Беременна от Братвы (ЛП)

— Я не могу, Лео, — говорю я, и мой голос полон сожаления. — Теперь это моя жизнь.
— Тебе не место в темноте, — настаивает он, его голос слегка прерывается. — Ты заслуживаешь лучшего, чем это.
Я качаю головой, отдергивая свою руку от его. — Может быть, — признаюсь я, мое сердце сжимается, когда я вижу боль в его глазах. — Я принадлежу Ивану. Я не могу его оставить.
Лео отступает назад, на его лице отражается боль. — Почему, Сара, почему он?
Я колеблюсь, подбирая нужные слова. — Потому что я сделала свой выбор, — наконец говорю я. — Как бы мне этого ни хотелось, я не могу его изменить. Вот кто я сейчас. Я не представляю жизни без него.
Лео смотрит на меня, на его лице смесь недоверия и грусти. — Я не знаю, смогу ли я тебя отпустить.
Глава 17 - Иван
Встреча с итальянцами закончилась быстрее, чем я ожидал, и, когда я ехал обратно по узким улочкам Флоренции, мои мысли вернулись к Саре. Я не могу не усмехнуться, вспоминая ее раньше, как она выглядела такой раздраженной из-за того, что ей пришлось идти одной, ну, не одной с Артемом, что для нее, вероятно, еще хуже. Огонь в ее глазах, дерзость в ее голосе... она всегда пытается надавить на мои кнопки, но я знаю, что она просто пытается выкроить немного независимости в этой жизни, в которую я ее втянул.
Мысль о ней вызывает легкую улыбку на моих губах, но когда я приближаюсь к галерее Уффици, мое настроение меняется. Улицы вокруг галереи полны суеты, но я нахожу место и паркуюсь, чувствуя странное притяжение к ней. Чем ближе я подхожу, тем больше я чувствую потребность увидеть ее, напомнить ей, и себе, о том, что между нами.
Артем ждет снаружи, как обычно, вечно бдительная тень. Он выпрямляется, увидев меня, кивает в знак признания. — Она внутри, мистер Шаров, — говорит он профессиональным тоном.
Я киваю в ответ, проходя мимо него в галерею. Прохладный воздух и тихая атмосфера галереи резко контрастируют с жарой и шумом снаружи. Я начинаю поиски, пробираясь по коридорам и поглядывая на произведения искусства, хотя ни одно из них не привлекает моего внимания. Я сосредоточен исключительно на поиске Сары, моей маленькой дерзкой жены, которая, вероятно, дуется из-за того, что ее оставили одну.
Когда я наконец замечаю ее, моя кровь стынет в жилах. Она не одна. Она стоит с мужчиной, их разговор слишком интимный для меня. То, как они смотрят друг на друга... как будто у них общая история, что-то глубокое, что-то личное. Моя челюсть сжимается, когда я наблюдаю за ними издалека, мои руки сжимаются в кулаки.
И вдруг мужчина обнимает ее.
Красный. Все, что я вижу, красный. Мое зрение сужается, когда ярость заполняет мои вены. Не думая, я марширую к ним, мой шаг длинный и целеустремленный. В ушах звенит, звук моей собственной ярости заглушает все остальное. Как он посмел прикоснуться к ней? Как она посмела позволить ему?
Я настигаю их за считанные секунды. Не говоря ни слова, я хватаю мужчину за воротник и оттаскиваю его от нее, отбрасывая его в сторону с силой, которая заставляет его споткнуться. Прежде чем он успевает отреагировать, мой кулак врезается в его челюсть, и приятный хруст костей, встречающихся с костями, отдается в моих костяшках.
Сара задыхается, бросаясь между нами, ее руки упираются мне в грудь в тщетной попытке удержать меня. — Иван, остановись! — умоляет она, ее голос высокий от паники. — Пожалуйста, не делай этого!
Ее слова едва заметны. Все, о чем я могу думать, это взгляд на ее лицо, когда она была с ним, как она, казалось, знала его, заботилась о нем. Это предательство, к которому я не был готов, рана моей гордости и мои претензии к ней, которые я не оставлю без внимания.
— Кто это, черт возьми? — рычу я, не сводя глаз с мужчины, который теперь схватился за челюсть, пытаясь встать.
Прежде чем Сара успевает ответить, мужчина, Лео, как я думаю, она его назвала, плюет кровью на пол и смотрит на меня, его неповиновение ясно, несмотря на боль. — Ее сердце мое, — говорит он, слова невнятны, но все еще разрезают воздух, как нож.
