На всю оставшуюся жизнь (СИ)
Пэнси выскочила за дверь и с шумом захлопнула ее.
— Как ты думаешь, — со сложным выражением на лице спросил Драко, не поднимаясь с колена и не выпуская руку Гермионы, — сто́ит сегодня выходить из комнаты?
Гермиона высвободила ладонь, потрясла свою мантию, выудила из складок волшебную палочку и решительно направила ее на дверь:
— Коллопортус!
Мисс Паркинсон вернулась в класс без прогульщиков, зато с непередаваемым выражением на лице. У профессора Снейпа возникло ощущение, что перед входом в кабинет ее то ли стукнули по голове, то ли Пивз признался ей в любви.
— Мисс Паркинсон? — в своей излюбленной манере напомнил о себе учитель.
— А? — девушка рассеянно посмотрела на него и двинулась к своему месту походкой инфернала.
— Мисс Паркинсон, я, кажется, посылал вас за отсутствующими учениками!
— А? Да-да… Нет, профессор, они не придут.
— Позвольте узнать, что может отвлечь выпускников от занятий накануне экзаменов? — язвительно прошипел Снейп.
Пэнси повернулась к нему и посмотрела как на умалишенного:
— Как что? Драко делает Гермионе предложение!
Класс замер. Профессор удивленно поморгал глазами.
— Какое… предложение?
— Руки и сердца, разумеется.
С задней парты раздался звон и грохот, по помещению поплыл запах разлитого зелья. Мимо учителя с перекошенным лицом пронесся Рональд Уизли. Следом за ним вылетел Поттер с вытаращенными глазами.
— Цветы! — взвыл Забини, подрываясь и уносясь за ними. — Он же не подготовил цветы! — долетело из коридора.
Урок был сорван. Через полминуты в классе не осталось никого, кроме слегка заторможенной и мечтательно улыбающейся мисс Паркинсон. Зато по коридору гарцевало стадо гиппогрифов, стремящихся увидеть эпохальное событие.
Снейп прикрыл лицо ладонью и покачал головой. Ох уж эти Малфои с их неподражаемым умением влезть в неприятности на ровном месте и при этом быть неприлично счастливыми! А Люциус еще спрашивает, почему это его сын — оболтус!..
========== 11. Такие разные родители ==========
Драко и Гермиона сидели на полу, привалившись спинами к кровати, и тихо переговаривались. За дверью, в общей гостиной Слизерина, буйствовали их однокурсники, стремящиеся поучаствовать в теперь уже семейной жизни молодых людей. Иногда голоса прорывались даже сквозь заглушающие чары, и тогда Гермиона тыкала палочкой в сторону двери и обновляла заклинание. Командная работа двух вечно соревнующихся факультетов давала поразительные результаты, и тогда уже Драко обновлял магические запоры. Но пребывать в осадном положении им не нравилось одинаково.
— Как думаешь, чего они хотят? — вздохнула Гермиона.
— Девчонки — или поздравить и обмусолить детали, или наговорить тебе гадостей — и обмусолить детали.
— А тебе?
— А меня будут тонко и зло подстебывать до ЖАБА. А некоторые — и после, потому что Гринграссы — наши соседи, с ними так или иначе пересекаемся, Гойлы — тоже соседи. Грег стебаться не будет, но достанет с мальчишником. Мы с тобой можем пожениться хоть через пять лет, но мальчишник с меня начнут требовать уже завтра.
Гермиона вздохнула и поморщилась: из-за двери раздался вопль Рона, который требовал подать ему Малфоя, здесь и сейчас. Она взмахнула палочкой, приглушая звук, и пригорюнилась.
— А твои чего хотят? — спросил Драко.
— Вот уж не знаю! Рон, скорее всего, сам не понимает, чего хочет, у него просто эмоции зашкаливают. Гарри, как всегда, сначала бежит на помощь, а потом интересуется, нужна ли она была. Ну и остальные тоже…
Они помолчали, с опаской наблюдая, как прогибается под напором сочувствующих толстенная дубовая дверь.
— Надо удирать, — авторитетно заявил Драко. — Боггарты побери этот запрет на аппарацию! Сейчас бы переместились куда-нибудь недалеко и переждали бы это безумие.
Гермиона оценивающе покосилась на юношу, хмыкнула и поднялась. Драко с интересом наблюдал за тем, как она медленно ходит по его комнате, рассматривает вещи, откладывает в сторонку и берет новые. Выбрав, наконец, свиток с черновиком эссе, девушка подошла к нему.
