Беременна от Братвы (ЛП)

Максим приподнимает бровь, заинтересовавшись. — Итак, что ты думаешь? Мы используем ее, чтобы добраться до Кейса?
— Именно так, — отвечаю я, наклоняясь вперед. — Мы не наносим удар там, где они ожидают. Мы не преследуем их деньги или бизнес, все это можно восстановить. Мы наносим удар там, где это действительно больно. Кейс думает, что она в безопасности, что у него все под контролем. Мы покажем ему, что он неправ.
Максим медленно кивает, колесики в его голове крутятся. — Как ты хочешь это разыграть?
Я нажимаю на фотографию, мой разум уже прорабатывает детали. — Нам нужно действовать тонко. София не может знать, что происходит, пока не станет слишком поздно, а Кейс не может отследить это до нас, по крайней мере, не сразу. Нам нужно собрать больше информации о ней, о ее распорядке дня, друзьях, слабостях. Все, что мы можем использовать.
Лицо Максима мрачнеет от решимости. — Я задействую на это своих лучших людей. Мы узнаем о ней все, что только можно.
— Хорошо, — говорю я, мой голос холодный и расчетливый. — Как только у нас будет достаточно информации, мы сделаем свой ход. Мы дадим Кейсу знать, что никто, даже его драгоценная дочь, не является неприкасаемым.
Максим кладет фотографию обратно на стол, его ухмылка возвращается. — Это ранит его больше, чем все остальное, что мы могли сделать. Он не увидит, что это произойдет.
— В этом и суть, — отвечаю я, откидываясь на спинку стула. — Пусть Престоны думают, что выиграли этот раунд. Пусть празднуют украденную победу. Когда мы ударим, это будет быстро и окончательно.
Глаза Максима светятся от предвкушения. — Мне нравится. Это умнее, чем просто лезть напролом. Это заставит его страдать.
— И это то, что нам нужно, — соглашаюсь я. — Престоны всегда были о деньгах, о власти в самом очевидном смысле. Мы покажем им, что настоящая власть заключается не в том, что ты отнимаешь, а в том, что ты можешь защитить.
Максим кивает, выпрямляясь. — Я справлюсь. В течение недели у тебя будет все, что нужно.
Я смотрю, как он направляется к двери, его уверенность восстановлена. Он всегда был человеком действия, но он уважает стратегию, когда видит ее. Этот план? Это начало конца для Кейса Престона.
Максим задерживается у двери, на его губах все еще играет эта лукавая ухмылка. — Знаешь, если все пройдет хорошо, может, я заберу себе мисс Престон. Она отвлекает, не правда ли?
Я бросаю на него многозначительный взгляд, мой тон резок, но с оттенком сухого юмора. — Не позволяй красивому лицу отвлекать тебя, Максим. София Престон может выглядеть милым отвлечением, но она все еще дочь Кейса. Мы должны предположить, что она больше вовлечена в семейный бизнес, чем мы можем подумать.
Максим усмехается, качая головой. — Ты, конечно, прав. Но ведь посмотреть не помешает, правда?
Я подавляю ухмылку, сохраняя суровый тон голоса. — Смотреть - это нормально. Только не подходи слишком близко. Мы не можем позволить себе недооценивать ее. Кейс не оставит свою дочь без защиты, не полностью. Если она связана с бандой, даже на периферии, она опасна.
Максим скрещивает руки, выражение его лица становится задумчивым. — Забавно, не правда ли? Дочь главаря мафии пытается жить нормальной жизнью. Или, по крайней мере, она хочет, чтобы все так думали.
Я медленно киваю. — Именно поэтому она и ценна. Кейс сделал все, что было в его силах, чтобы уберечь ее от грязи, сохранить ее невинность, по крайней мере, в глазах общественности. Мы оба знаем, что в этом мире невинности не существует.
— Верно, — соглашается Максим, его тон становится более серьезным. — Тем не менее, это заставляет задуматься. Какова ее позиция? Зачем играть в хорошую девочку, если у нее есть нога в преступном мире?
Я откидываюсь на спинку стула, обдумывая вопрос. — Может быть, это прикрытие. Может быть, она такая же безжалостная, как и ее отец, но предпочитает скрывать это. Или, может быть, она умнее его, играя по обе стороны черты. В любом случае, ее нельзя недооценивать. Мы используем ее, чтобы добраться до Кейса, но мы все время держим оборону.