  
Его дерзость вызывает во мне новую волну ярости. Я бросаюсь вперед, готовый вбить его в землю за то, что он осмелился сказать такое, но Сара бросается перед ним, сжимая руками мою рубашку и умоляя меня остановиться. — Иван, пожалуйста! Он просто старый друг. Это не то, что ты думаешь!
Ее прикосновения достаточно, чтобы заставить меня остановиться, но едва-едва. Моя грудь вздымается от усилий сдержать себя, от желания защитить то, что принадлежит мне, и от потребности понять, что, черт возьми, здесь происходит. Я смотрю на нее сверху вниз, ища в ее глазах правду, какое-то объяснение, которое даст всему этому смысл.
— Он ничего для меня не значит, — говорит она дрожащим, но ровным голосом. — Клянусь, Иван, он никто.
Я прищуриваю глаза, пытаясь оценить ее искренность. Прежде чем я решаю, верить ей или нет, Лео вскакивает на ноги, его глаза сверкают смесью гнева и отчаяния. — Никто? — усмехается он, вытирая кровь с губы. — Это то, что ты себе говоришь, Сара? Ты любила меня, черт возьми, ты все еще любишь. Ты не можешь скрыть этого от меня.
Его слова, как бензин в огне. Я отталкиваю Сару в сторону, мое терпение лопается, когда я наношу еще один удар прямо в челюсть Лео, отправляя его на землю. — Ты ни черта о ней не знаешь, — рычу я, возвышаясь над ним, каждый мускул моего тела напрягся и готов нанести новый удар.
— Иван! — кричит Сара, пытаясь оттащить меня назад. Она снова бросается между нами, ее маленькое тело, барьер, который я не могу заставить себя преодолеть. Ее руки вцепились в мои, ее голос неистов. — Пожалуйста, остановись. Это не выход.
Я смотрю на Лео, мой кулак все еще болит от силы ударов. Он растянулся на полу, ошеломленный, но смотрит на меня взглядом, от которого у меня закипает кровь. Но прикосновение Сары, ее голос удерживают меня от того, чтобы закончить то, что я начал. Она отчаянно умоляет меня так, что что-то внутри меня высвобождается.
Прежде чем я успел что-то сказать, охранник подбежал ко мне, его глаза расширились от тревоги, когда он увидел эту сцену. — Сэр, вам нужно уйти. Сейчас же.
Я не привык выполнять чьи-либо приказы, особенно какого-то охранника низшего звена, но я знаю, что внимание, которое мы привлекаем, нехорошо. Сейчас не время и не место продолжать эту борьбу.
— Уведите его отсюда, — рявкаю я охраннику, который быстро подходит, чтобы помочь Лео подняться на ноги.
Когда охранник утаскивает Лео, я поворачиваюсь к Саре, моя грудь все еще вздымается от едва сдерживаемого гнева. Ее глаза широко раскрыты, наполнены смесью страха и чего-то еще, чего-то, что я не могу точно определить.
— Кто он? — спрашиваю я, мой голос низкий и опасный. — Не лги мне, Сара.
Она колеблется, ее взгляд мелькает туда, где Лео был всего несколько минут назад. — Он... он был моим парнем. До всего. До мафии.
Ее признание вызывает во мне еще один всплеск гнева, но на этот раз он смягчен чем-то другим. Ревностью. Мысль о том, что кто-то другой мог иметь ее, даже до того, как я вошел в ее жизнь, словно заноза в моем боку. Я заставляю себя сохранять спокойствие, сосредоточиться на том, что важно.
— В этом дело? — спрашиваю я напряженным голосом. — Думаешь, ты можешь просто вернуться к своей прежней жизни? Вернуться к нему?
— Нет, — быстро говорит она, ее голос полон срочности. — Я ничего такого не планировала. Он просто... появился. Я не знала, что он будет здесь.
Я ищу в ее глазах хоть какой-то признак обмана, но вижу только искренность и страх. Я медленно выдыхаю, заставляя себя расслабиться, хотя бы немного. — Ты моя, Сара, — напоминаю я ей твердым голосом. — Не забывай об этом.
Она кивает, опуская взгляд в пол и делая шаг назад. — Я знаю, — шепчет она, ее голос еле слышен. — Я знаю.
Я делаю глубокий вдох, пытаясь подавить затаившийся гнев и ревность. — Давай уйдем отсюда, — говорю я, мой тон не терпит возражений. Я не даю ей возможности возразить, хватаю ее за руку и увожу из галереи. Артем идет за нами, как всегда молчаливый, но я чувствую на себе его взгляд, оценивающий ситуацию.