала я, собираясь с духом.
Мама сжала мои руки, в ее глазах стояли слезы.
— Сегодня я разговаривала с адвокатом. Адвокатом Стива и Авы.
Это прозвучало настолько неожиданно, что я вздрогнула от острой боли, пронзившей меня при упоминании их имен. Я никогда их не забывала. Ни дня, ни часа не проходило, чтобы я не думала о них. Не скучала по ним. Не испытывала невыносимой агонии из-за того, что никогда больше их не увижу, никогда не смогу позвонить и спросить совета у Авы. Но она начала исчезать. Боль. Лишь время от времени я ощущала ее в полную силу, когда ни с того ни с сего на меня обрушивались воспоминания, и я осознавала реальность значения смерти.
Заметив мою физическую реакцию, мама сжала мою руку. Боль окрасила ее лицо.
— Да, детка, я тоже меньше всего этого ожидала, — пробормотала она. Затем выдержала продолжительную паузу. — Они оставили нам всё.
Я растерянно нахмурилась.
— Что — всё?
— Всё, чем владели. Гостиницы, дом. Деньги, — перечислила она ровным тоном. — У тебя тоже есть свои деньги, которые ты получишь по достижении двадцати одного года. Достаточно для поступления в любой университет на твой выбор. Черт побери, если бы ты захотела, то могла бы поступить хоть в университет на Луне, — попыталась пошутить она.