На всю оставшуюся жизнь (СИ)

— Почему она не показывает то, что было час или два назад?!
— Не, — махнул рукой Рон, — она только в режиме реального времени работает.
— Я знаю! — Гермиона подняла карту и потрясла ее. — Ну покажи, куда и когда он пошел! — взмолилась она.
Молодые люди собирались проверить Выручай-комнату и ждали, пока Рон отыщет свою волшебную палочку, зарытую глубоко под диванными подушками, поэтому никто из них не увидел, как карта мигнула и по ее поверхности пролегла цепочка маленьких следов, больше похожих на точки. Гермиона ахнула, уронила пергамент на стол и выбежала из гостиной. Недоуменно переглянувшись, ребята бросились за ней.
Они догнали Гермиону, когда она с пристрастием допрашивала Филча. Девушка нашла завхоза в коридоре на нижнем этаже, где вредный старикан цеплялся к стайке второкурсниц. Там же, на глазах у изумленной публики, староста седьмого курса Гермиона Грейнджер вцепилась в отвороты его сюртука и чуть ли не трясла, требуя ответа. Обалдевший от этакого напора Филч нервно оправдывался, что, мол, видел он мелкого пацана, да, и даже хотел задержать, но ребенок удрал от него к выходу из здания, а он-де, Филч, слишком старый, чтобы гоняться за юркими детьми.
— Куда он пошел?! — Гермиона тряхнула завхоза с такой силой, что дед щелкнул челюстью.
— Да откуда ж мне знать?! — взвыл он. — Может, к мосту побежал!..
Девушка отпихнула бесполезного свидетеля и припустила к выходу. Обеспокоенные Гарри, Рон и Блейз рванули за ней. Через мост маленький Драко мог попасть к озеру, в Запретный лес, на станцию — куда угодно. Судя по всему, сбежал он довольно давно.
Гермиона выбежала за Главные ворота и помчалась к озеру. Больше всего она боялась, что с Драко что-нибудь случится. Думать о том, почему мальчик удрал, она будет потом. Сейчас главное его найти и убедиться, что он цел и невредим. Только бы он не свалился в воду! Только бы не забрел в Запретный лес! Гермиона на бегу вытерла слезы с щек и прижала ладонь ко рту. Такого ужаса она не испытывала никогда в своей жизни. Никакой мандраж перед экзаменами не шел в сравнение с этим страхом, скрутившим все ее внутренности и сжавшим сердце когтистой лапой!
Она обежала озеро почти по кругу, когда ее нагнали помощники. Запыхавшийся Рон махнул рукой и уперся ладонями в колени, переводя дыхание и предоставляя другу возможность объясняться с Гермионой самостоятельно. Забини выглядел мрачно — видимо, и до него дошел весь ужас ситуации.
— Не нашла! — со слезами в голосе выкрикнула Гермиона.
— Идем к Хагриду, — Гарри потянул ее за руку в сторону хижины егеря. — Если он ушел в Запретный лес, без Хагрида мы его не найдем.
Гермиона шмыгнула носом и бросилась к жилью великана, даже не посмотрев на оставленных за спиной друзей. Забини покачал головой.
— Откуда в ней столько энергии? — пробормотал он.
— Посмотрел бы я на тебя! — отозвался Гарри и быстрым шагом ушел вслед за подругой.
Рон разогнулся, вытер лицо ладонью и вздохнул:
— Мне вот тоже интересно, откуда у нее столько сил! И чего она так распсиховалась?
Блейз снова покачал головой и двинулся за убежавшими однокурсниками.
Тем временем Гермиона достигла хижины, быстро постучала и распахнула дверь. Открывшаяся ей картина выбила из девушки дух и заставила сползти по косяку на пол.
Драко сидел на столе, нахохленный и смурной, а добрейший Хагрид уговаривал ребенка попить морсику и отправляться обратно в Замок, его же искать будут! Драко мотал головой и отворачивался.
— Драко! — выдохнула Гермиона.
Мальчик хмуро на нее посмотрел и демонстративно отвернулся. Гермиона удивленно ахнула.
— Хагрид! — до хижины добежал Гарри. — Нам срочно надо!.. А-а-а? Драко?
— Вот, — лесничий развел руками, едва не расплескав питье из кружки, — нашел на опушке. Не сразу поверил своим глазам — откуда бы в моем лесу такому малышу взяться? Хотел отвести в Замок, да он не соглашается, — великан тяжко вздохнул и пристроил кружку на край стола. Гермиона машинально отметила, что как только Драко повернется, морс окажется на полу, а посуда разобьется.