  
Максим постукивает пальцами по дверному косяку, в медленном, размеренном ритме. — Я позабочусь, чтобы мои люди знали это. Никто не приблизится без твоего разрешения. Мы играем осторожно.
— Хорошо, — говорю я, мой голос тверд. — Мы не можем позволить себе никаких ошибок. Не при таких высоких ставках. Если что-то пойдет не так, Кейс ответит всем, что у него есть, и мы не можем этого допустить.
Максим выпрямляется, его обычная бравада смягчается вновь обретенной сосредоточенностью. — Я буду иметь это в виду. Мы сделаем все правильно. Когда придет время, мы ударим по их больному месту.
Я внимательно за ним наблюдаю, убеждаясь, что он понимает всю серьезность ситуации. — Престоны должны знать, что никто не перейдет дорогу Братве и не уйдет невредимым.
Максим кивает, его лицо становится решительным. — Они получат сообщение громко и ясно. Мы используем ее, чтобы уничтожить всю империю Престона.
Я позволяю себе слегка удовлетворенно улыбнуться уголком рта. — Вот это дух. Просто держи голову прямо. Это долгая игра, и нам нужно играть в нее с умом.
Глаза Максима слегка сужаются, на губах играет ухмылка, когда он кивает. — Я тебя понял, Иван. Я буду держать все в чистоте, сосредоточусь. Никаких отвлекающих факторов. — Он делает шаг назад, кладя руку на дверную ручку, но задерживается еще на мгновение. — Знаешь, это почти стыдно, что нам приходится ее использовать. София Престон, возможно, единственное приличное существо в этой семье.
Я поднимаю бровь, мой голос тверд, когда я говорю — Порядочность не имеет значения в этом мире, Максим. Важны рычаги воздействия, и она - это рычаг. Не забывай об этом.
Максим усмехается, тихим, понимающим звуком. — Я не буду.
С этими словами он наконец выходит, дверь тихо закрывается за ним. Офис погружается в тишину, воздух все еще тяжелый от тяжести нашего разговора. Я медленно выдыхаю, позволяя напряжению упасть с моих плеч, я расслабляюсь и снова обращаю внимание на фотографию на своем столе.
София Престон. Я снова изучаю ее лицо, отмечая тонкие черты, то, как ее светлые волосы идеально обрамляют ее лицо. Нельзя отрицать, что она красива, та красота, которая может легко вскружить голову, отвлечь мужчину, если он не будет осторожен. Я понимаю, почему Максим сделал свои замечания, она определенно не то, что можно ожидать от дочери босса мафии.
Когда я присматриваюсь, что-то в выражении ее лица привлекает мое внимание. Это улыбка, яркая и, казалось бы, беззаботная, но в ней есть что-то странное. Она выглядит натянутой, почти саркастической, как будто она насмехается над самой идеей счастья.
Я знаю этот взгляд. Я видел его на слишком многих лицах, на слишком многих женщинах, которым приходилось притворяться, которым приходилось играть роль, чтобы выжить. Это улыбка того, кто сдерживается, прячет что-то за маской довольства.
София Престон - всего лишь фигура на доске, средство для достижения цели. Что-то мне подсказывает, что она не собирается делать это легко. Если что, она может оказаться самым интересным испытанием, с которым я сталкивался за долгое время. И когда придет время, я буду готов превратить эту улыбку во что-то настоящее, во что-то, что отразит реальность, с которой ей предстоит столкнуться.
Глава 4 - Сара
Пока я сижу в экзаменационном зале, мой разум отвлекается от простых вопросов, которые мне задают. Ответы приходят почти автоматически, моя ручка движется сама по себе, пока я заполняю пробелы, обвожу правильные варианты и записываю решения. Все это слишком просто, почти до смешного, но я заставляю себя оставаться сосредоточенной. Тем не менее, мои мысли продолжают возвращаться в Ванкувер.
Мы с Софией говорили о поездке все утро, и я не могу не чувствовать волнение каждый раз, когда думаю об этом. На этот раз я отвлекусь от работы, от постоянного напряжения, которое возникает, когда живешь в тени Кейса Престона. Мы будем только вдвоем, вдали от хаоса Нью-Йорка и всего, что с ним связано. Мысль оставить все это позади, пусть даже ненадолго, слишком соблазнительна, чтобы сопротивляться.