— Сделаем портал. Аппарировать мы и правда не можем, но ты когда-нибудь слышал, что на территории Хогвартса не работают порталы?
— Нет, — с восхищением протянул Драко, удивляясь, как он сам не додумался до такого простого решения. — Куда будем драпать?
— Куда-нибудь, где нас точно не станут искать. Есть идеи?
— А давай сразу ко мне домой, а? — Драко поднялся. — Заодно с мамой познакомишься. Она у меня классная!
— В таком виде? — нахмурилась Гермиона, обводя свободной рукой свою пижаму. — У твоей мамы инфаркт случится, а если ты еще объявишь ей, что вы с твоим папой придумали, на моей совести будет безвременная кончина ни в чем не повинной женщины!
Драко засмеялся и полез в шкаф, откуда вынырнул с брюками и свитером. Которые и протянул Гермионе.
— Ремень потуже затянешь, и они с тебя не упадут, а свитера вообще универсальны, так что подойдет. Пока так. А дома мама найдет, во что тебя одеть. Уж ты мне поверь! И не переживай за мамино здоровье, она уже двадцать четыре года живет с папой, а это, знаешь ли, испытание для нервов похлеще, чем даже тебе светит со мной.
Гермиона только головой покачала, принимая у Драко одежду. Интересно, он сам понимает, что сейчас не только папу с потрохами сдал, но и себя? С другой стороны, вот такой Драко Малфой — смешливый, открытый, честный — был куда приятнее прежнего слизеринца. Гермиона, сама не отдавая себе отчета в том, что с мыслью о предстоящем замужестве уже как-то сроднилась, решила изучить этот внезапный подарок судьбы до конца.
В Малфой-мэнор они прибыли эффектно: свалились прямо под ноги Нарциссе Малфой, сидевшей в малой гостиной с чашечкой кофе и маггловским журналом моды. Хозяйка поместья выгнула тонкую бровь, отставила фарфоровую чашку и склонила голову на бок, рассматривая сына. Тот лежал на ковре, обнимая некую девицу с растрепанными волосами.
— Доброе утро, мама, — поздоровался Драко, не предпринимая попыток подняться.
— Доброе, — согласилась Нарцисса. — А вот над перемещением с помощью портала еще надо поработать.
Сын хмыкнул и обратил свое внимание на спутницу, которая прятала лицо у него на плече и что-то шипела сквозь зубы. Нарцисса разобрала «позорище!» и «чтобы я еще раз!». Одета девушка была явно не в свои вещи, и миссис Малфой искренне заинтересовалась, что же должно было привести молодых людей в их дом.
— Мам, у нас к тебе важное дело…
— Драко, ты ведешь себя неподобающе! Для начала помоги подняться нашей гостье и встань сам. А потом… — Нарцисса проследила, как ребята поднимаются на ноги, — потом я отведу юную леди в гостевую комнату и помогу подобрать платье.
— Мам!
— Драко, солнышко, — ласково проговорила Нарцисса, и сын нервно сглотнул. — Даже самые важные дела следует обсуждать в комфортной обстановке. А юная леди явно чувствует себя некомфортно в… твоем свитере? И твоих брюках?
Солнышко вздохнуло и покорилось судьбе. Гостья вскинула на него вопросительный взгляд, и Нарцисса отметила, что девочка весьма симпатичная, с тонкими, гармоничными чертами лица и умными глазами. Неудивительно, что в мальчишеских вещах ей неуютно!
— Мама, я все-таки задержу вас на минутку. Позволь представить тебе мисс Гермиону Джин Грейнджер. Гермиона, а это моя мама, леди Малфой.
— Идемте, — Нарцисса сдержанно и тепло улыбнулась покрасневшей девушке, протягивая руку. — Мальчишки всегда мало внимания уделяют простым, но таким важным вещам.
И Гермиона пошла, исподтишка рассматривая дом, в котором вырос Драко. Вопреки опасениям, миссис Малфой не набросилась с расспросами, не подтрунивала, но по ее глазам было видно, что любопытство снедает ее не меньше, чем грызло бы любую другую на ее месте. Для юной гостьи она подобрала элегантное шелковое платье жемчужно-серого цвета, туфли-лодочки на невысоком каблуке и предложила освежиться, жестом иллюзиониста открыв перед Гермионой дверь в ванную. Домовой эльф с одухотворенным лицом и тонкими нервными пальцами в несколько движений создал из копны волос простую, но изысканную прическу, и всего через пятнадцать минут девушка смотрела в зеркало на совершенно незнакомое ей создание.