  
— Ах, вот ты где! — раздалось от входа. Это до хижины добрался Рон. Он оттеснил Гарри, обошел Гермиону и решительно направился к ребенку. — А ну иди сюда, маленький засранец! Щас я тебе всыплю!
— Рон! — выкрикнула Гермиона, поднимаясь с пола. — Не вздумай!
Драко уставился на грозного дядю Рона с удивлением и легким страхом. В его светлую детскую головенку только сейчас пришла мысль, что он сделал что-то неправильное и что его могут за это наказать.
— Вот еще — «не вздумай»! — разорялся тем временем Рон, повернувшись к Гермионе. — Перепугал всех до боггартиков, а ты его и пальцем не тронь?! Не-е-ет! Я ему так по заднице надаю, что сидеть не сможет!
— Рональд, — сурово произнесла Гермиона, подходя к столу и прижимая к боку Драко, заметно испугавшегося порки и забывшего, что он на девушку, вообще-то, обижен. — Даже не думай! Драко, конечно, виноват, и я обязательно его накажу, но бить ребенка ты не будешь! Что тебе вообще в голову взбрело?
— А ему что в голову взбрело? — Рон посмотрел на мелкого, нахмурился и потребовал ответа: — Вот объясни, зачем ты убежал?
Драко шмыгнул носом, обхватил ручками свою защитницу и уткнулся носом ей в живот. Спрятался.
Рон не отставал, Хагрид тяжело вздыхал, Гарри переминался с ноги на ногу у входа. Снаружи хихикал Забини, разумно не вмешиваясь в семейные разборки. Гермиона перевела дух, подхватила малыша и, благодарно кивнув лесничему, вышла за дверь. Драко цеплялся за ее шею, сопел в плечо и упрямо молчал. Девушка чувствовала, как колотится его сердечко, и понимала, что как следует наказать его не сможет. Сзади топал Рон, продолжая рассуждать о непослушных детях, которым сильно не хватает воспитательных шлепков, и смеялся Забини, вопрошая, часто ли лупили самого Рона Уизли.
В комнате, отправив восвояси всех воспитателей и успокоив тех, кто оставался в Замке, Гермиона усадила Драко на стул, сама встала напротив и строго спросила о причине побега. Мальчишка насупился, выпятил губки и собрался зареветь, но Гермиона на провокацию не поддалась и сразу сказала, что разжалобить ее не выйдет. Драко судорожно вдохнул, потупился и шепотом признался:
— А ты меня не любишь, вот!
— Что? — опешила Гермиона. — Почему ты так решил?!
— А ты выйдешь замуж за Блейза, а меня бросишь, — еще тише объяснил Драко.
Гермиона замерла, удивленно глядя на его склоненную голову, и диву давалась, с чего он это взял. Она как-то не учла, что причинно-следственные связи для малышей даются нелегко, и теперь жалела о том, что не поговорила с ребенком сразу. Видимо, дневного разговора ему не хватило, он засомневался в ней. Вздохнув, девушка присела перед мальчиком на корточки, взяла в руки его ладошку и терпеливо произнесла:
— Драко, солнышко, Блейз шутил, когда звал меня замуж. Мы еще слишком молоды, чтобы думать о таких серьезных вещах. Поэтому тебе совершенно не о чем волноваться. И ты ошибаешься, если думаешь, что я тебя не люблю. Я тебя очень люблю! Ты мой зайчик, моя лапушка. Как тебя вообще можно не любить?
Драко поднял на нее полный сомнения взгляд, в котором, впрочем, явственно читалась надежда.
— А мама тоже говорит, что любит, а потом уезжает с папой!
Гермиона плюнула на непедагогичность своего поведения и крепко обняла мальчишку. Он прижался к ней и горестно всхлипнул. Девушка погладила его по волосикам и поднялась.
— Драко, радость моя, у твоего папы очень серьезная и важная работа, — увещевала она, изо всех сил пытаясь вспомнить, чем же занимается в Министерстве Малфой-старший. — Иногда он уезжает очень далеко, в другие страны и даже на другие континенты! И мама едет с ним, потому что у взрослых так принято. Это же совсем не значит, что твои родители тебя не любят!
— Да-а-а, — прохныкал Драко, — а почему они меня с собой не берут? Все время оставляют с нянями? Вот миссис Рид грозилась меня отшлепать, как дядя Рон, а мисс Буки запирала в комнате!